Мастер
Шрифт:
– Тварь, как я ненавижу тебя, - шептал Тигран, покрывая её шею и плечи болезненными поцелуями, - ненавижу... ненавижу...
– сжимая запястья, почти ломая кости. Она стонала от боли и острого удовольствия... наслаждалось тело, душа и сердце были равнодушны. Словно разделилась, отдав возможность наслаждаться Марине, а Манон отстранилась, ждала окончания. Странное чувство раздвоенности, здесь - и не здесь.
– Зачем ты вернулась... зачем... скажи мне, зачем...
– требовал Тигран, всё яростнее вколачиваясь в тело.
– Ненавижу... скажи, зачем... любимая... Два оргазма сплелись в
Они лежали на полу, Тигран прижимался к ней, дрожащей.
– Замёрзла?
Она не ответила, она не замёрзла, она тряслась от едва сдерживаемого хохота... абсурднейшая ситуация... клоуны... какого демона они только что вытворяли? Главное, злости на него она не испытывала, но уже и не любила.
Просто отлично позанимались сексом, организм был за это премного благодарен и доволен, славно бы в душик - и в постельку... организм, ты совсем оборзел? Тебя сюда не для этого привели... а зачем я сюда вообще пришла?.. вроде, поговорить, - подсказала Марина... А-а-а, предательница очнулась... и как, хорошо тебе?.. очень, и тебе тоже, не тормози, ты пока самоедством занимаешься, он что-то задумал. Хватит разлёживаться, долг супружеский нам вернули, пора за дело браться.
Манон почувствовала, как Тигран за спиной начал вертеть головой, словно искал что-то. Перехватил её запястья одной рукой, а другой потянулся за чем-то.
– Тигран? А что ты делаешь?
– настороженно поинтересовалась Манон.
– Ничего особенного, лежи, лежи, - ответил, не переставая тянуться.
Манон извернулась и посмотрела, куда это он руку свою тянет... за поясом от пеньюара. Связать её хочет.
– Тигран, а пояс тебе зачем?
– начиная догадываться, зачем.
– Сейчас узнаешь, - многообещающе пробурчал мужчина, зацепив, наконец, шёлк.
Узнавать Манон не стала. Резкий удар затылка в расслабленную челюсть, клацнули зубы, вопль сквозь стиснутые зубы, кажется, язык прикусил. Рука, держащая запястья, ослабла. Со всей дури саданула локтем по рёбрам, кажется, треск - и очередной сдавленный вопль. Откатилась, вскочила на ноги. Удар правой в лицо. Из носа брызнула кровь. Затих.
Быстро перевернула на живот безвольное тело, поясом связала руки за спиной. Пеньюар скрутила жгутом и стянула щиколотки, за ноги дотащила поближе к постели. Оставленными рукавами привязала к ножке кровати. Сбегала в гардеробную, принесла несколько ночных рубашек. Одну надела, две других порвала на полосы. Продублировала обвязку чуть выше коленей. Вытерла кровь с лица Тиграна. Сходила в ванную, набрала в кувшин холодной воды и вернулась в спальню. Встала над Тиграном и вылила содержимое кувшина ему на голову.
Пришёл в сознание, отплёвываясь и посылая по матушке, батюшке и другим родственникам. Пока он высказывал своё искреннее отношение к ней и ситуации в целом, она сходила за дагой, встала над ним, демонстративно нажав на пружину; лезвие раскрылось тремя лепестками. Тигран осёкся.
– Поговорим?
– спросила Манон, поигрывая раскрытым кинжалом. Тигран, не сводя глаз с лезвий, кивнул.
– Ноги замёрзли, вода-то холодная, - пояснила Манон.
– Я вообще в луже лежу, - напомнил Тигран, - на жёстком полу, - попытался надавить на жалость. И как ни странно, получилось. Манон окинула его скептическим взглядом. Кивнула, встала, не удосужившись убрать ноги с его живота. Тигран болезненно ойкнул и напряг пресс. Манон прошлась по нему, как по полу, стянула с кровати одеяло, бросила рядом на пол, где не было воды.
– Ложись, - предложила она любезно.
– Как?
– Переползай, или могу подопнуть, если хочешь, - равнодушно ответила она.
– Ты само сочувствие и доброта, - съехидничал Тигран, ужом переползая на сухое одеяло.
– О чём будем говорить?
Молча наблюдая за телодвижениями мужа, она вновь пододвинула кресло поближе к нему, вытерла ноги об одеяло, села в кресло, а ступни устроила на его напрягшемся животе.
– Сейчас тоже ноги замёрзли?
– Нет, сейчас пресс тренируем, а то смотрю, жирок появляться стал. Мышцы одрябли. Дыхалка не та. На продолжительный секс тебя уже не хватает, - при этом она надавливала ступнями на пресс.
– Хочешь продолжить?
– сощурился уязвлённый муж.
– Развяжи меня и посмотрим, у кого дыхалка слабая и кто первый сдастся.
– Нет, супружеский долг мне ты вернул. Можно, конечно, было подольше и поразнообразнее, ну, да ладно, я без претензий, - зевнула Манон, прикрыв ладошкой рот.
– Просто констатирую факт. Мне же тебя в другие руки передавать, наследников плодить, а тут такой ай-яй-яй, - и снова ткнула пяткой в напряжённый пресс.
– Мано-он, - предупреждающе рыкнул Тигран.
– Ладно, отвлеклись. Переходим к сути. Как я уже говорила, я хочу развода. Насколько я поняла из вашего разговора с Солером, ты его жаждешь не меньше.
Тигран напрягся, вспомнил, что наговорил Солеру и после.
– Ты снова подслушивала?
– Тигран скривился презрительно.
– Не стыдно?
– Ничуть. А как ещё узнать правду?
– Манон закрыла дагу и поигрывала ею.
– За то время, что мы знакомы, я трижды была свидетелем разговора, касающегося меня, но не предназначенного мне.
– Трижды?
– Тигран напрягся ещё больше, вспоминая, где же он ещё наболтал лишнего.
– Не суть. Главное я услышала в этом доме.
– Манон вперила равнодушный взгляд в мужа.
– Скажи мне, зачем всё эти усилия по моему задержанию? Неужели настолько уязвила твоё мужское достоинство? Тигран?
– А любовь? Ты не берёшь её в расчёт?
– Любовь?! Так ты мне сейчас в любви признавался?!
– Манон сжала дагу до побелевших костяшек.
– Приказывая господину Солеру при задержании применить ко мне силу и посадить в тюрьму БЫВШУЮ герцогиню. Это ты так пламенные чувства доказывал?! Или что ты там говорил?
– Манон задумалась, вспоминая.
– " ТЫ не хотела моей любви... получай ненависть", и особенно мне понравилось это: " Не хотела быть женой - будешь подстилкой", - шипела яростно Манон.
– На цепь меня хотел посадить...