Мастер сновидений
Шрифт:
— Вот на нем и будем проводить эксперимент, когда подохнет, она нам другого обещала привести. — Ну, хитрец… слов нет.
— А как мы поймем, что подействовало? Гваррич–то здоров. Или ты предлагаешь оценивать действие заклинания по тому, подохнет или нет?
— Я это тоже предусмотрел! Мара, яд. — Рядом с Марой заклубилась тьма и на полу появилась склянка из лаборатории ассы. — Счас Мара введет ему яду и будем экспериментировать. Ты, Марусь, только, это… чуть–чуть, тут яду мало, он дорогой.
— Не учи отца детей делать. — Возразила
Все это я наблюдала стоя посреди комнаты и открыв от удивления рот.
— Чего стоишь, разиня, рот закрой. Давай свое плетение на этого на подоконнике, а то подохнет, и не успеем понять работает оно или нет.
Я скорее подскочила к жертве экспериментальной медицины и стала трясущимися от волнения руками устанавливать плетение, его же не только накинуть надо было, но и прицепить к определенным точкам на теле, а тело то не человеческое. Кое–как прицепила, но гваррич уже подох.
— Снимай, не успели. Теперь сперва ты будешь устанавливать, потом ты кусать, а то яду на вас всех не хватит … Мара что стоишь, следующего давай, а этого туда, в окно, потом куда–нибудь денем.
Дальше все пошло, как и хотел Дик. Мара привела очередного подопытного, я не спеша установила плетение, потом укус и активация. Наблюдаем. Гваррич держится, его корежит, из его рта капает слюна, но он жив… нет, подох. Но минут десять у нас было, чтобы посмотреть, как работает плетение и попытаться исправить недостатки. И еще раз… и еще…
Седьмой по счету гваррич дохнуть не хотел. Ради эксперимента ввели ему еще дозу яда, не дохнет, зараза. Решили подождать… тут как раз ужин подоспел. Асса после ужина рвалась посидеть у больной, но я ее уболтала… Сказала, что больная спит и чувствует себя хорошо. Уговорила.
После ужина гваррич был все еще жив и, по словам Мары, вполне здоров. Пришло время эксперимента на людях. На мои сомнения по поводу аморальности экспериментов без согласия пациента, Дик сказал, что он сейчас приведет ее в сознание, ей будет больно, но она точно согласится, но плетение установить будет сложнее. Подумав, я согласилась продолжить, пациент тоже не возражал. Начали. Установила, запустила. Ждем. Вместо приборов для наблюдения за состоянием пациента у нас выступал Дик.
Пациентку стало трясти, она стала сильно потеть. Я вспомнила слюну, капающую из пастей экспериментальных гварричей. Яд должен откуда–то выходить, у ящеров он выходил через слюну, а больная потела. Предложила перенести ее в ванну, чтобы сразу все смывалось водой, и меньше шансов обезводить организм. Дик предложение принял. Ага, ему–то что, а тащить пациентку в ванну пришлось мне. Хорошо, что она здорово отощала, а то бы не донесла. Уложила худышку в теплую воду, Дик пообещал следить за положением ее тела, чтобы не утопла. Когда клиент перестал потеть, повторили установку и активацию
— Дик, пока ты тут возишься с телом, может скажешь, а что там во–вторых? Дальше–то чего делать будем?
— Дальше надо почистить и восстановить функции почек и печени, ну и остальной ливер подлечить было бы хорошо.
— Тогда я сейчас устанавливаю последнее плетение и иду спать, а то я когда не выспавшаяся, ничего не соображаю, так что я пошла. Очередное плетение для очистки у меня в запасе есть и даже не одно, так, что ближе к утру, или если что понадобится, пусть Мара меня разбудит.
И я с чистой совестью пошла спать. Ночью меня разбудили, пришлось поставить очередное плетение и добавить в ванну с пациенткой тепленькой водички, что я, зевая во весь рот, сделала и пошла досыпать. Потому как когда я не выспавшаяся — это страшно.
Утром, до пробежки и прочего забежала к больной, она уже была на кровати и мирно спала. Дик велел поставить еще одно плетение, поставила и пошла по своим делам. После завтрака обнаружила у постели ассу. Девушка уже проснулась и изволила завтракать. Выглядела она значительно лучше, чем вчера.
— Ты что за эксперименты тут проводишь? — Вот и помогай после этого людям.
— Но ей же стало лучше, значит — лечение помогло. Вон кушает уже… причем, заметьте с аппетитом. — Девица чуть не подавилась яичком всмятку. Асса ту же забегала вокруг нее как квочка вокруг цыплят. Мысленно спрашиваю:
— Дик, как клиент?
— Жива, пришла в себя, но очистку надо продолжить.
— Вот ты об этом ассе и скажи, она меня сейчас отсюда выгонит, и будешь колдовать сам.
— Как я ей скажу? Она же меня не слышит.
— Зато она хорошо слышит девицу, вот пусть она ей и скажет.
Направляюсь к двери. Девица прекращает кашлять и орет, у–у–у и голос прорезался:
— Стой, ты должна продолжить лечение.
— Деточка, — а меня асса так никогда не называла, — она только учится… ей нельзя лечить людей, она не умеет. — Мерзко улыбаюсь и картинно развожу руками.
— Пусть лечит, как умеет, другие и так не могут. Если бы не она, я бы уже умерла. А если она не умеет, то вы же ей поможете. — Вот это уже аргумент, асса эксперименты и сама проводить любит, а тут такое поле … и клиент согласен.
— Давай показывай, чем ты тут девушку мучаешь?
Показываю, долго объясняю, что хотела сделать, что получилось, что нет. Вместе вносим изменения в уже проверенное плетение. Асса собирается сразу проверять на девушке.
— Асса вы что, так же нельзя, а вдруг мы с вами ошиблись? Мы же тут сильно переделали надо бы проверить на менее ценных членах коллектива…
— На эльфах это проверять нельзя! — Вот за что люблю ассу… ей и в голову не пришло проверять это на людях, а ушастых тут много, но на них тоже нельзя, они возражать будут.