Мастер
Шрифт:
– Падла, - проговорил он, узнав дочь своего казначея, который яростнее всех доказывал, что нынешняя герцогиня - недостойная жена такого правителя, как Тигран. И эта выдра крутилась постоянно рядом, томно вздыхая и намекая, что вот она, вся такая готовая. И Тигран в последнее время даже стал посматривать в её сторону.
Тигран скатился с неё, поднялся с трудом с кровати. Посмотрел на женщину, лежащую на постели его жены... Ярость начала накатывать с новой силой. Он схватил женщину за волосы, она заорала, сорвал с неё парик, отшвырнул. Схватил за мышиного цвета волосы и
– Эту тварь в карцер, её отца тоже, - приказал правитель.
Когда один из стражников поднял отвергнутую, она с ужасом смотрела на Тиграна.
– Ни одна шлюха не сравнится с моей женой, она - уникальна, - припечатал Тигран, развернулся и захлопнул дверь, прошёл к кровати, сдёрнул покрывало на пол. Разделся донага, залез под одеяло, перевернулся на живот, уткнулся в подушку носом, бельё ещё хранило запах жены... он вспомнил, как давным-давно также засыпал в обнимку с подушкой в охотничьем домике, вдыхая запах бергамота.
Манон Авье - Палач
Манон сидела перед зеркалом, Милена, охая, ахая и сетуя на безголовую госпожу, отрезавшую такую красотень, подравнивала короткие волосы на уровне подбородка. Милена, как и Тигран, любила возиться с её волосами, расчёсывать, укладывать в замысловатые причёски. Похоже, только Манон испытывала облегчение от избавления.
Она помнила, как зажмурился Тигран, когда она отрезала волосы. Словно полоснула кинжалом не по своим волосам, а по нему... пошёл вон из моей головы...
Манон сердито насупилась. Ну, сколько можно возиться с этой стрижкой.
– Всё, хватит, надоело, - Манон резко встала. В этот момент из ванной вышел Леон с пустыми вёдрами.
– Госпожа, ванна готова, - доложил он.
– Спасибо. Милена, зайди к графу узнай, не надо ли ему чего-нибудь, - попросила Манон, скрываясь, за дверью ванной комнаты.
Она быстро избавилась от одежды и с наслаждением погрузилась в горячую воду, её ванна была полноценная, в ней можно вытянуться в полный рост. Манон погрузилась в воду по шею. Втянула носом запах цитруса и бергамота - любимая смесь масел. Леон такой заботливый мальчик. Смесь для волос и тела тоже имела этот запах. В личных пристрастиях Манон была консерватором: запах, цвет, оружие, она выбрала давно и оставалась верна себе.
Интересно, Тиграна можно отнести к личным пристрастиям?.. пошёл вон из моей головы...
Манон погрузилась в воду с головой и пробыла там, пока легкие не начали разрываться от нехватки воздуха. Она вынырнула, глубоко вздохнула, впуская кислород в лёгкие, открыла глаза и завизжала. Илиан, склонившийся над ванной, отшатнулся, сделал пару шагов, ударился спиной о шкаф, схватился за сердце и сполз на пол.
– Демон тебя отымей во все дыры!
– завопила Манон.
– Илиан, идиот, ты напугал меня до демонят!
–
– Что ты забыл в моей ванной?
– Манон зло отбросила с лица прилипшие волосы.
– Тебя искал, - выдал логичный ответ Илиан.
– Какого хрена (подсказала Марина)?
– Манон окинула злобным взглядом сидящего на полу мужчину: перебинтованные голова и торс, рука на сердце, чуть растерянное выражение лица, размотавшееся полотенце... ничего себе, размерчик... у братьев это генетическое? (подсказала слово Марина)... пошли вон ОБА из моей головы...
– Хрена? А при чём тут этот ядрёный корень? Манон, а куда ты смотришь?
– поинтересовался Илиан, перехватив её взгляд. Их взгляды встретились, он ей улыбнулся так... с пониманием...
Манон снова погрузилась с головой под воду. Вот ведь, дурында. Досчитала до двадцати и вынырнула. И не смотря на Илиана, спокойно спросила:
– Что ты здесь забыл?
– Пришла Милена, спросила про мои нужды, я попросил меня накормить и одеть.
– Ну и запросы у тебя, - Манон протянула руку, взяла бутылёк с полочки со смесью для волос, вылила в ладонь небольшое количество, бутылёк вернула на место и принялась намыливать голову. Странно, но вот стеснения не было, если учесть, что вчера он успел рассмотреть её во всех ракурсах...
– Илиан, а ты выйти не желаешь?
– поинтересовалась она, закрывая глаза, смесь едкая.
Илиан молчал.
– Илиан ты здесь?
– она повернула в его сторону, лицо с крепко зажмуренными глазами. Прислушиваясь.
– Здесь, - выдавил мужчина.
– Вопрос: ты что, действительно думаешь, что в моей ванной и кормят и одевают?
– Манон, все претензии, пожалуйста, к своей чокнутой Милене, - обиделся Илиан.
– Милене?
– Манон погрузилась в воду, смывая пену с волос. Вынырнула, промыла глаза и посмотрела на Илиана.
– Милены я здесь не вижу, а тебя - да... и прикройся уже, ради Всевышнего.
– Стесняешься?
– Нет, боюсь, бубенчики застудишь.
– Согрей...
– предложил, изобразив улыбку прожженного ловеласа и поиграл бровями вверх-вниз, запахивая полотенце. Это выглядело так комично, что Манон расхохоталась, плесканула на него водой. Брызги долетели до самого лица, он засмеялся. Так было хорошо - сидеть, видеть, как она моется. Он не раз видел, как моются женщины, не раз соблазнял их в ванной, но ни разу не испытывал к ним такой нежности, как сейчас к Манон. Сидел бы так и сидел... а лучше - в ванне.
– Уйди, дай мне домыться, - попросила она, отсмеявшись. Илиан попытался подняться, но тугая повязка на рёбрах сильно затрудняла движение. Ноги оскальзывались, полотенце сползало... Напоминал черепаху, перевёрнутую на спину.
– Не могу, - грустно сказал Илиан и тяжело вздохнул.
– Недобитыш, - простонала сквозь вновь начавшийся смех Манон. Сложила руки на край медной ванны, словно примерная ученица, и упёрлась в них подбородком. Внимательно изучала Илиана.
– Что?
– спросил он, плотнее запахивая полотенце, вдруг почувствовав стеснение под её взглядом.