Мельвир
Шрифт:
«Не доверяешь?» - с горечью скривился я, когда кровавый рисунок вновь расцветал по моему телу под ладонями чародея.
«А ты себе доверяешь?» - в упор спросил Мельвир, посмотрев мне в глаза.
Наверное, намекал на то, что случилось с Диной. И не только с ней… Когда-то я едва не убил Хэллорда. Хотя поссорились мы не поэтому.
Не успел я, как следует, вмазать по самодовольной физиономии чародея, как откуда-то со стороны конюшни донесся испуганный вопль. Не сговариваясь, мы ринулись в ту сторону. На всякий случай я подхватил какую-то палку, валявшуюся под ногами. Когда твои силы заблокированы, а
– Я! Пришла! А тут! Оно! – не отрываясь от столь увлекательного занятия, как попытка проткнуть вилами Ийессамбруа, сообщила Верона.
– «Оно»?! – возмущенно взревела в ответ Сумеречная Тварь, впрочем, Ийес был настолько взбешен, что слова в его реве смог разобрать лишь я.
Мы с Мельвиром, не сговариваясь, кинулись между ними. Я отогнал подальше недовольно оскалившегося Ийеса, а чародей вырвал вилы из рук Вероны.
– Что ты делаешь?! – возмутилась светлая. – Это чудовище пыталось убить лошадей! И конюха!
– В-вы…ош-шибаетесь, г-госпожа! – проблеял, поднимаясь на ноги побледневший парень. – М-мы…п-просто играли…
Светлая изумленно уставилась на нас с Мельвиром. Затем перевела ошарашенный взгляд на Ийессамбруа.
– Оно… играло с конюхом? – пораженно уточнила магиня.
– Видимо, да, - ни один мускул не дрогнул на лице Мельвира.
Ийес смущенно накрыл морду лапой. В последний раз, когда он с кем-либо играл на моей памяти, мне было тринадцать лет. Неожиданно из-за спины Сумеречной Твари выглянула синяя мордочка гровлина, существа, которое он притащил сюда из темных земель. Судя по опасливому выражению, Верона ему не слишком понравилась. Впрочем, чародейка тут же отплатила взаимностью, попытавшись запустить в беднягу фаербол. Мельвир едва успел перехватить ее руку.
– Это моя Сумеречная Тварь! – твердо произнес чародей. – Не трогай ее!
Верона изумленно посмотрела на него.
– Да что тут у тебя вообще происходит?!
«Твоя?!» - наградил я остроухого взбешенным взглядом.
Мельвир пожал плечами в ответ. Что ему еще оставалось делать?
С чародеем мы разругались в пух и прах. Мельвир настаивал на том, чтобы отослать Ийеса, пока Верона не разболтала всему Совету, что Сумеречная Тварь прячется на конюшне.
– Да ты пойми! – доказывал чародей. – Они привыкли истреблять таких! Никто не поверит, если я скажу, что сам призвал Ийессамбруа!
– Верона же поверила! – парировал я.
– Это она от неожиданности, мрачно пояснил Мельвир, налив в наши бокалы вина.
Мы устроились в покоях чародея, подальше от остальных шестерых. Видимо, их присутствие утомило Мельва не меньше, чем меня.
– Тогда скажи правду, - пожал я плечами.
– О том,
Да. Тут уж «упс», как говорится! С другой стороны… Я посмотрел на Мельвира.
– А ты и правда думаешь, что получится? – на всякий случай уточнил я.
Дина своего наставника обожает. И светлую магию. Сидит, не разгибаясь над трактатами. Совсем, как я когда-то днями пропадал в библиотеке Рендзала. Вспоминать, чем это кончилось, не хотелось.
– Свет – это выбор, - очень серьезно произнес чародей, глядя мне в глаза. – Думаю, в конечном счете дело даже не в том, какую магию, ты используешь… Ты ведь помог мне сразиться с Белой Напастью, Гвир.
Я усмехнулся.
– По-твоему, даже я еще могу стать светлым?
Идея о том, чего возможно добивается чародей, промелькнула у меня в голове подобно молнии. Ему не нужен слуга, чтобы провести его к Старой Башне по Темным землям. Он до того, как мы угодили под атаку Белой Напасти из-за Хэллорда, вообще туда лезть не собирался. Но что-то же ему от меня нужно? Ради чего он потратил на меня столько сил и времени? Неужто жаждет доказать, что не просто победил Властелина Темных земель, а еще и сумел изменить его?!
Мельвир опустил взгляд.
– Я бы все отдал, чтобы так думать, - тихо произнес он. – Но нет. Сомневаюсь, что твой дар изменится. Но… надеюсь, что ты изменишься сам.
Сказав последнюю фразу, чародей вновь поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза. Или в душу.
– Зачем тебе? – тихо спросил я.
Но Мельвир не ответил.
Ийессамбруа я отыскал на конюшне. Чудовище устроилось на стоге сена, которое припасли для лошадей, и забавлялось тем, что подбрасывало над пастью своего гровлина. Синий монстрик истошно вопил, и затыкался в последний момент, когда Ийес ловил его лапой над самой пастью.
– Перестань! – поморщился я.
– Ему нравится, - оправдываясь, произнесла Сумеречная Тварь.
К моему удивлению отпущенный на свободу, гровлин и, правда, тут же начал вскарабкиваться обратно на шею Ийессамбруа.
– Ты же понимаешь, что придется его отпустить рано или поздно? – спросил я.
– Почему? – нахмурился Ийес.
– А что ему делать среди людей?
Или эльвиэ? Среди них даже полукровкам не так уж легко найти свое место. Сколько мелких колкостей за последние дни было произнесено Дине вслед? Хорошо если слугами, Семерых, а нередко и ими самими.
«Темное не станет светлым», - вот, что сказал, глядя на нее Верлидир, когда девчонка просто шла мимо по коридору.
В этот миг мне больше всего на свете захотелось врезать ему по морде. А потом уничтожить, как и пристало поступать с врагами Владыке Темных земель. Вместо этого я поклонился, подчинившись пронизывающему насквозь взгляду Мельвира и врубленной им на полную мощь Печати Боли. Вернее, если быть точным, то не поклонился, а согнулся напополам, не в силах даже кричать.
– Может быть, ты и прав, - мрачно согласился Ийес, оторвав меня от размышлений на тему: «Мельвиру так сильно хотелось меня унизить, или он врубил Печать, чтобы сохранить мне жизнь, пока я не набросился на главу Светлого Совета?»