Маттимео
Шрифт:
– Тесните их назад, мы должны не дать им взойти на уступ, - кричал Матиас.
Одна из стрел чиркнула Орландо по морде, нос его залила кровь.
– Е-е-еула-а-али-и-иа-а-а!
Взбешенный барсук вклинился в ряды врагов, как стенобитный таран. Крыс, пытавшихся увернуться, Орландо перебрасывал через край площадки, и они с визгом летели в зеленую бездну. Матиас был охвачен пылом сражения. При этом он, как истинный воин-меченосец, старался сохранить холодную голову, используя все старые почтенные приемы ведения боя. Взмах, выпад, бросок, удар, - он работал как машина,
Лог-а-Лог был дважды оттеснен назад. Во время второй попытки к наступлению он упал, раненный ударом пики в горло. Заяц Бэзил прыгнул и занял его место.
– Ну-ка, парни Гуосима, постройтесь в три ряда, вот здесь. Теперь - во фронт и сомкните строй, гляди веселей! Только луки и пращи. Огонь! Пригнулись, перезарядили. Все время наступать - вот в чем тактика. Огонь, пригнись, заряжай! Продолжайте двигаться во фронт. Теперь - цельсь! Добрая потеха!
Под натиском землероек крысы были вынуждены разбить свое кольцо и отойти к статуе, защищая ее от действий Бэзила. Заяц был опытным воином. Он собрал небольшой отряд землероек с метательными копьями.
– Щекач, твой первый шанс показать себя в качестве командира. Возьми этих парней и веди к краю уступа. Пробейтесь вон там, в обход этой грязной статуи, и займите позицию позади крыс, что против нас. Всыпьте им оттуда пару горячих. Будь увертливее, мой мальчик, не делайся мишенью для этих ублюдков!
Щекач браво отдал честь. Страх его почти исчез в пылу битвы.
– Есть, старина Бэзил!
Бэзил проводил его взглядом, с улыбкой покачивая головой.
– Крепконосый пострел, почти как я в юности, - сказал он.
– Огонь! Пригнись, заряжай, парни! Вот как с ними надо!
Битва бушевала с переменным успехом. Надаз бил боевую тревогу. Гулкие удары барабана эхом отдавались в скалах, летели стрелы, камни из пращей, кололи пики. Матиас, дико вращая глазами, осмотрелся: он стоял посреди рукопашной схватки. Силы крыс намного превосходили силы рэдволльцев. и еще множество крыс теснилось на каменной лестнице, на подходе к сражению. С трудом выбравшись из этого скопления дерущихся, Воин выкрикнул во весь голос:
– Назад, назад, берите раненых и отступайте к проходу, по которому мы шли!
Гуосим, пробиваясь назад к арке прохода, выносил из боя Лог-а-Лога. Орландо, Джесс и Джабез, стоя бок о бок с Щекачом и Бэзилом, неистово отбивались, прикрывая отступление. Матиас сновал туда-сюда, помогая управиться с ранеными.
Наконец им удалось добраться до прохода, и они вошли в него. Дробь барабана прекратилась, и крысы отхлынули назад, до половины очистив площадку и защищая лестницу, по которой поднимались новые полчища. По мере поступления новых сил они снова начали заполнять всю площадь уступа. Посреди них стоял Надаз
Орландо отер топор и принялся затачивать его о камень стены.
– Славно мы с ними схватились, хоть нас и мало, - сказал он ободряюще.
Воин сел, прислонившись спиной к стене и тяжело дыша.
– Да, если бы мы нашли наших детей, мы могли бы уже подняться на поверхность. Беда в том, что я нигде их не видал.
Барсук полизал раненую лапу.
– И я не видел их, и лиса, кстати, тоже. Я не уйду отсюда, пока он жив. Даже если я не найду мою Ауму, то хоть буду уверен, что он больше никого не продаст в рабство.
Щекач стоял у входа в туннель и строил гримасы черным крысам, собравшимся неподалеку.
– Эй, вы, крыски-огрызки! Эта старая дурацкая статуя не стоит и раздавленного желудя. Ей нужна целая орда крыс, чтобы потягаться с настоящими бойцами, - насмехался он.
Бэзил и Джесс пытались перевязать ужасающую рану Лог-а-Лога. Она была глубокой и очень опасной. Бэзил покачал головой:
– Послушайте этого молодого задиру! Нам того и гляди пустят кровь, а он раздает им прозвища, как служанка на чайной вечеринке. Ха-ха, маленький сорванец, чтоб ему пусто было! Говорю тебе, Лог-а-как-тебя, лежи тихо. Ты разбередишь свою рану.
Предводитель землероек держался за промокшую от крови повязку на горле. Он тяжело дышал.
– Плохая рана, друг. Она вывела меня из строя.
Бэзил ободряюще помахал ушами:
– Чепуха, старина. Вскоре ты опять будешь как новенький.
Лог-а-Лог, сделав огромное усилие, поднялся и повернулся к Матиасу:
– Где Флагг? Мне он нужен, Матиас. Я хочу выйти на свет дневной, чтобы не умирать здесь, во мраке.
Матиас сжал лапу друга:
– Я понимаю тебя, Лог-а-Лог. Поднимайся наверх и отдохни там. Все будет хорошо. Флагг, возьми еще несколько ребят, выведите Лог-а-Лога на дневной свет. Полегче, берегите его шею.
– Матиас, погляди!
– Вытянув шею, Орландо стоял на камне, выступающем из стены.
– Они перекинули веревку через край уступа. На ней подвешена какая-то большая корзина. Думаю, они что-то спускают. Интересно, что это?
Матиас пожал плечами:
– Я знаю не больше тебя. Скоро они возобновят свои атаки. Я это чувствую. Мы можем выдержать их натиск какое-то время, но закончится тем, что они одолеют нас. У меня есть план. как нам выиграть время. Тогда, если даже мы потерпим поражение, остальные по крайней мере успеют уйти и спасутся.
Встав снаружи, у входа в туннель, Матиас направил свой меч на Надаза.
– Ты, крыса, я вызываю тебя на поединок!
– крикнул он.
Надаз продолжал потрясать своим ужасным скипетром, монотонно выпевая какие-то заклинания. Воин обратился к нему снова:
– Ты боишься принять вызов! Ты спокоен, лишь когда у тебя за спиной твоя орда! Жалкий трус! Пошли тогда кого-нибудь из своих. Я - Матиас из Рэдволла. Я - воин, не знающий страха. Есть ли среди вас кто-нибудь, равный мне, или вы все - жалкие червяки?