Медиа-киллер
Шрифт:
Лорд хитро прищурился. Взял листок, внимательно посмотрел на него и спрятал в поднесенную дворецким папку. Затем он ушел, не попрощавшись, оставив меня наедине с кейсом. Джоник убежал вслед за ним. Я осушил чашечку кофе и закрыл кейс. В голове маячила только одна мысль: «Я получил работу и избавился от кредиторов».
– Козел… – выругался я вслух, добавив: – Ушел по-английски… Молчание – самый пренебрежительный из ответов. Подпись на чистом листке – самое изощренное унижение. Как я мог на это пойти? – С этими словами и глядя по сторонам я направился к выходу, мертвой хваткой сжимая ручку вожделенного чемоданчика. Откуда мне было знать,
– Я купил его за его же деньги, – похвастался он девушке.
На улице, где никто не огрел меня кирпичом по голове, я поймал такси, чтобы побыстрее унести отсюда ноги. Таксист не мог понять, в чей адрес я изливал проклятия. Откуда ему было знать о подставившем меня Мише Зеленгольце:
– Попал! Ну спасибо тебе, урод! Вернешься, я тебя заставлю съесть этот фиговый листок!
…Лорд умел быть респектабельным джентльменом, когда разговаривал с дамами. Его обхождение с Инессой отличалось изысканной манерностью, правда, слегка лубочной и показной, а оттого приторной. Его речь становилась отполированной, жаргонные ухабины заменялись заковыристыми архаизмами и мудреными цитатами.
– Душечка моя, что скажешь об этом павлине, напоминающем скорее тетерева на току. Ему причинное место прищемили – а он и не заметил.
– Меня давно перестали волновать лидеры рейтингов забытых звезд. Я по другой проблеме к вам напросилась.
– Забытые звезды все же лучше, чем надоевшие. Солнце слепит глаза, а далекими светилами все любуются. Ну да ладно, чем обязан столь неожиданному, хотя, не скрою, приятному визиту? Уверен, не желание повидать старого друга и почитателя твоего таланта привело в мою скромную обитель самую красивую теледиву. Неприятности? Я готов решить любые проблемы, даже если они связаны с назойливыми кавалерами из олигархов-скупердяев, кавказцев-собственников или старичков-вуайеристов. Хотя со старичками-вуайеристами мне ли тягаться. Сам такой.
– Старички – моя слабость… – улыбнулась Инесса, – старички-вуайеристы. Я здесь как раз по этой причине. За мной определенно кто-то следит. Но меня беспокоит, что этот кто-то не старичок. Этот кошмар начался сразу после смерти моей сестры. Я уверена, что эти люди по крайней мере дважды уже побывали в нашей квартире. Они копошились даже в ящиках с нижним бельем, а комнату Кристины буквально перевернули вверх дном, оставив после обыска видимый порядок. А вчера я увидела этого человека прямо у нас на студии. Я его сфотографировала на сотовый. Это он за мной следил.
Инесса показала фото.
– Так, – многозначительно изрек Лорд, – ну и дела.
– Прошу вас, оградите меня от преследователей. Я не могу спокойно работать, – жалобно вымолвила Инесса.
– Предоставь все мне, – заверил Лорд, – я думаю, что повода для беспокойства у тебя теперь не будет. Приставить к тебе телохранителя?
– Это лишнее.
– Ну хорошо, душечка, в ближайшие двадцать четыре часа я дам тебе знать, кто и что от тебя хотел и… как он наказан.
– Это, собственно, все, ради чего я пришла.
– Я так и знал, что ты откажешь мне в удовольствии сопроводить меня в воскресенье на «Супермодель мира» в «Крокус Сити Молл» и на after party, это меня Тимати научил, не удивляйся, на крыше «Европейского». Не хочешь? Ну хотя бы поужинай со мной в «Калина-баре»
– Вы же знаете, я натусовалась. Мне все это надоело. Стараюсь не появляться там, где пруд пруди девушек моложе и красивее меня, к тому же гораздо доступнее. За браслет в ВИП-зону они готовы почти на все, за грамм «первого» на все, а за иллюзию перспективы носить ВИП-браслет на протяжении месяца и входить в клуб с ВИП-входа они начинают драться с такими, как я… Поэтому теперь только работа.
– Не прибедняйся, Инесса. Я не знаю, сколько тебе лет, но по мне – так восемнадцать… А я, знаешь, добираю свое, упущенное годами колонии. Как Майкл Джексон. Он в детстве столько работал, что в старости впал в детство, а его только за то, что он баловал детишек, обвинили в педофилии. А ведь он просто не хотел быть похожим на папу, который эксплуатировал детский труд. Можно сказать, заглаживал папину вину…
– Насчет Джексона не в курсе, а вот Максимов – старый тусовщик. И не прочь будет прошвырнуться по злачным местам со своим новым благодетелем. У него целая свита фанаток, я даже слышала об одной саунд-дизайнерше Палкиной. О ней легенды слагают. Почти наверняка она сдается в аренду или передается в безвозмездное пользование бенефициарным собственникам. По лизингу… Ведь вы теперь реальный собственник Максимова, так что пользуйтесь его звездной свитой по собственному усмотрению.
– Вот те на, мать честная, ты удивительно информирована насчет этого парня! Неожиданно.
– Мы с ним в одной обойме, и этот магазин пристегнут к вашему автомату.
– Я всегда знал, что ты умна, поэтому и заключил с тобой контракт.
– Я тоже рада. И тому, что в моем контракте есть хоть какой-то текст, включая разделы об ответственности сторон и разграничении полномочий, и тому, что вам есть чем занять воскресный вечер. Как-нибудь составлю компанию. Пока не готова. Все мысли о проекте и о том, что мешает работать.
– Понял. Так всегда бывает с теми, кто забывает о своем возрасте. Не воспринимай как упрек. Я сделаю, что обещал. Уже уходишь? Ты на машине?
– Да. Я за рулем.
– Даже этой маленькой радости оказать ничтожную услугу я лишен. Оскорблен, унижен, раздавлен. – Лорд обнажил в улыбке стройный ряд белых виниров и поцеловал даме ручку.
– Ничтожным услугам я предпочитаю весомую помощь. Просто я люблю самостоятельно рулить. Я давно за рулем.
В своей белой «Мазде»-купе Инесса вновь почувствовала себя расслабленной. Автомобиль пронесся мимо Охотного Ряда к набережной. Мотор ревел, но хозяйка не слышала двигателя. Динамики глушили его запрещенным треком Фронтмена, любимого рэпера ее погибшей сестренки. Диски – все, что от нее осталось.
Инесса закурила. Она знала, что смерть ее сестры не случайна. И что сама она в беде. Эта чертова карьера! Она толкнула ее на сделку с дьяволом! А все потому, что нет на свете настоящих мужиков, за которыми как за каменной стеной. Приходится все решать самой. Вокруг слюнтяи, подобные Максимову. Безмозглые настолько, что ставят подпись на пустом клочке бумаги.
«Ты думаешь расправить крылья? За твою беспечность тебе подрежут их навсегда! – сигарета потухла во рту, и Инесса выплюнула ее в окно. – Глупец! Так тебе и надо. Эти люди не те, за кого себя выдают. Они затеяли что-то очень страшное и ни перед чем не остановятся. Все потому, что у них нет выбора, и они кайфуют, когда лишают выбора других. Таких, как ты. Таких, как я»…