Меделень
Шрифт:
– ...
– Моника?
– Что?
– Ничего...
Ольгуца притворно зевнула... И принялась изучать белый потолок, считая неровности.
– Моника, ты бы хотела быть мухой?
– Мухой?
– Да, мухой! Я бы ужасно хотела... Я прогуливалась бы по потолку вниз головой...
– Я бы хотела вырасти большой, - мечтательно сказала Моника.
– И я, - постаралась не отстать от нее Ольгуца... - А что бы ты сделала, если бы стала большой?
–
– А я бы стала кучером... как дед Георге!.. И вывалила бы Плюшку из коляски.
– За что ты сердишься на Дэнуца?
– Я?.. Это он на меня сердится.
– Ты права! - согласилась Моника. - Он тебя побил; так не делают!
– Он меня побил? - спросила Ольгуца с угрозой в голосе.
– Да, сегодня утром!
– Ну, это положим!.. Если бы не мама, я бы ему показала!
– Ты умеешь драться, Ольгуца?
– А ты не умеешь?
– Нет.
– Я очень хорошо умею драться!
– И тебе нравится?
– Еще бы... Хочешь, покажу?
– Нет.
Они помолчали. Ольгуца вздохнула...
– Моника, почему ты не отрежешь себе косы?
– А зачем?.. Они нравились бабушке... она мне их заплетала.
– Да!.. Но они мешают драться. За них можно ухватиться.
– А зачем драться?
– Как зачем?
– И с кем драться?
– С Плюшкой... Нет, ты права! - спохватилась Ольгуца. - Я ему не позволю!
Ольгуца приподнялась на локте и стала болтать ногой.
– Моника, у тебя есть мускулы?
– Не знаю!
– А у меня есть! Вот смотри: я сгибаю ногу!.. Моника, я больше не буду спать!
Спрыгнув с кровати, она принялась скакать по комнате...
– Моника, - вдруг закричала она, как Колумб, когда он открыл Америку.
– Что? - испуганно вскочила Моника.
– Ничего! - быстро ответила Ольгуца, закрывая печную дверцу.
Она уселась на стул, прямо на платье Моники, и погрузилась в размышления...
– Послушай, Моника, я тебе открою один секрет.
– Хорошо.
– Не так! - тряхнула Ольгуца головой, усаживаясь на кровать Моники.
– Сначала поклянись, что никому не скажешь.
– Я и так никому не скажу! - возмутилась Моника.
– Не сердись! Я тебе верю. Но все равно ты должна поклясться!
– ...
– Клянешься?
– Зачем мне клясться? Я и так никому не скажу, - заупрямилась Моника.
– Не хочешь?!
– Нет.
– Хорошо!
Ольгуца встала с кровати и принялась ходить по комнате, избегая Монику... Потом села на край постели.
– Ты обиделась, Моника? - ласково спросила Ольгуца.
– Нет! - смягчилась Моника... -
– Тогда прошу тебя, поклянись!.. Пожалуйста, Моника: доставь мне удовольствие! Ну, давай, Моника!
– Ну, хорошо... клянусь!
– Вот видишь? Молодец!.. Чем клянешься?
– ...
Окинув взглядом комнату, Ольгуца на миг задержалась на ночном столике. Моника заметила этот взгляд.
– Портретом бабушки? - спросила она, широко раскрыв глаза.
– Нет! Это нет! - сказала Ольгуца. - Поклянись своей куклой.
– Клянусь своей куклой Моникой... - быстро заговорила Моника...
– Что никому не скажу... - продолжила Ольгуца, отбивая такт указательным пальцем.
– ...что никому не скажу... - повторила Моника, кивая головой.
– ...то, что мне скажет Ольгуца.
– ...то, что мне скажет Ольгуца.
– Подожди! - нахмурилась Ольгуца. - Повтори еще раз за мной!.. А если я скажу...
– А если я скажу... - с трудом повторила Моника, пожимая плечами.
– ...то пусть умрет у меня кукла.
– ...то пусть умрет у меня кукла. Ты кончила?
– Подожди, этого мало... Скажи еще раз!.. А если я скажу... ну, говори!
– ...А если я скажу, - вздохнула Моника...
– ...то пусть Ольгуца...
– ...то пусть Ольгуца...
– ...разобьет голову моей кукле Монике.
– ...разобьет голову моей кукле Монике, - повторила Моника с возмущением.
– А теперь скажи "аминь"!
– ...Аминь.
– Перекрестись.
– Перекрестилась.
– А теперь я открою тебе секрет!
Она молча улыбалась.
– Ну, говори, Ольгуца!
– Сейчас скажу! Погоди... Ну, давай скажу! Вставай и следуй за мной.
И она за руку подвела ее к печной дверце.
– Так никому не скажешь?.. - попыталась Ольгуца добиться от нее торжественного обещания.
– Ой! Ольгуца!
– Открой и загляни внутрь, - широким жестом пригласила Ольгуца.
– Это и есть секрет?
В прохладном сумраке печи стояли две банки с вареньем, закрытые белой бумагой.
– Что? Может, тебе не нравится?.. Смотри не проговорись, Моника! погрозила Ольгуца пальцем.
* * *
– Хорошо спали? - спросила госпожа Деляну, входя в комнату в сопровождении Профиры с подносом, на котором стояла вазочка с розовым вареньем.
Моника покраснела и опустила глаза.
– Очень жарко, мамочка! - оправдывалась Ольгуца, размахивая руками.
– Она не давала тебе спать, Моника?
– В такую жару спать невозможно! - уклончиво отвечала Ольгуца, помешивая ложечкой варенье.