Медоед
Шрифт:
Персонаж — именной, адаптированный к локации. Сергей Коновалов.
Текущая попытка прохождения квеста — 3.
До начала квеста осталось секунд: три, две, одна. Старт!».
«Загрузка игрового профиля для ознакомления. Загрузить. Отказаться».
— Не нужно! Следующий раз.
Лето. Каша на дне котелка. Парочка назойливых комах. Портянки на сапогах. И та
Я намотал еще влажные от пота портянки, натянул сапоги и посмотрел на небо.
Команду «Воздух» я подал первым, успев показать направление, откуда на нас заходила пара самолетов. И бросился в сторону, куда еще не бегал. В том месте почти не было кустов и туда вообще никто не побежал.
Летчики стреляют как раз по скоплениям бегущих. Кусты же являются иллюзией безопасности.
Пробежав два десятка шагов, я упал, и сразу перевернулся на спину. Выстрелил из винтовки вслед пролетевшему надо мной самолету. Даже не потому, что хотел попасть или сбить, а потому что считаю себя уже обстрелянным солдатом, дважды побывавшем в бою и под бомбёжкой.
Услышав команду на сбор, я не стал торопиться. Вот совсем! Сидел в сторонке, пока не увидел, как комиссар ушел. Вот теперь можно и вернуться.
— Где пропал, Коновалов? — старшина нахмурил брови.
— Испугался! Забежал далеко!
— Так испугался, что стрелять начал? Из всего взвода только ты и Ахтубов по немцам стреляли!
Враньё было выявлено, но старшина ничего больше не стал говорить. Наш и второй взвод построились в колонну по двое, и пошли в лесок.
Мы остановились в сотне шагов от замаскированных танков. Пока ожидали команды на посадку, разрешили всем сесть. Тут я узнал, что из нашей роты к танкистам в заряжающие отправили какого-то Романа, фамилию которого никто не запомнил, так как он был зачислен во взвод уже на марше.
Квест для меня поменялся. Теперь буду собирать кристаллы, вжимаясь носом в землю!
«Сканер» показал четыре кристалла в разных концах нашего бивуака. Не густо! Пришлось подняться и прогуляться, имитируя, что поднимаю засохшие ветки причудливой формы. Но на меня никто и не обращал внимание. У бойцов после двадцатикилометрового марша каждая минута сразу посвящалась отдыху. Хотя бы просто посидеть, вытянув ноги. В идеале — сразу поспать. Хотя бы десяток минут.
— Становись! — крикнул старшина Мартынович, и не дожидаясь, пока все поднимутся, отправился в сторону танков. — За мной!
Я попал в пятёрку бойцов, которые выделялись для легкого БТ-7.
Танкист, спрыгнув с брони, провел короткий инструктаж.
— Слушай сюда, пехота! Во время движения крепко держитесь за все, что сможете! Сорветесь на ходу, никто останавливаться не будет. А потом доказывайте, что вы не специально дезертировали! Это если повезет не свернуть шею при падении и не попасть под гусеницы идущих следом танков. Те в поднятой нами пыли вас вообще могут не заметить.
Сход с машины только по команде! Поэтому, при любой остановке руками продолжаем держаться. В движении вести наблюдение за местностью и за небом. Если замечаете опасность, стучите по броне!
— Чем? — спросил боец рядом со мной.
— Да уж точно не кулаком!
Я первым успел вскочить на танк и пристроиться на моторном отсеке сразу за башней. Самое удобное место для десантника! Чтобы просто так свалиться, надо сначала спихнуть тех, кто будет ехать по бокам от меня.
Но когда танк начал движение, я все же забросил винтовку за спину и вцепился руками в скобу на тыльной части башни.
Пока танк передвигался по лесу, машина шла рывками. Пройдя по просеке и выбравшись на едва заметную дорогу между двух заросших деревьями холмов, водитель, взяв одну скорость, повел танк более плавно.
Теперь я мог обозревать окрестности. Вот только напрягало, что этот танк был головным.
— Хорошо! — крикнул мне сосед справа, перекрикивая шум двигателя.
— Что именно? — я понимал, что практически никого не знаю. Память носителя или не сохранила большинство имен и фамилий, или по каким-то причинам мне не передалась.
— Хорошо, что первыми идем! Глянь назад!
Бойцам на следующей за нами машине приходилось глотать поднятую нашим танком пыль. Чистый воздух, это хорошо. И соседа совсем не волновало, что мы на дозорной машине первыми попадем под удар при встрече противника.
«Сканер» я в движении запустил только раз. Больше не стал, чтобы не расстраиваться. Это был не нищий на добычу лес.
Совсем рядом, так сказать — в шаговой доступности, фонили кристаллы! За десять секунд, пока специальное зрение работало, я засёк восемь мест! Вполне возможно, что это была возможность закончить квест, выполнив альтернативное задание. Вот только спрыгивать на скорости в двадцать километров в час я бы не решился.
Да и не дадут мне возможности собрать замеченные камни. Минимум — трусость припишут, максимум — оставление подразделения в боевых условиях, то есть, дезертирство. В обоих случаях тот же взводный, который едет где-то сзади, срежет короткой очередью из ППШ, а потом напишет рапорт о том, что боец Коновалов, поддавшись панике, пытался скрыться от выполнения приказа и воинского долга в лесном массиве.
БТ остановился, как только поднялся на пригорок. Командир танка выбрался на башню и несколько минут осматривал окрестности в бинокль.
— Немцы! — он показал нам направление левее нашего курса. — Смотрите теперь в оба!
И скрылся в люке. Через минуту танк продолжил движение, но уходил не туда, куда показал нам, а правее. Оглянувшись назад, я увидел, что остальная колонна, развернувшись, пошла в сторону обнаруженного противника.
Понятно! Они атакуют, а мы пошли обходить врага с фланга.
Водитель гнал наверно на максимальной скорости не очень обращая внимание ни на дорогу, ни на наличие десанта. Наши страхи слететь на очередном скачке его не волновали. Волновал наверно приказ, добраться из точки А в точку Б как можно скорей.
Наконец скорость убавилась, и не так сильно ревущий двигатель дал возможность услышать звуки боя. Если в прошлые разы там так же грохотало, значит я был сильно оглушён. Выстрелы пушек и разрывы снарядов ничем не уступали стрекоту пулеметов. Обе стороны старались максимально израсходовать боезапас.