Мастер сновидений
Шрифт:
Два дня они наблюдали за паутиной. Промежутков в ней не было и решено было никуда не идти, пока паутину не унесет ветер. Паутина то приближалась к острову почти вплотную, то отдалялась, словно играя. Ночью на ней переливались и играли красочные огни, словно стараясь приманить людей к себе поближе. Первую ночь все не спали и наблюдали невиданное представление. Потом всем это надоело, и словно почувствовав это представления прекратились.
На третью ночь на острове Сантеро разбудил внутренний периметр. В отблесках затухающего костерка он увидел отходящую от лагеря и идущую уже за пределами внутреннего охранного периметра фигуру. «Магичка в кустики побежала, и рюкзак с собой зачем–то потащила…». Он продолжал наблюдать… Часовых сегодня не выставляли, все было тихо и решили обойтись двойным периметром внутренним и внешним. Через несколько минут зазвенел и внешний периметр, тут Сантеро понял, что что–то случилось. Наплевав на собственный запрет на магию подвесил впереди себя магический огонек и, не разбудив никого из команды, бросился
— Вы все сделали правильно, я тоже проснулся и все видел. Асса сама виновата, что не активировала амулет.
— Я должен был проследить за глупой девчонкой… Я должен был поставить двухстороннюю защиту, чтобы она не могла выйти наружу. А я решил, что одностороннего хватит, что он прочнее…
— Не переживайте, дальше, чем сейчас не загонят, дальше некуда. Она подписала бумаги, что с инструкцией ознакомлена. Не ваша вина, что она ее нарушила. Выпейте вот это и идите спать, вам надо отдохнуть, а я подежурю.
Утром остров все еще был окружен полотнами паутины, ее еще больше нанесло утренним ветром, или кто–то планомерно окружил лагерь, чтобы никто не ушел, пришлось ждать, когда тот же ветер отнесет паутину в сторону, или пока будет снята осада. О других «или» думать не хотелось…
Ночью Сантеро опять разбудил звон внешнего периметра, проснулись все. В свете магического фонаря стало видно странное нечто, похожее на кокон из паутины, лежавшее на краю защитного периметра. Кто–то из солдат предложил спалить это и дело с концом, но асса Лейн потихоньку ткнул в это мечом. Это застонало и слегка задергалось… Голос показался всем знакомым. Под толстым слоем грязи и паутины нашлась асса Торкана — живая, но без сознания или крепко спящая, рюкзака, что она везде таскала с собой, при ней не было. Утром паутины вокруг остова как не бывало…
Через десятидневье, абсолютно измученные, но все живые, поставив рекорд по движению по топям, они вышли к Последнему и встретили там ожидавший их патруль. Асса по прежнему была без сознания и ее тащили на носилках по очереди. Как удалось определить ассе Лейну, на ней было несколько укусов пауков и просто чудо, что она все еще была жива. Жизнь в ней поддерживало странное плетение, тянущееся от одного из браслетов на руке и опутывающего все тело девушки как … паутина. Браслет был красивый, сплетенный из множества разноцветных шелковых ниточек и невероятно прочный. Сантеро мог поклясться, что раньше такого браслета на ней не было, еще в топях он попытался срезать его, но асса начала кричать и биться, а нож, которым он пытался срезать браслет, затупился, и он решил ничего не трогать, пусть умники в академии снимают. Еще через семь дней они были уже в Караваче, и магиню отправили на лечение в столицу…
«Ну что ж, хорошо… хорошо, что все закончилось. Напишем кучу рапортов и объяснительных, и будем надеяться, что все на этом и закончится. Надо будет узнать, как там фифа, пришла ли в себя… или померла. Не вряд ли померла, в столице такие маги–целители, что и мертвого поднимут. Оклемается… Интересно, что же с ней случилось? "
Новый глава воровской гильдии мэтр Пуэбло сидел в трактире и пил горькую. Пить он не любил и не умел, но то, что горе лучше всего залить это он знал, заесть было бы конечно лучше, но столько съесть, даже при его аппетите, он бы не смог. А как хорошо все начиналось…
Этот пьяница Олирко приехал с водного курорта за два дня до выборов и, под предлогом почтенного возраста и проблем со здоровьем, снял свою кандидатуру. Такого подарка Пуэбло от него ну никак не ожидал. Остальные кандидаты не имели большой поддержки, и Пуэбло был избран новым главой гильдии почти единогласно.
Вместе с золотым перстнем главы ему вручили письмо, адресованное главе гильдии. Пуэбло, конечно же, его тут же распечатал и побежал на встречу. Как можно отказать во встрече ТАКОМУ ЧЕЛОВЕКУ! Встретились, мило поговорили, Пуэбло получил от него потрясающий заказ, перед ним и гильдией открылись такие перспективы! Правда, его слегка пожурили за то, что откликнулся на приглашение слишком поздно, но тогда Пуэбло пропустил это замечание мимо ушей. А ведь стоило еще тогда задуматься, что письмо–то получил еще Олирко, а ему передали конверт не вскрытым. Пуэбло только теперь вспомнил о знаменитой интуиции бывшего шефа, тот словно своим большим красным носом чувствовал неприятности, и так его подставил, так подставил… И ведь не подкопаешься …
Теперь–то Пуэбло понял, что надо было насторожиться еще тогда, когда пропала первая команда, посланная им в захудалое поместье где–то на окраине Союза. С ним после дела через амулет связи, выданный среди прочего заказчиком, связался старший в команде и странным голосом сообщил, что, дескать, все в порядке ничего для заказчика не нашли, но себе много всего взяли, огромную кучу всякого ценного и теперь празднуют, и вот как отметят, продадут большую часть тяжелого барахла перекупщикам, так и вернутся. Пуэбло тогда обрадовался, дурачок, и послал еще две команды по двум другим адресам, тоже где–то далеко от столицы. Те тоже через некоторое время связались с ним и сообщили, что все в позолоте и празднуют.
И тут Пуэбло сделал саму большую глупость. Вместо того, чтобы дождаться возвращения своих людей из провинции, он решил что нечего терять время и надо браться за самый лакомый кусочек — столичный особняк. Если бы он дождался, или не дождался… возвращения своих людей, то может все и утряслось бы, а так…
В столичный, красивый, казалось, совсем не обитаемый особняк полезли самые–самые, весь цвет воровского мира, «команда мечты». Восемь лучших воров с многолетним стажем подрядились обчистить особнячок. Из особняка вернулся только один, самый опытный и самый осторожный. Вернулся весь седой, с дрожащими руками и безумными глазами, говорить он не мог, только мычал и боялся оставаться в темноте. Вот тогда Пуэбло попытался связаться с другими командами и … не смог. Амулеты связи отказались работать, и сообщили, что их хозяева перешли в мир иной. Пуэбло послал шестерок посмотреть и разузнать: что случилось с его людьми в провинции и выяснил, что НИКТО из них с дела не вернулся. Это был крах, причем полный.
Пока он выяснял, что там, в провинции, происходит, после дорогущего лечения за счет гильдии, пришел в себя единственный уцелевший из «команды мечты». То, что он рассказал в нормальной голове не укладывалось… К несчастью для Пуэбло, уцелевший был старым и хитрым, и свой рассказ он озвучил в присутствии всех оставшихся членов гильдии. Если бы он рассказал это Пуэбло один на один, тогда можно было бы придавить страдальца подушкой, по–тихому… А так…
И теперь он сидит здесь один и пьет отвратительный ром, а там наверху без него решают, как теперь гильдии жить дальше и как отчитаться перед заказчиком, Пуэбло пришлось рассказать КТО заказчик, и только поэтому его, наверное, оставили в живых. Хорошо, что просто сняли с руководства, отобрали перстень главы и наложили огромный штраф. Легко отделался, надо сказать…
Сходка остатка гильдии закончилась. Гильдия понесла тяжелейшие потери, но она оправится, всегда оправлялась. А под мудрым руководством старого нового главы мэтра Олирко все через пару лет придет в норму.
Убила бы того, кто сказал, что учиться легко.
Вы умеете плести макраме? А плести кружева? А вязать на спицах или крючком? Я в прошлой своей жизни все это умела и весьма не плохо. Оказалось, что плести заклинание — это почти тоже самое. Но вот именно, ПОЧТИ.
С первого дня учебы я поняла как это трудно — учиться магии, особенно, если никто учить собственно не хочет и, что самого страшное — не умеет. В школах, наверное, учат по–другому, но где я и где школа. Первые дни было еще ничего, читали книжки, тренировались переходить на магическое, то есть истинное зрение и обратно, а вот когда началась практика… Сначала я чуть не спалила библиотеку, потом покрасила волосы Притера в ярко оранжевый цвет, потом, случайно, увеличила местного таракана до размера Мары, потом … В общем много всего… Ассе Зите погромы в ее любимой библиотеке быстро надоели, и она, в целях безопасности, перенесла практические занятия в зал для тренировок. Есть в Злых Камнях такое помещение для тренировок охраны под крышей, маленький такой, как спортивный зал стандартной московской школы, только пол земляной и окон нет. Вместо ламп дневного света магические шары висят, как впрочем и везде, по освещению то же самое что и дневной электрический свет. Главное в эти шары каким–нибудь заклинанием не попасть случайно, я один раз попала, в тот день практических занятий больше не было. Я потом несколько дней не могла смотреть на эти шары без содрогания, и меня все время преследовал запах паленого волоса, хотя коса не очень пострадала, пришлось ее укоротить вдвое, а так нормально. Притеру шевелюру опалило знатно, и его пришлось подстричь почти налысо, но он перенес все это стоически, зато состригли оранжевые патлы. В процессе обучения, мне стало понятно — почему большинство самых лучших местных магов — женщины, у какого мужика хватит терпения плести все узелки и узоры, малейшая ошибка и заклинание не получится или эффект будет совсем не тот что ожидаешь, вплоть до противоположного. Некоторые заклинания, как, оказалось, плетутся месяцами, если не годами. Бр–р–р… УЖАС …