Мелани
Шрифт:
Этим и решила воспользоваться недоверчивая девушка. Одним солнечным летним утром она подкараулила его и вкрадчиво спросила:
– Слушай, Иджи... Ты знаешь, кто я такая?
Реакция оказалась неожиданной: старик побледнел и опустил глаза.
– Госпожа Уэзерс, Вы про полкило рыбы, да?
– обречённо проскрипел он.
– Каюсь, каюсь, я взял - внучата в деревне голодают совсем...
– Да нет же, - замахала руками ошарашенная Мелани, - я не о том спрашиваю. Я спрашиваю, знаешь ли ты, кто я такая?
– Ах, да-да, госпожа Уэзерс, - затараторил Иджи, - лампа случайно разбилась, да и поменяли
– Иджи, ну при чём тут это?
– изумилась Мелани, соображая, что ещё ей предстоит услышать.
– Я же совсем о другом...
– Нет, - перебил вдруг дворецкий, - вот цветы на клумбе - это не я. Это всё наш шалопай, младший садовник - у него зазноба в городе, вот он и своровал немного. Вы уж строго не судите, любовь у парня.
– Так, - Мелани пришла в отчаяние, - любовь - это хорошо, срезал и срезал, там незаметно. Новая лампа выглядит куда лучше старой. Полкило рыбы можешь себе оставить, да и внучат сюда перевози. Только ответь мне на простой вопрос: кто я, ради всех богов, такая есть?
– А, так это дело немудрёное!
– просиял хромой Иджи.
– Вы Мелани Уэзерс, а больше и некому жить тут. Ваши родители славными учёными были, пока за Край не свалились.
Девушка поблагодарила за подробный ответ и отправилась к себе. В её голове засели две мысли. Первая - за Край явно свалились чьи-то чужие родители. Крулльские исследователи только и делали, что выясняли пол, возраст и биографию Великого А"Туина, вот и летали вверх тормашками чуть ли не каждый месяц. Только делали они это исключительно по одному, засмотревшись или оступившись, а вот чтобы выпала целая семья - такое даже присниться не могло. И Мелани отказывалась верить в свою принадлежность к столь растяпистому семейству.
Вторая же мысль была ещё проще: на всём Диске фраза "Знаешь ли ты, кто я такая?", даже произнесённая самым дружелюбным тоном, вызывает дрожь в коленках и заставляет в чём-то признаваться.
Может быть, ей пришли бы в голову ещё какие-то мысли, но в дверь осторожно постучал дворецкий.
– Госпожа Уэзерс, - начал он, - тут такое дело...
– Что случилось, Иджи?
– подняла глаза Мелани.
– Внуки уже приехали?
– Да не в них проблема, - отмахнулся хромой Иджи.
– Вас срочно вызывают в конференц-зал замка мудрецов. Говорят, что по работе.
Мелани резко нахмурилась, но через мгновение вновь просияла.
– Ах, да, я же ещё и работаю!
– воскликнула она.
До замка мудрецов по крулльским меркам было рукой подать - всего полчаса пешком по лугам через три деревни. Зная это, девушка не слишком торопилась в процессе сборов - нашла самое нарядное платье, сумочку в тон, подходящую косметику и даже распустила пучок и навертела сложнейшую причёску. И то ухитрилась уложиться в час с небольшим - вот что работа с людьми делает даже в расслабленном Крулле.
К удивлению Мелани, во дворе её дома стояла белая карета, разукрашенная золотыми гербами и вензелями. Присмотревшись, она обнаружила, что вензеля на самом деле состоят из маленьких черепашек, пробирочек и очков. "Личный транспорт хранителя замка мудрецов", - смекнула девушка.
– Добрый день, госпожа Уэзерс. Вас ждут в замке мудрецов, - подтвердил её мысли кучер. Про себя же подумал: "За одним заедешь, за второй заедешь, пока проснутся, пока час
О вредных условиях труда кучеров в научных учреждениях Мелани не знала, потому спокойно разместилась в карете и тут же изумилась: здесь же сидел Джорджио. Фрак, галстук-бабочка, закрученные кверху усы, начищенные до блеска ботинки - чем не юный граф? Очевидно, кучер уже не первый час проводил в ожидании. Однако, в этот момент он гнал изо всех сил, пытаясь выполнить указание хозяйки здешних мест и успеть до полудня. Иными словами, сей энтузиаст всерьёз собирался проделать весь путь до замка по лугам через три деревни за восемь с половиной минут. Хорошо хоть, в Крулле давным-давно изобрели механических лошадей.
До замка мудрецов молодые люди и впрямь доехали быстро. Механические лошади были в полном порядке, а вот кучер так отдувался и утирал лицо платком, как будто на особо трудных участках сам толкал карету сзади для пущей скорости.
– Успел, - задыхаясь, выдавил он.
– Азар, проводи людей.
– Прошу за мной, - внезапно появился один из замковых дворецких.
Мелани и Джорджио последовали за ним в замок. Их встретил необычайно просторный холл и широкая мраморная лестница, но ничего разглядеть не удалось: дворецкий жутко торопился и каждую секунду приговаривал:
– Госпожа Уэзерс, господин Кьяссо, прошу прощения, но мы, так сказать, немного опаздываем, нам бы самую малость поторопиться. Конференц-зал находится на втором этаже, тут недалеко, прошу вас, проходите.
В конференц-зале можно было играть в футбол и устраивать симфонические концерты одновременно, не опасаясь помешать друг другу. Он был круглым, просторным и светлым, вдоль стен тянулись многочисленные ложи и вычурные балконы, пол был устлан бордовыми коврами, а в центре стоял круглый стол. Правда, на самом деле ковры прикрывали скрипучие полы, но об этом не знал никто, кроме хранителей. За столом уже сидели пятеро чрезвычайно серьёзных учёных в костюмах с гербами Крулла на груди. За их спинами стояла хозяйка здешних мест, гордо оглядывая зал, а особенно десяток развесистых люстр под высоким потолком. Когда Мелани и Джорджио показались в дверях, взгляды всех учёных устремились на них. Первый деятель науки был невысоким и грузным, он смотрел удивлённо и постоянно краснел. Второй - напротив, был худым, как жердь, с тонкими длинными руками, едва взглянул в сторону двери и побледнел. Третий был подтянутым и спортивным, бросил лишь надменный взгляд. Четвёртый - самый молодой - смотрел исподлобья и едва мог унять дрожь в руках. Пятый же учёный беззастенчиво спал и не смотрел ни на кого вообще.
Мелани и Джорджио подошли к круглому столу и сели напротив них. Хозяйка вышла из-за спин молодых людей, встала посередине роскошного зала и торжественно заговорила:
– Уважаемые господа учёные! Сегодня мы собрались по важнейшему поводу: собран отличный батискаф, и теперь мы можем наблюдать за мимикой Великого А'Туина... нет, Джорджио, не спрашивай меня, зачем. Фундаментальная наука живёт ради искусства, а не ради пользы. Так вот, пятеро лучших учёных Крулла изъявили желание спуститься на этом батискафе за Край Диска и провести там целых два месяца. Сейчас я назову каждого из этих храбрецов.