Мастер сновидений

Ниоткудина Алинна

— Держитесь, асса, сейчас я вас вытащу. — Он привычно сбросил мешок, достал веревку, привязал на конец груз и бросил магичке. Надо отдать ей должное, она поймала веревку с первого раза. Трясина держала магичку крепко, да она еще и наотрез отказалась бросить мешок с вещами, он вытащил и с мешком. Макроступы она ожидаемо потеряла, но ничего, потом можно будет новые на привале сплести. Не дав магине отдохнуть, Сантеро схватил ее в охапку и потащил назад к отряду, как он его нашел, он и сам не помнил. Впихнул мокрую и дрожащую девушку в середину строя:

— И… Раз….

Раз… Держать строй! И… Раз…. Раз…

Когда они добрались до отбитых крилами людей Оливера, красного мага и двух солдат не было, его напарник Маркус стоял прижавшись спиной к группе тощих деревьев и из последних сил отбивался от наседавших на него пятерых крилов. Его левая рука висела плетью, а правая штанина промокла от крови. Сантеро бросился вперед, и, раскидав крилов, втянул Маркуса внутрь строя.

— Где Оливер и остальные?

— Должен быть с другой стороны кустов… Я его никого уже минут десять не слышал.

— Значит, они до них добрались… — На другой стороне островка никого не было, только несколько капель крови на мху.

Сантеро огляделся, крилы понеся незначительные потери, отступили доедать трофеи. Кочка на которой приняли бой Оливер с Маркусом вполне годилась для ночлега. «Сегодня им будет чего поесть, теперь не отстанут, чтоб им подавиться…»

— Привал. Скоро стемнеет… Ставьте периметр и поуже. Асса Лейн, окажите помощь раненому, и дайте, ассе Торкане успокоительного и горячительного всем нам. Дежурить ночью с сегодняшнего дня по двое.

Вопреки ожиданию Сантеро ночь прошла спокойно. Из–за тумана глаз снующих вокруг лагеря крилов было не видно, но вой усилился. Маркус пострадал не очень сильно, руку ему вправили, а вот с раной на бедре дело обстояло хуже, но после лечения заклинаниями из амулета и с тугой повязкой идти он мог. Утром туман сгустился еще сильнее.

— Асса Торкана, может вернемся? — Все с надеждой посмотрели на магиню. Зря он это сказал, в глазах магини полыхнул огонь фанатизма.

— Нет, пойдем дальше. Вы говорили, что впереди есть острова…

— Да, до них как раз дошел Гульчело, книгу которого вы читали…

— Давайте дойдем до островов, а там посмотрим…

В тот день крилы нападали на них трижды, но все обошлось, защита держала, а отбить последнюю пару еще раз у них не получилось. К вечеру они вышли к не большому островку. Все были сильно измучены, и Сантеро решил разрешить развести не большой огонь в глубокой ямке и объявил привал на сутки. «Людям нужна горячая еда, нужно обсохнуть и немного отдохнуть, а то сломается не только магичка…».

Утром туман развеялся и опять пошел дождь, но пропал раненый маг и два солдата, два друга дежурившие под утро. Никакого шума ничего, все вещи на месте, один их них ушел босиком, оставив у костра сохнущие сапоги. Следы обрывались у воды на маленьком песчаном пляже, люди зашли в воду и растворились в последних клочках тумана. Сантеро обнаружил, что охранный периметр был поставлен так, что в том месте, где обрывались следы магов, защита шла по воде, или поставили ее не правильно или уровень воды повысился, от топей всего можно ожидать. Защиту ставил пропавший

маг, так что обвинить в не правильной установке периметра было не кого. Магичка с разрешения командира раскинула из амулета поисковую сеть, никого… только не разумные твари. Были люди и нет людей… Что–то выманило людей за пределы периметра.

Вместо привала решили перебраться на соседний видимый вдалеке большой по здешним масштабам остров.

— Асса Сантеро, а что там дальше? Вы же там были? — все этой магине неймется.

— Там, то же самое, что и здесь, только островов нет и паутина…

— Паутина?

— Паутина, много паутины, и пауки, много пауков. Крилы туда не заходят, там уже охотятся на них. Видите отстали, не видно их больше и не слышно.

— Вы боитесь пауков?

— Асса Торкана, вы не видели этих пауков и не видели паутины. Эти пауки размером с голову, плюются паутиной и их укусы ядовиты.

— Таких пауков не бывает.

— Ага, и «крилы на людей не нападают», вы, словно забыли, где вы находитесь… Хорошо, что сейчас похолодало и слизы залегли в спячку.

— Слизни? Вы их мне показывали…

— Нет, слизы. Это такие большие слизитые мешки, тихо сидят в засаде, а потом прыгают на все живое. При этом они выворачиваются и надеваются на жертву. Вот тут у паутины они такие большие, что могут запросто схатчить любого из нас.

— Вы все шутите … Таких животных нет в определителе видов.

— В определителе нет, а тут есть. И очень их привлекает магия… Они ее за несколько миль чуют.

Соседний островок оказался неожиданно большим.

— Асса Торкана, могу вас поздравить… Мы находимся уже на закрытой для магического наблюдения территории, и, если я не ошибаюсь, то это как раз тот остров, до которого дошел отряд писателя Гульчелы. Вон видите остатки землянок … И если посмотрите на север, то уже видна паутина.

Магичка побежала смотреть на паутину, а Сантеро призадумался, где ставить охранный периметр. На острове сохранились остатки землянок, и если их подновить, то в них спать можно и костер развести при входе. «А охранный периметр лучше поставить только односторонний он покрепче будет. Или еще лучше поставить два, внешний и внутренний». Лучше бы он поставил двухсторонний, чтоб ни туда ни сюда, забыл, что в отряде глупая девчонка…

Ночь и день прошли спокойно. Если не считать того, что поднявшийся днем принесший дождь северный ветер принес с собой и паутину. Еле видимая вчера паутина за один день приблизилась к острову почти вплотную.

«Вот же зараза» думал Сантеро «держаться ей не за что, а висит в воздухе как плотная занавеска на не видимом карнизе. И много ее сегодня что–то…». Весь остров, без единого просвета, на высоту пяти семи локтей был огорожен паутиной. Паутина опутала остров, как опутывает свое тело южная танцовщица в несколько слоев. Она висела почти неподвижно и только по тому, как увеличивалась, или уменьшалась, плоска воды можно было догадаться о ее движении. «Ветра нет, а она двигается, как живая». Словно прочитав его мысли паутина отдвинулась немного от остова, но стала еще гуще.