Мгла
Шрифт:
…Над заброшенным домом занимался рассвет. Небо было по-весеннему розовым. От уверенно зеленеющей в неясном предутреннем свете травы шел успокаивающий запах жизни. Василию хотелось верить, что и его судьба переломится к лучшему, как переломилась зима на весну. Но мгла? Как одолеть эту неведомую силу? Злую силу, беспощадную…
Глава 22
Обвиняемого Горева пришлось освобождать из-под стражи и снимать с него все обвинения, так как вина Колышевой и ее подельника была доказана. После того, как Виталий Ефимович вернулся домой, отношения с Ларисой наладились сами по себе. Супруги, конечно, уже не были так близки,
Недаром говорят, что нет худа без добра. История с Колышевым ускорила устройство Горева на работу. Адвокат Псарев ходатайствовал в Адвокатской палате о получении Виталием статуса адвоката. Этому, конечно, предшествовало то, что Горев, сразу же после прекращения в отношении него уголовного преследования, собрал необходимые документы и успешно сдал экзамены. У него началась новая жизнь. Горев стал востребованным защитником, работать приходилось день и ночь, в прямом смысле этих слов. Работа отвлекала его от не так давно минувших событий. Все реже и реже вспоминал Горев об этой истории.
Павел Николаевич Танов считал, что дело можно заканчивать и направлять в суд. Все свидетели допрошены, очные ставки проведены, характеризующий материал собран. В этом деле все было предельно ясно. Доказательств вины Инны Колышевой и Артема Забоева предостаточно. У Колышевой и Забоева был мотив преступления. А это главное. Как стало известно, они встречались уже больше года, и погибший муж Колышевой знал об этом. Понятно, что он собирался развестись с женой и угрожал оставить ее без копейки. В интересах любовников было избавиться от мужа. Было установлено, что убийство произошло в подвале дома. На полу и стенах подвала кровь погибшего. Но как труп оказался на крыльце? На этот вопрос ответа не было. Выяснилось, что в то время, когда парочка убивала несчастного Колышева, Виталий Горев расхаживал по его дому. В подвал он не спускался, поэтому и решил, что в доме никого нет. А машина Инны в это же время стояла возле дома ее подруги Веселовской. Марина Александровна подтвердила, что Инна, приехав к ней, сказала, что забыла закрыть калитку у себя на участке, и ей необходимо это проверить. Сама Инна Аркадьевна не признавала свою вину, но и не отрицала ее. А ее дружок давал противоречивые показания, признавать вину отказывался.
Танову оставалось только дождаться технической экспертизы по телефону Колышева и составить обвинительное заключение. Он был уверен, что заключение эксперта станет еще одним доказательством в деле. Наверняка Колышева звонила супругу в тот злополучный день. Оба обвиняемые, Инна Колышева и Артем Забоев, находились под домашним арестом.
Однако результаты исследования телефона покойного Геннадия Степановича Колышева его очень удивили. Установили, что погибший в этот день вообще не созванивался с женой. В течение всего дня Колышеву названивал абонент, не записанный в его телефоне. Кроме того, от него поступило несколько смс-сообщений. И даже с угрозами. Требовали вернуть какой-то долг. Последнее смс-сообщение было такого содержания: «Если сегодня денег не будет, тебе конец».
Этот факт никак нельзя было проигнорировать.
Танов задумался. Придется продлить сроки следствия. Потому что разрешение на установление принадлежности телефонного номера дает только суд. Надо готовить материалы, ходатайствовать перед судьей, потом ждать разрешения, делать соответствующий запрос оператору сотовой связи. Оператор тоже может затянуть, у него в запасе законные десять дней. Павел Николаевич собирался через две недели в отпуск. Он три года не отдыхал. А теперь придется отложить долгожданный отпуск на неопределенное
Танов подготовил необходимые материалы в суд и решил уйти с работы раньше обычного. Ему удалось избежать пробок, и он гнал машину на скорости сто шестьдесят километров. На МКАДе вообще было свободно. На такой скорости он забыл о расследовании. Его внимание было полностью поглощено разворачивающейся перед ним лентой шоссе. Вдруг его осенило. Зачем ждать? Он может выяснить, кому принадлежит интересующий его номер. У него хорошие отношения с сотовыми компаниями. Попросить их об услуге по-дружески — и они не откажут. А когда он получит разрешение суда, дело примет официальный характер. Полезна бывает порой скоростная трасса, ничего не скажешь.
На следующий день он забежал на работу, чтобы взять копию заключения эксперта с номером этого типа, угрожавшего Колышеву в день его смерти, и помчался в сотовую компанию «Мегафон», так как первые три цифры телефонного номера указывали на принадлежность именно к этому сотовому оператору.
Войти в административное здание этой компании можно было только по специальному пропуску. Но для Танова это не было препятствием. Он всегда и везде показывал свое удостоверение следователя Следственного комитета и со словами: «По служебной необходимости», попадал туда, куда ему было надо. Он прекрасно знал расположение кабинетов, лестницы, лифты и этажи, поэтому повернул сразу к лифту и поднялся на третий этаж. Кабинет менеджера по работе с клиентами Ватулова был третий справа по коридору.
Танов застал его на месте и уже через полчаса с официальным письмом компании «Мегафон», только без проставленной даты, выходил из офиса. Телефонный номер принадлежал некоему Рыбину Сергею Ивановичу. Теперь можно считать, что дело сделано. Осталось получить разрешение суда и дать поручение операм установить личность этого Рыбина.
Инна Колышева продолжала пребывать в жуткой депрессии. Ей казалось, что жизнь закончилась. Адвокат никак не мог повлиять на ход расследования. Доказательства ее вины были железными. Она маялась в своей шикарной квартире одна — одинешенька. Дети навещали ее каждый день. Но от этого не становилось легче. Она ничего не ела, могла часами лежать, разглядывая обои. Не отвечала на телефонные звонки. Вот почему следователь Танов не мог до нее дозвониться. Пришлось отправиться к ней домой. Необходимо было допросить ее по факту появления в деле нового фигуранта Рыбина.
Дверь открыла дочь, которая приехала навестить Колышеву. Она впустила следователя, так как сразу узнала его.
— Здравствуйте, мне Инну Аркадьевну бы повидать.
— Она неважно себя чувствует.
— Это срочно.
— Хорошо, проходите на кухню.
От былой красоты и моложавости Колышевой не осталось и следа. Она превратилась в высохшую старуху.
На все вопросы, задаваемые Тановым, она отвечала молчанием. Его попытка допросить ее, да еще без адвоката, не увенчалась успехом.
— Инна Аркадьевна, я последний раз вас спрашиваю, это очень важно, — настаивал следователь, — знаете ли вы Рыбина Сергея Ивановича?
— А не могли бы вы меня допросить вместо мамы, я его знаю, — вмешалась Кристина.
— Замечательно. Рассказывайте, что вам известно.
— Это друг нашей семьи. Он раньше часто приходил к нам домой. Они с отцом уже несколько лет занимались каким-то бизнесом. А от мамы я узнала, что в последнее время у них произошел конфликт, дядя Сережа требовал, чтобы отец выплатил ему неустойку за сделку, которая сорвалась по его вине. Мама говорила, что речь шла об очень крупной сумме, что отец уже согласился ему все выплатить. Вроде бы в тот день, когда отца убили, у них была назначена встреча.