Мгла
Шрифт:
— Зачем же мы пришли?.. — Изумилась я, ежась под неодобрительными взглядами обходящих нас людей. Только сейчас обратила я внимание на потрепанную одежду, усталые лица,
— Чтобы найти заводчиков, которые могут предложить что-то стоящее. Таких, как Лютый. Мужик простоватый и приземисто-хитрый одновременно, как и все деревенские, впрочем. Но свое дело знает. — Кратко отрекомендовал будущего продавца рыжий граф.
— А как мы его найдем?.. — Провожая взглядом крепкого, неопрятного старика, спросила я, извернувшись и бросая любопытный взгляд на улыбающегося графа. А тот неспешно подходил к лошади, зачем-то заглядывал ей в рот, трепал уши, щупал колени, многозначительно кивая каким-то своим мыслям.
— Он сам нас найдет. Ему уже передали, что мы его ищем — скоро подойдет. — Откликнулся Зак и рассмеялся: — Смотри-ка, на знатока. Из-за таких вот, подобные рынки и существуют. В рот
— А что он здесь делает, твой Лютый? — Продолжала проявлять любопытство я. А Зак рассмеялся, вновь прикрывая желтые, словно майский мед глаза:
— Таких вот… лошадок продает. Хороших да благородных для господ держат, а кормиться надо каждый день. Опять же, и у Лютого больные и неказистые рождаются. В табун их не пускают — чтоб породу не портили, а до таких вот ярмарок держат да через цыган продают. Там целая система: один завлекает, трое мимо пройти не дают, еще пара хвалят и делают вид, что лошадь и им приглянулась. А хозяин вроде как, и не причем — стоит где-нибудь за углом и следит, чтоб золотишко не разворовали да втридорога не продали… — Весело открывал мне совершенно безумную, на мой взгляд, схему рыжий лорд, но был прерван низким басовитым голосом за нашими спинами:
— Ай, брешешь, господин, Лютый своих лошадок любит.