Миллениум
Шрифт:
Рыцарь ощутил на себе благоговейные взгляды и сглотнул комок в горле. Пережитое им за гранью реальности - не то, о чём хочется рассказывать за кружкой пива в таверне.
– Я вижу только один выход, - подытожил некромант.
– Мы вернём Джезаха обратно тем же способом, каким он пришёл на землю. Мне очень не хочется прибегать к колдовству снова, но ради всеобщего блага я готов на этот шаг.
– Надёжно ли это?
– нахмурился Райан.
– Что помешает ещё одному безумцу вновь выпустить зло наружу?
– Я не стану вдаваться во все тонкости магического искусства, вы всё равно не поймёте. Скажу просто: я могу доработать замок на дьявольской
– Я так понимаю, есть какие-то сопряжённые с этим сложности?
– спросила Алиетта.
– Вот мы и подобрались к сути вопроса, - Марвин негромко рассмеялся.
– Чтобы воплотить в жизнь свой прошлый проект, я потратил почти три года на подготовку. Для высвобождения такой колоссальной силы, которая мне потребовалась тогда, нужны были настолько редкие компоненты и стечение благоприятных условий, какие сейчас ни за что не найти и не воссоздать. Более того, сил в этот раз мне потребуется побольше.
– Так значит, всё зря? Это невозможно?
– Такого я не говорил. Я просто позаимствую необходимую энергию из чужого источника. Джезах для чего-то копит силу. Я не знаю, для чего, но весь астрал гудит от напряжения возле одной точки. Я чувствую её. Севернее от этого места, в черте города. Какой-то древний замок... в нём чувствуется энергетика смерти.
– Бывшая Обитель Ордена, - догадалась Алиетта.
– Сейчас там расквартирован Мёртвый легион.
– К сожалению, мне нужно подобраться как можно ближе к источнику силы, - вздохнул Марвин.
– Это равносильно тому, что положить голову в пасть льву, но иного выхода я не вижу.
– Мне довелось побывать в аду и в Тартаре, несколько дней назад я проник в императорский дворец и улизнул от целой своры живых мертвецов, - ухмыльнулся рыцарь.
– Чего уж бояться похода в гарнизон этой нечисти... Скажи мне одно: это точно выгорит?
– 8 из 10, что получится. Требуется лишь невероятное количество магической энергии, полное отсутствие отвлекающих факторов и присутствие самого Джезаха, разумеется.
– Я не думаю, что он будет просто стоять и смотреть на то, как ты отправляешь его в небытие, - возразил Гар'Тох.
– Джезах сейчас воплощён в материальной оболочке, и несколько ограничен в своих силах. Он немногим опаснее обычного лича... Но всё равно мне потребуется помощь. Кто-то должен отвлекать и сдерживать его, пока я не завершу ритуал.
– Мы сделаем всё, что потребуется от нас, - незамедлительно отозвалась Алиетта.
– Минуточку, - Райан поднял вверх ладонь.
– Мы собираемся оставить чёрного мага наедине с источником колоссальной силы, попутно вызвать в то же место Джезаха и всё его войско нежити, а самим оказаться посередине этого бутерброда... Не похоже ли это на идеальный план, как одним махом избавиться от всего Ордена?
– У тебя нет причин доверять мне. Но иначе нельзя. Если пойду в одиночку, меня снова схватят и заточат в башню.
– Марвин прав, мы должны довериться, - сказала женщина-командор.
– Ведь Лукас указал нам именно такой путь. Райан, все Ваши старания в прошлом были ради этого. Давайте не позволим неверию разрушить всё в последний момент.
– Хорошо, парень, ты можешь делать своё дело, - вынужденно согласился рыцарь.
– Но знай: я буду неподалёку, чтобы приглядывать за тобой.
– Я постараюсь не подвести всех вас. Осталось решить, как мы проникнем к источнику силы.
– Обитель Ордена лобовой атакой нам не взять. Это я вам говорю из своего опыта.
– Это неплохой вариант, - кивнула Алиетта.
– Допустим, мы внутри. Всё равно мы сразу же столкнёмся нос к носу с десятками драугров.
– У нежити очень специфическая система распознавания свой-чужой, обмануть которую не составит труда даже начинающему некроманту, - сказал Марвин.
– Я могу создать амулеты, которые сокроют наше присутствие от всего Мёртвого легиона. Мы ведь находимся на кладбище, так?
– Всё верно.
– Я надеюсь, Джезах поднял не всех покойников Эйвина?
– Как ни странно, в свою армию он набирал исключительно трупы своих врагов и тех, кто отказался признать его Богом. Эйвинское кладбище почти не тронуто.
– Мне потребуется могила... возможно, не одна... Чем древнее, тем лучше. И магический посох... Вот с этим сложнее.
– Тебе повезло, друг, - отозвался орк.
– Когда-то я грохнул одного мага. Его посох лежит в оружейке. Честно, не знал тогда, зачем, но чувствовал, что в хозяйстве всё сгодится.
– Не люблю чужие посохи...
– поморщился некромант.
– Но, похоже, выбирать не приходится. Командор, разрешите приступить?
– Приступай, Марвин. Мы все рассчитываем на тебя.
***
Поиск подходящей могилы завёл некроманта и вызвавшегося в качестве сопровождения орка достаточно далеко от убежища. Марвин ничего не комментировал, просто молча шагал вдоль надгробий, погрузившись в себя. Его рука сжимала посох, совершенно недавно подчинённый воле нового владельца. Процедура неприятная и несколько болезненная, применяемая лишь в экстренных случаях. После долгих блужданий маг остановился у одной из могил и удовлетворённо кивнул. Две лопаты почти синхронно стали вгрызаться в землю. Захоронение было очень древним, тело успело превратиться в прах. Сделав знак товарищу отойти, Марвин опустился на колени рядом с разрытой ямой и провёл лезвием ножа по левой ладони, там, где красовался недавно заживший порез. Своей кровью он начертил на земле магический символ и, замотав ладонь тряпкой, стал ссыпать прах небольшими горстями в заранее приготовленные мешочки. Каждый мешочек помещался в центр начертания и над ним совершалось определённое колдовство. Гар'Тох наблюдал за процессом со смесью любопытства и отвращения. За свою жизнь он повидал всякого, но до осквернения могил никогда не опускался. Даже среди орков понимали, что не стоит тревожить то, что предано земле.
– Вот и всё, - устало сообщил Марвин, вставая с колен.
– Я рад, что это закончилось. Мне не по себе от того, что ты делаешь.
– Согласен, приятного здесь мало. Но со временем втягиваешься. Воспринимаешь как издержки своей профессии.
– Да уж... Марвин, можно вопрос?
– Валяй.
– Каково было там? В темнице, на месте Джезаха.
– Хуже не придумаешь. Полная безысходность. Там нет времени. Нет ничего вообще. Ты словно перестаёшь существовать, и при этом продолжаешь мыслить и всё чувствовать. От мысли, что так будет всю вечность, начинаешь терять рассудок... Я тешил себя мыслями, что я герой, принёс себя в жертву ради великой цели. А потом всё больше понимал, какой я дурак. И содеянного не вернуть...