Мастер
Шрифт:
– Смотрю на тебя и думаю, - Манон склонила голову, прищурилась, словно старалась рассмотреть нечто скрытое.
– Может, тебя сглазили?
Илиан сглотнул, прикрыл глаза. Для него каждая минута становилась пыткой, он думал, будет легче находиться рядом с ней.
– Да, сглазила одна ведьма, - и посмотрел прямо в глаза Манон.
– Хочешь, я убью её?
– спросила она на полном серьёзе.
Уголки губ Илиана дёрнулись в еле сдерживаемой улыбке. Сделал вид серьёзно задумавшегося над предложением человека.
– Не-е-е, самоубийство я
Несколько секунд Манон размышляла над ответом, потом её глаза округлились от возмущения.
– Ты назвал меня ведьмой!?. ах ты...
– она начала плескать на него водой, он закрылся руками, но это мало помогало. Вода стекала по волосам, лицу, бинты намокли, вода скопилась небольшими лужицами на полу.
Хохотали оба. Странные минуты непроизвольного счастья, без причины, просто в этот данный миг было хорошо и мужчине, и женщине.
Манон остановилась, осознав, что взгляд Илиана прикован к чему-то ниже уровня её лица. Она замерла и опустила взгляд вниз - увлеклась, сидит в ванне по пояс и то, что привлекло столь пристальное внимание мужчины, торчит из воды во всей своей красе.
– Кобелина, - припечатала Манон, погружаясь в воду по шею.
– А у тебя грудь красивая, - вернул комплимент Илиан с коварной улыбочкой.
– Илиан, ты такой пройдоха, - вздохнула Манон. И поймала себя на мысли, что не злится на него. Ну, вот такой он шалопай и любитель женщин. Ещё подумала, что с Тиграном они никогда так не веселились. Он был совсем другой. Строгий, властный - правитель - даже когда они были наедине. Редко смеялись или дурачились, страстный - да, но нежный... очень редко... а иногда так хотелось просто посидеть, прижавшись, побыть рядом.
...пошёл вон из моей головы...
– Илиан, глазоньки свои бесстыжие прикрой, - попросила Манон,- и ручками тоже, не подглядывай.
Илиан послушно исполнил, оставив ма-а-аленькую щёлочку между пальцев.
Манон поднялась, осторожно переступила через край ванной. Аккуратно ступая, чтоб не упасть на скользком полу, залитым водой. Прошла к комоду, из верхнего ящика достала два полотенца. Одно обернула вокруг себя, закрепила на груди. Вторым вытерла голову. За Илианом она следила через зеркало. Он сидел тихо, прикрыв глаза ладонями.
Манон подошла, чуть оскальзываясь на мокром полу, к нему.
– Давай руку, помогу подняться.
Илиан убрал ладони от лица, посмотрел на неё снизу вверх, ухватился за протянутую руку. С трудом подавил желание дёрнуть её на себя, сжать крепко и целовать, целовать, целовать...
Поднялся - и поскользнулся на луже, схватился за Манон, пошатнулись, но удержались на ногах. Стояли, замерев, левая рука Илиана лежала на талии Манон, прикрытой полотенцем, правая - на обнажённой спине, прижимая желанное тело к себе. Её руки обхватили его талию.
Его правая рука провела по спине вверх. Манон вздрогнула. Илиан почувствовал неровности шрамов. Ему вспомнился ночной разговор с братом.
Сейчас почувствовав их, захотел провести по каждому из них губами, стирая
– Открой глаза, - попросил Илиан. Она отрицательно помотала головой. Из-под ресниц побежали слёзы. Мужчина понял, что его прикосновение и ей напомнило вчерашние слова мужа. Он прижал её к себе. Рука его гладила её волосы, а кожа чувствовала тихие, горячие слёзы...
Он ничего не говорил, просто стоял, обняв и давая возможность выплакаться, очиститься от обиды и разочарования.
Почувствовав, что слёзы прекратились и Манон заёрзала, пытаясь отодвинуться, Илиан осторожно слабил объятья, но не отпустил её окончательно. Указательным пальцем приподнял за подбородок. Манон посмотрела на него немного растерянно и сердито. Илиан вытер с её щёк последние слёзы. Чмокнул в нос, возвращая ночной поцелуй в саду под окном.
– Давай потихоньку выбираться отсюда, а то застукают... мне тогда грозит ампутация, - сказал мужчина, взял её за руку и аккуратно-аккуратно повёл из залитого водой помещения.
– Какая ампутация?
– спросила она, хлюпнув носом.
– Общая... или отдельно взятого органа... это уж как дядюшка Моро решит, - ответил Илиан.
Манон прыснула, услышав, как Илиан обозначил сварливого лекаря.
– Илиан, а ты зачем приходил?
– Я же сказал. За одеждой. Твоя чокнутая сказала, что есть только баронская, а ты запрещаешь что-либо трогать в его комнате, кроме пыли. И сначала нужно спросить твоего разрешения, но ей некогда, она торопится на рынок за продуктами, и она может только помочь мне добраться до твоей спальни. Странная она... Потратила время на то, чтоб поднять меня и довести до твоей комнаты... быстрее было бы самой спросить. Тем более знала, что ты купаешься.
Они вошли в спальню.
– Я у неё тоже спрошу, - пообещала Манон, высвобождая руку и отходя от мужчины на пару шагов.
– Присядь, пока я оденусь.
Она замерла в ожидании ответной реплики в стиле Илиана, но тот лишь кивнул и направился к креслу, стоящему напротив зеркала во весь рост. Такой Илиан её настораживал. Она привыкла совсем к другому - бесшабашному балагуру, бабнику и человеку, с которым они постоянно цапались. Сегодня же он был совсем иным. Понимающим, смешным, заботливым, нежным.
...пошёл вон из моей головы...
Манон встряхнула влажными волосами, отгоняя ненужные мысли, и удалилась в гардероб, оставив приоткрытой дверь, в планах было продолжить разговор.
– А зачем стоял над ванной?
Из спальни раздался шум. Словно кресло подвинули.
– Зашёл, тебя нет, заглянул в ванную, одежда лежит... Ты слишком долго была под водой, я подумал...
– Илиан замолчал.
– Решила утопиться от разочарования в любви?
– съязвила Манон.
– Не дождётесь.