Майнеры
Шрифт:
– В багажник влезает четыре мешка картошки, еще место остается.
– Значит, проблем не будет.
– Ага. Я возьму на всякий случай.
– Что?
– Мешки.
Ларин смотрел на себя, слышал собственный голос и никак не мог понять – тот ли это Ларин, что отвозил жену в роддом, или это какой-то другой человек? Как много событий может вместить в себя всего полдня.
Он выехал из гаража, дождался, пока Скоков закроет двери и сядет на переднее сиденье.
– Пристегнись.
– Зачем?
– Пристегнись,
– В бардачке.
Они тронулись. Едва Ларин прикоснулся к педали газа, автомобиль рванул вперед.
– Подъедем как можно ближе. Ты пойдешь со мной до места, откуда видно дорогу, если увидишь полицию, пока я буду тащить этого… поляка, предупредишь.
– Понятно. А куда мы потом его денем?
– Что-нибудь придумаем. На крайний случай полежит в багажнике сутки. Ничего страшного.
– Что?!
– А как ты думал. Труп надо спрятать, чтобы никто никогда его не нашел. У него есть родственники?
Скоков покачал головой.
– Он же поляк, поэтому и кличка такая. Архивариус говорил, он в розыске в Польше за убийство. Обкололся и зарезал продавщицу в ларьке. В Гданьске, что ли. Нелегально перебрался на Украину, потом сюда.
– Что, так легко перебраться?
– Возил наркоту, пока ему доверяли партии, потом, наверное, связи остались, перебросили его.
– Значит, никто горевать не будет.
– Это точно.
Скоков потянулся к кнопке радио.
В салоне заиграл хит «Чумачечая весна», от которого Ларина передернуло.
– Выруби это дерьмо. И так тошно.
Скоков выключил.
Москва сверкала рекламными огнями. Тысячи машин спешили по делам. Одни ехали с работы, другие, включив звук погромче, – в ночные клубы, кто-то на курсы, на телевидение, концерт, кино, к любовнице или любовнику, в магазин, на педикюр, к личному тренеру по фитнесу… Ларин думал об этом, наблюдая ползущую гирлянду стоп-сигналов.
Наверное, пассажиры, глядя в окна, тоже гадали, куда едет темно-синяя раритетная «вольво», наверное, какой-нибудь заслуженный пенсионер решил выгулять железного скакуна на ночь глядя.
Они оставили позади Политехнический музей, свернули около метро и помчались по уже знакомой дороге, которая совершенно не освещалась. Вдоль нее тянулись промышленные комплексы, склады, гаражные кооперативы, словом – окраина. Углубившись, «вольво» свернула к лесному массиву на проселочную дорогу.
Проехав еще метров двести, Ларин остановился прямо перед трубами.
– Все, – сказал он. – Стой около забора, если что, быстро беги и предупреждай. Багажник открой, как будто что-то чинишь.
– Хорошо.
Ларин вышел из машины и побежал трусцой по тропинке к щели в бетонном заборе. В руке он держал пару мешков для мусора
Миновав щель, он пошел медленнее, вглядываясь в темноту. Судя по всему, никто после них здесь не появлялся. Он дошел до трансформаторной будки, на цыпочках обошел вокруг, заглянул одним глазом в дыру. Никого. Ни единого звука.
Тем не менее в темноте дверного проема мерещилась засада.
– Черт с ним, – сказал Ларин и шагнул через порог.
Ничего не случилось. Группа захвата не налетела на него со всех сторон, мертвый Поляк, восставший с того света, не бросился, брызгая остатками крови и мозгов.
Он смирно сидел там, куда Ларин его и посадил. В углу. Заметно окоченевший. С трудом разогнув труп, Ларин с двух сторон надел мешки и обмотал тело веревкой. Крепко затянул узлы.
После этого посветил вокруг фонариком. Около разбитой ножки дивана увидел черный продолговатый предмет и вздохнул с облегчением. Телефон лежал экраном вниз, матовый чехол не давал бликов, заметить его в темноте, если не знаешь, что ищешь, было почти невозможно.
Ларин поднял трубку, включил экран.
Среди прочих СМС и звонков он различил только одно:
«Родила в 21:07. Девочка. 2950 г. Поздравляю с днем рождения дочери! Света»
Он сел на диван. Казалось, силы покинули его, голова закружилась, свет в глазах подернулся мокрыми блестками, изображение поплыло. Он всхлипнул, поднял голову, посмотрел на потолок, словно ища там поддержки.
Света. Светка. Любимая. Господи, что он сейчас делает?! Он должен быть с ней, рядом, смотреть в окна, кричать от радости, пить шампанское, а он…
Взгляд упал на бесформенный предмет, похожий на бревно, обмотанный мешками и лежащий возле выхода.
Нужно поторопиться, пока снова кого-нибудь не принесло.
Поднявшись, он положил мобильник в карман куртки и застегнул его на молнию. Осветив фонарем вокруг, поискал возможные следы их пребывания, не нашел ничего существенного, подхватил тело, скрытое мешками, оно вдруг стало гораздо тяжелее, и быстрым шагом пошел к машине. Со стороны могло показаться, что мужчина несет свернутый ковер или рулон рубероида.
Протиснувшись в щель в заборе, Ларин увидел Скокова, стоящего возле кустов.
– Все тихо, – сказал тот.
– Помоги, тяжелый какой-то стал, – сказал Ларин.
Они подхватили труп спереди и сзади, подошли к машине и засунули его в багажник, который и впрямь оказался гигантским. Ларин захлопнул крышку.
– Все, погнали отсюда быстрее.
Он завел машину слегка трясущейся рукой, включил передачу и через пару секунд они ехали в сторону дома.
– А если нас остановят? – спросил Скоков. – Может, вывезем его за окружную, пока темно, и дело с концом. Э… а что это с вами?