Материк Тьмы
Шрифт:
— Заставлю, его есть до полного несварения желудка, — серьёзно ответила Алиса, — и будет он сидеть безвылазно в туалете до самого утра. Хочешь, проверим на тебе?
— Нет, нет… Я верю, верю… — вздрогнув гном протестующе протянул к ней руки.
Перспектива прос…ть всё наше приключение на ночном горшке, со спущенными штанами, ему не показалась привлекательной.
Кстати, я имел ввиду просидеть на горшке, а вы что подумали?
— Ну, хорошо, — вмешался я, — все взяли себя в кулак. Не расслабляемся. Продолжаем спуск.
Оставив
Шли мы не долго.
Наконец мы нашли то, что искали. Проход в центральную часть замка был где-то здесь.
Винный погреб нас надо сказать поразил. В широком подвальном помещении в несколько рядов стояли стеллажи с всеразличными бутылками и поддоны с винными бочками. Подвал тянулся далеко, и конца его не было видно. Стены подвала украшали барельефы со схожей тематикой.
Гномы как зачарованные брели вдоль стеллажей с бутылками вина и, читая бирки с названием напитков хранящиеся в подвале, бормотали в полголоса: «Коньяк Западного предела… Ром Восточного предела… Бальзам фарагорийский… Мадера Южного предела… Гномий самогон Северного предела…»
Здесь они, не сговариваясь, остановились, в ступоре от прочитанного.
Подняв на меня глаза Орин сказал:
— Риттер, тут есть гномы. В Северном пределе.
— Рад это слышать, Орин. Но что поделать, друг, мы не идём туда.
Гном понурил голову, но затем воспрял духом.
— Эх, если мы не можем встретиться с нашими сородичами, так хоть несколько бутылок с их выпивкой возьмём с собой.
Гномы принялись с воодушевлением набивать свои карманы пыльными бутылками из тёмно-зелёного бутылочного стекла.
Ну, вот… пустили козлов в огород.
— Так, сейчас не пить, — осадил я Дори, уже протянувшего свою руку к горлышку одной из бутылок, — нам не хватает сейчас только пьяных гномов. Выпьете после того как всё закончится. А сейчас идём дальше.
А дальше были всё новые и новые стеллажи с бутылками.
Масштабность подвала просто поражала. По моим прикидкам он занимал несколько городских кварталов.
Для перемещения по нему в центральном проходе даже была проложена рельсовая дорога, по которой каталась небольшая грузопассажирская тележка.
Но обход подвала не обошёлся без происшествий.
Когда мы проходили мимо больших бочек с каким-то южным вином, с барельефом, вырезанном на стене подвала, что-то произошло.
Собой барельеф изображал трёх охотников расположившихся на отдых на привале. Казалось, что они только приступили к трапезе. Каждый из них держал в руках рог с вином. А рядом с ними, высунув язык, сидела охотничья собака.
Когда я проходил мимо этой скульптурной композиции один из охотников, лежавший на траве ко мне спиной, вдруг повернулся и, глядя мне прямо в глаза, сказал: «Зря вы сюда пришли. Ты об этом ещё пожалеешь». И снова отвернулся.
Я как шёл, повернув к барельефу
Шедший за мной Орин от неожиданности налетел на меня и спросил: «Риттер, что с тобой?! Ты чего тормозишь?! Привидение что ли увидел?»
— Орин, — ответил я, указывая на стену, — взгляни на это изображение. Тебе не кажется оно странным?
— Тут мне странным кажешься только ты. А изображение на стене совсем обычное. Охотники на отдыхе.
— А что ты мне скажешь об охотнике на переднем плане?
Гном подошел к барельефу, внимательно рассмотрел его и даже потрогал руками.
— Да нет тут ничего необычного.
— Значит, мне показалось, — я облегченно вздохнул, — пошли быстрее, а то отстанем от наших.
Мы заторопились, догоняя ушедшую вперёд группу.
— А что ты видел? — вдруг спросил меня Орин.
— Да понимаешь, я увидел, как охотник, лежавший на траве к нам спиной, вдруг обернулся и сказал мне, что мы зря сюда пришли.
— Вот как? — нахмурился старший из братьев-гномов, — Это странно.
— Что тут странного? — удивился я. — ты ведь сказал, что не заметил ничего необычного.
— Ну да, охотники на изображении были совсем обычными. Но ты-то что-то заметил, а ты у нас очень наблюдательный для человека. Я помню, двое из охотников сидели лицом к нам, а третий полулежал, повернув голову к собаке….
Я похолодел. Значит, не показалось.
Но возвращаться к странному изображению я не решился — мы уже почти догнали наших. А может быть, мне всё это показалось.
Пока мы шли дальше, другие выходы из подвала нам не попадались на пути. Неужели я ошибся, и нам придётся возвращаться обратно? И что потом? Рискуя нарваться на замковую стражу, искать другой вход в замок?
Есть ещё вариант идти через кухню. Но там полно кухонных рабочих, поваров и поварят. Это было равнозначно выйти во внутренний двор цитадели и заорать: «Морена!!! Выходи мля, биться будем! И подружку свою, Наану прихвати! Ну и стражу свою, до кучи!» А потом огребать от них всех.
— Смотрите внимательнее, — сказал я своим друзьям, — нам очень нужно найти другой выход из подвала.
Выход мы всё-таки нашли, но он был замаскирован.
Мы дошли до самого конца подвала. Но всё было напрасно. Ни единого выхода из этого чёртового подвала.
Ряды стеллажей с обычным вином уже давно закончились. В этом месте на стеллажах лежали уже бутылки не зелёного, а коричневого и тёмно-синего цвета, погребённые под толстым слоем вековой пыли. Вино, находившееся в них, было возрастом сотни, а может быть даже тысячи лет.
— Они же стоят на вес золота! — изумился увиденному богатству Дори.
Глаза у хозяйственных гномов нездорово забегали, приобретя какую-то сумасшедшинку.
Невзирая на все мои запреты, Дори схватил одну их бутылок и отбив горлышко сделал из неё большой глоток.