Меч и Цепь
Шрифт:
– Честно говоря, я умираю от любопытства.
Хотя и не именно по поводу меча. Откуда у мелцев скандинавские имена и скандинавский акцент?
И еще.
Резные головы на их челноках – точь-в-точь как на драккарах викингов: прямоугольные, а не ящериные, как у Эллегона.
Дома – бамбуково-пальмовые копии домов викингов.
Свихнуться от всего этого можно. Климат и среда, сходные с Полинезией, должны были породить культуру, подобную полинезийской – сочетающуюся со свободной, распашной одеждой, долблеными каноэ и вольготной, неспешной жизнью, основанной на
Разумеется, драконьи головы на каноэ, говор или имена могли быть совпадением – но что-то одно, а не все вместе!
Сейгар Вотансен сел, осушил кружку и знаком велел Эсталли наполнить ее снова.
– Что ж, слушай. Отца отца отца… – брови его сошлись в линию: постукивая себя по колену, он пытался подсчитать прошедшие поколения, – отца отца отца моего отца – звали его Вотан Краснобородый – считали пиратом, хотя на самом деле он был человеком чести. Он плавал на своих кораблях по морю соленому, нападал на поселения плохих людей и отбирал у них нечестиво нажитые вещи и золото.
Когда Вотансен заговорил, дети чинно расселись по циновкам и стали внимательно слушать – как знакомую любимую сказку на ночь.
– Он и его воины появлялись из-за горизонта, причаливали к берегу и…
Один из мальчиков наклонился к старшей сестре.
– Как можно плавать по соли? – громким шепотом спросил он.
Она покровительственно улыбнулась ему – как любая старшая сестра в любой Вселенной.
– Соль была в воде.
– Но это же глупо! Зачем тратить соль, высыпая ее в воду? – настаивал брат. – Папа говорит, найти соль очень трудно.
– Они не высыпали. Соль уже была там.
– Откуда?
– Тише, папа рассказывает.
– …но та ночь была темна, и на море бушевал шторм, и корабль то взлетал в воздух, то падал в провалы меж волн…
– Почему же они не высадились? – снова пристал к сестре мальчик.
Она вздохнула.
– Потому что были далеко в море.
– Разве они не знали, что нельзя удаляться от берега?
– Они, наверное, забыли.
– …и в тот самый миг, когда они решили, что корабль вот-вот пойдет ко дну, небо вкруг них раскололось, и корабль оказался в тихих водах Киррика…
– Но как же они туда попали?
– Ты что – не слушал? – Сестра дала мальчишке подзатыльник. – Небо раскололось.
Он потер место удара.
– Я такого никогда не видел.
– Увидишь, ежели не уймешься.
– …на носу стоял старец. Седобородый, в серых одеждах мага. Над его головой зажатый, будто пальцами, сияющими лучами, парил меч.
«Я, Арта Мирддин, спас ваши жизни и привел вас сюда, – проговорил он на языке, которого они не знали – но отчего-то поняли, – дабы вы отнесли это в то место, кое я укажу вам. – Голос его был звонким, как у юноши, однако лицо покрывали морщины. – Вы и дети ваши станут надзирать за ним и хранить для того, кого я пришлю».
И воин по имени Бьёрн рассмеялся.
– Спасибо за меч, – сказал он. – Но будет
И прыгнул он к магу – а с пальцев мага слетела молния, и был Бьёрн поражен немедля…
Мальчик взглянул на сестру.
– Бьёрн?.. Что это за имя такое – Бьёрн?
– Имя глупца. Имя, приносящее несчастье. Уймись!
– …привел их в пещеру и оставил меч там, среди письмен, что немногие из них могли видеть и никто не мог прочитать.
«Привечайте чужих, – велел Арта Мирддин. – Настанет день – и чужак придет за мечом».
«Но как я узнаю его?» – вопросил мой пращур.
Маг покачал головой.
«Не ты и никто из твоих детей и детей твоих детей. Ваше дело – не знать, а следить и ждать. Узнает меч…»
– Как может меч что-то знать?
– Это волшебный меч, глупый.
– Гм…
– «Принимайте их с радостью, и давайте дочерей своих в жены им». – Вотансен вскинул голову. – И начали они жить спокойно и растили детей и внуков, и длилось так девять поколений. – Воин ударил кулаком по циновке. – Таков рассказ… – Он похлопал кувшин. – Еще соку?
Ахира поймал взгляд Карла.
– Прежде чем начать снова, мне нужно отлить. – Локоть его врезался в бок Карла.
– Ох… Мне, кажется, тоже. Простите – мы на минутку.
– И как тебе все это, Карл? – Гном сидел на высоком валуне и барабанил по нему пятками.
У Карла голова шла кругом. Кое-что обрело смысл… но все равно не складывалось. Одно с другим.
– Не понимаю. Что-то объяснилось, конечно, но… – То, что поведал им Вотансен, было повестью из разряда тех, которые рассказывали своим детям и внукам завоеватели-викинги. – Но – восемь-девять поколений? Когда жили викинги? В одиннадцатом веке?
Ахира кивнул:
– Вроде того. И если шайка викингов пришла сюда из одиннадцатого века, они должны жить здесь куда больше двух сотен лет – учитывая, что на Этой Стороне время течет быстрей. И намного.
Карл кивнул. Об этом говорил им Дэйтон, да они и сами убедились. Их путешествие от Ландейла к Двери-между-Мирами на Этой Стороне заняло много месяцев, но когда, воспользовавшись Дверью, они вернулись домой, выяснилось, что дома прошло лишь несколько часов. Однажды Карл разговорился об этом с Рикетти; выходило – за каждый час дома здесь проходит часов четыреста – пятьсот.
– Не мог же Дэйтон просто врать, – проговорил Карл.
– Нет, – осклабился гном. – Дейтон нам много в чем наврал, но тут он сказал правду. Это мы знаем точно. Здесь время и правда течет быстрей.
– А может, и нет. – Карл пожал плечами. – Может, его движение раз от разу меняется. Это, кстати, многое объясняет.
– Что же?
– Сам прикинь. – Карл притопывал ногой по песку. – Что бы мне раньше сообразить! – Он повел рукой. – Если эта сторона в четыреста раз старше Земли, значит, возраст ее – примерно тысяча шестьсот миллиардов лет. Так? В таком случае ее рельеф должен быть более сглажен; атмосфера, возможно, частично улетучилась бы; все горы давно бы выветрились и стали ниже.