Меч и Цепь
Шрифт:
Ганнес прокричал приказ – и рулевой снова сманеврировал, направив корабль между двух выступающих кос. Днище проскребло по банке, «Бородавочник» вздрогнул… освободился… и скользнул в недвижные воды залива.
Карл покачал головой. Нечего удивляться, что корабль протекает, как решето: будешь течь при таком обращении! Даже учитывая – как объяснил Ганнес, – что мелцы соглашаются иметь дело с корабельщиками только после того, как корабль окажется на мелководье, должен быть какой-нибудь другой способ заходить в заливы, кроме как всякий
И все же мореходом Ганнес был превосходным. На Этой Стороне не было Луны, а куда более слабые солнечные приливы и отливы почти не различались. Рисковать заходить на мелководье было со стороны Ганнеса подвигом; умудриться не сесть на мель – чудом.
Карл повернулся к Ахире; гном вцепился в мачту – именно вцепился, хоть и делал вид, что небрежно придерживается за нее одной рукой. «Придерживаясь», рук до судорог не сжимают.
– Плохо?
Ахира не обернулся.
– Нормально.
Карл перешел на английский.
– Эй, это я, узнаешь? Джеймс, что с тобой?
– Все в порядке. Просто мне не нравится, когда корабли прыгают.
Новый удар. Карла развернуло и швырнуло на ограждения; корабль приподнялся, опустился и замер. Эйя и Рафф обменялись снисходительными улыбками: чувство равновесия Карла оставляло желать лучшего.
Подождите, детки, вот потяжелеете на пару сотен фунтов – поймете, что таскать их не так уж и просто, не говоря о том, чтобы удержаться на ногах.
Ну да ладно. Пусть себе похихикают. Воин всмотрелся в берег, пытаясь понять, есть ли кто-то – или что-то – за пышной зеленью. Ничего. Ганнес говорил, что местные встретят их, но…
– Карл! – В голосе Ахиры звучали удивление и почти восторг.
– Что?
– Не оборачивайся. Хочу спросить тебя кое о чем.
Карл пожал плечами:
– Давай.
– Этот берег здорово похож на Гавайи, правда?
– Я бы сказал – на Полинезию.
– Гавайи – часть Полинезии, Карл. Это одно и то же. Больше всего похоже на Лагайну – пальмы, песчаные пляжи, почти нет скал, синяя вода… вот только здесь она чище и пресная.
– Верно. – Карл собрался поворачиваться.
– Еще минутку, – выдохнул гном. – Учитывая все это, ты не слишком удивишься, если местные прибудут на таких длинных долбленках?
– Вовсе не удивлюсь.
Сходные условия должны порождать сходные культуры. В данном случае самой торной дорогой – и охотничьими угодьями, кстати, – должно быть море. Если у мелцев нет возможностей строить большие парусные суда, они сделают каноэ. А если у них нет звериных или тюленьих шкур, чтобы обтянуть каноэ, они их выдолбят. Долбленые каноэ, да еще с балансирами, более устойчивы, чем другие подобные лодки, – все логично.
– Так в чем дело? У местных есть долбленки?
– По-твоему, это правильно – чтобы они были?
– Разумеется.
– Тогда обернись и скажи, почему их долбленки больше всего походят на драккары викингов.
Карл
Три каноэ входили в жерло залива, каждое длиной ярдов в пять-шесть, балансиры вывешены, на каждом весле – по гребцу.
И с каждого высоко поднятого носа скалился резной деревянный дракон.
Проведав в трюме Морковку и Пиратку, Карл вернулся на палубу. Там его сразу же окружили Ахира, Эйя, Рафф, Тэннети и Чак. Отряд старался держаться подальше от Ганнеса и трех одетых в саронги мелцев, что на носу спорили о ценах на мелавэйскую копру и эндэлльскую сталь.
Местные говорили на эрендра со странным певучим акцентом, не похожим ни на быструю речь пандатавэйцев, ни на протяжное произношение Метрейля. Знакомый акцент…
– А, Карл? – взглянул на воина Ахира.
– Ты тоже слышишь?
– Еще бы. Можешь объяснить, почему эти парни болтают, как шведы? Как наш шеф-повар в колледже…
Чак нахмурился.
– Будет проще, – проговорил он, осклабясь, – если вы научите меня этому вашему аглицкому, а еще лучше – просто говорите по-эренски. По крайней мере когда я рядом.
– Интересная мысль, – кивнул гном. – Я попробую.
Карл жестом попросил прощения.
– Мы говорили об акценте этих мелцев. Очень похоже говорят дома.
– Дома? – Рафф покачал головой. – Не у меня.
– У нас дома. – Карл помахал рукой. – На Той Стороне. В области, что зовется Скандинавией. – Очень странно. Различия между здесь и там не были неожиданностью; он начал уже привыкать к ним. С другой стороны… в сочетании с драккарами-каноэ узнаваемость местного говора настораживала. Это должно было что-то значить.
Но что?
Это наверняка не просто переход, как произошло с ними. В конце концов, мелцы совершенно не похожи на скандинавов. Волосы у них прямые и черные, кожа смуглая, глаза с тяжелыми веками…
Чак мотнул головой.
– Бессмыслица. Я думал – перешли одни только вы.
– Я тоже так думал.
Самый высокий из мелцев, загорелый широкоплечий воин в пурпурном саронге, направился к ним.
– Ты от Арта Мирддина? – спросил он, и от его акцента по спине Карла пробежал холодок. – Он прислал за мечом?
Карл покачал головой.
– Я не понимаю – простите.
Воин пожал плечами, словно ожидал такого ответа и тем не менее разочарован.
– Аваир Ганнес, – проговорил он, – сказал: ты из земель, что ему неведомы. Он сказал, тебя зовут Карл Куллинан и за твою голову работорговцы обещают большие деньги. Это так?
Не знаю, работорговцы ли назначили цену, или весь Совет Гильдий, но ты прав.
Карл кивнул, знаком велев Чаку убрать руку с меча. Не похоже, что на них собираются напасть. А даже если и так – мелцы в лодках слишком далеко. Карл, Тэннети, Чак и Ахира запросто справятся с тремя копейщиками на палубе.