Мастер

Метель Марфа

Она уже давно оформила все бумаги, по которым поместье барона становилось официальным пансионом для сирот. Все деньги от арендаторов пойдут на налоги, содержание поместья, оплату проживающих там слуг и гарнизона, остатки суммы, и не малые, пойдут на содержание пансиона. Жюли была назначена душеприказчиком. Что ж, остаётся только отпустить эту душу.

Илиан Аландер

Илиан проснулся от лёгких, приятно холодящих поглаживаний по спине. Он завозился, пытаясь повернуть голову

и посмотреть, чьи руки разбудили его.

– Тщ-щ-щ, не шевелись, почти закончила, - прошептал знакомый голос.

– Манон?

– Я, лежи тихо, мне осталось твой зад намазать.

– А как ты здесь оказалась?
– спросил Илиан, окончательно просыпаясь, как только прохладные ладони легли на его ягодицы.
– М-м-м-мой зад... продолжай... нравится...

– Ножками дошла, - в голосе послышалась улыбка. А руки гладили, втирая в кожу приятно охлаждающую мазь. И пахло мятой... и так нежно её руки прикасались к нему. Эту мазь втирал утром Моро, но было не так приятно.
– Не могла же оставить страдальца.

– Манон, тебе опасно здесь, Тигран взбесился...
– Илиан порывался встать, но Манон придавила его рукой к постели... м-м-м, блаженство...

– Не дёргайся. Я знаю... слышала их разговор с Маркусом. У меня были здесь дела. Слушай внимательно. Завтра приезжает твоя сестра и зять. Сейчас я уйду. Вернусь завтра ночью. Уверена, что Филирр решился убрать тебя и... брата. Начав чистку среди приближённых... герцог ускорил ход событий... Я буду рядом, с вами ничего не случится. Мазь оставлю. Пусть Маркус завтра днём вотрет тебе её. Лекарю не показывай, а то вопросы появятся - откуда.

– Э-э-э, я не хочу Маркуса.

– Он тебя тоже не хочет... но надо. Ему такую же выдал Моро.

– И ты его мажешь?

– Нет, ученик Моро.

Илиан выдохнул, счастливо улыбнулся. Только ему достались врачебные ласки.

Манон легко ущипнула его за ягодицу. Накрыла простынёй и отошла от кровати.

– Ты сейчас куда собралась?

– К мужу... бывшему, на пару ласковых. Соскучилась.

И что-то очень сильно не понравилось Илиану это "на пару ласковых" и "соскучилась".

– Манон!

– Не волнуйся... он останется жив, - он слышал, как шуршит снимаемая одежда и открывается окно.
– Не скучай, скоро вернусь.

Манон Авье - Палач

Она шла на цыпочках по тонкому парапету вдоль стены, прижавшись обнаженным животом к шершавой кладке, в зубах сжимая дагу. Пальцы рук безошибочно находили выемки и выпуклости, помогающие передвигаться. Чёрные кудри парика лезли в глаза. Надо, наверное, и его снять, но ей хотелось сегодня быть брюнеткой, той, с которой он встретился в Доме Желаний. Началось с брюнетки, и закончим ею же.

Один раз едва не свалилась, представив картину, которую она являла : голая, с кинжалом в зубах, ползущая по стене. Воплей слышно не было, значит, не видят, ещё бы, темнота, хоть глаз выколи. По счёту какое уже окно? Два Илиана, три сестры,

и сейчас три окна Манон. Она решила, что хватит с неё стен, и к Тиграну пройдёт через свою спальню.

Окно было приоткрыто. Манон проскользнула в открытые створки, на мгновение замерла на подоконнике, прислушиваясь, бесшумно спрыгнула на пол. Вытерла чуть вспотевшие ладони о штору. Дагу взяла в правую руку, проходя мимо зеркала, глянула на себя. Наверное, стоит накинуть пеньюар. Она вошла в гардеробную, сняла первый попавшийся пеньюар и вышла в спальню... её впечатало лицом в стену, распластало, правую кисть вывернули, и дага полетела на пол. На тело давило другое тело... обнажённое... зафиксировав руки на стене.

– Здравствуй, милая, соскучила-с-с-сь?
– прошипело в ухо очень... ну, очень злое существо, оно же муж.

– Не особо-о, - выдавила из себя Манон, дышать было тяжело, так вжал в стену.

– А я вот скучал, - и потерся об неё всем телом, здоровый голый кошак.

Манон в полной мере ощутила - да, скучал, и очень-очень скучал. И что ей с этим злым соскучившимся делать? Страха не было. Был холодный, расчётливый азарт Палача.

Манон почувствовала, как Тигран коснулся губами её затылка.

– Зачем ты вернулас-с-сь?
– прошипел он. Вцепился зубами в парик и стащил его с головы Манон, выплюнул на пол.
– Так лучше, - он потерся носом вдоль шеи, прикусывая зубами кожу.

– Погово-орить, - чёртово тело начало реагировать на него. Мозг был холоден, но тело... требовало: да, да, хочу этого самца, дайте немедленно.

– Поговори-ить? Голая? С дагой?
– Тигран коленями ударил под коленные ямочки, и Манон просел,а ослабив ноги. Тигран тут же вклинился между ними, раздвигая и фиксируя. Главный аргумент соскучившегося мужа упирался точно в копчик. Тигран вновь потёрся о Манон, пристраиваясь поудобнее.

МАРИНА!!!!!!... м-м-м?... чего надо?.. А сама не видишь?!... не-а... но чувствую... Марина!... Ну, а что? Он тебе за несколько месяцев супружеский долг задолжал, особенно за последний, пусть отдаёт, с процентами... Марина!!. а что сразу Марина?.. сама от двух великолепных парней отказалась, стеснительно ей... а у нас тело молодое, отзывчивое, к его ласкам привыкшее, вот и реагирует. Так что расслабься и получи, наконец, удовольствие, потом поговоришь...,о-о-о, да-а-а, умеет, подлец, соблазнять, ладно, я ушла наслаждаться, а ты как знаешь...

В этот ответственный разговор Тигран, не подставляя лицо под удар затылком Манон, целовал её шею, спускаясь к плечам, у основания шеи его губы замерли... не прекращая тереться об неё, он чуть присел и неожиданно вздёрнул за руки вверх, сильно сжав запястья, она вскрикнула от боли, привстав на цыпочки. Зубы Тиграна вцепились в загривок, словно животное, беря свою самку, указывал, кто хозяин, и запах возбуждённых тел, и напряжение... Рывком входящий, и удар по нервам, по разбитым сердцам. Рассекая пространство раз за разом, два обречённых... нет, не хватит, ещё и ещё...