Мир Спока
Шрифт:
ТгСелай понравилось то, что она увидела. Молодой мужчина смотрел на нее спокойно и открыто, глаза его светились дружелюбием.
– Ну что ж, – сказал он, – мы должны пожениться. Я надеюсь, что ты вступаешь в брак по собственному желанию.
– Это не совсем так, – ответила она.
Он покраснел.
– Жаль, что я тебе не понравился.
– Но ты мне нравишься! – сказала она.
Оба замолчали. Он был удивлен этим признанием, а она тем, что оно вырвалось и прозвучало очень серьезно.
– Просто я не желаю брака, – сказала она. – У меня уже было два неудачных брака. Я убила своих мужей.
Он
– Нет, не так, – обеспокоенно произнесла она. – Мой дар убил их.
– Она склонила голову. – Никто не пережил свадебную ночь.
Он так долго смотрел на нее, что, в конце концов, она отвернулась.
– Я думаю, что если бы у меня был выбор, я бы все равно остановился на тебе, – медленно произнес он, как будто только что открыл это для себя.
ТгСелай уставилась на него.
– Беги! – сказала она. – У тебя еще есть шанс!
Он покачал головой.
– Ты не знаешь мою бабку, – ответил он. – Она заставит других охотиться за мной, пока они не приведут меня обратно. К тому же я не хочу нанести удар нашему дому. Она – наша Старейшая. Мой долг повиноваться ей.
– Она послала тебя на смерть! И знает об этом!
Он пожал плечами.
– Может быть, и так. В любом случае от этого не уйти, так что я даже не буду пытаться.
Спор продолжался около часа. ТгСелай задавалась вопросом: что об этом думают подслушивающие, потому что знала наверняка, что за ними следят. Возможно, она и была слепа сознанием, но не настолько глупа, чтобы не понимать, что каждый в доме сейчас слушает их. И тут новая мысль осенила ее: "Почему я пытаюсь отговорить его? Отец практически разрешил мне убить его, почему я спорю?"
Она не могла понять причины.
Спор потихоньку угас, и она уставилась на свои руки на коленях.
– Приходи завтра, – сказала она.
– Я приду, – ответил он и покраснел. – Мне назвали твое имя, но я его забыл.
– ТгСелай.
– Махак, – ответил он, встал, поклонился ей и ушел.
Долгое время она сидела, не двигаясь, а затем вернулась к своим счетам.
Он пришел на следующий день, и на следующий, и каждый раз они спорили. Сначала все споры касались будущего брака, а затем они перешли на более интересные темы: отношения в семье, политика, события в различных королевствах и, наконец, они сами. Их споры начинались рано утром и заканчивались поздно вечером.
Через три дня ТгСелай поняла, что хотела бы выйти замуж именно за этого мужчину, хотя бы для того, чтобы иметь возможность спорить с ним.
На четвертый день ей стало ясно, что она влюбилась. Он же открылся ей в своих чувствах днем позже. Споры в этот день были особенно шумными.
А еще через два дня наступило полнолуние.
Официальная часть церемонии прошла с большим шиком в холле "Высокого дома". Махак воспользовался разрешением своей бабки и обставил все с непередаваемой роскошью. Столы прогибались под тяжестью яств, напитки текли рекой. Короли, лорды и Старшие Матери заполнили галереи, откуда наблюдали за происходящим. Священник взял их за руки, руку жениха он приложил к лицу невесты, а руку ТгСелай к лицу ее избранника и проследил за тем, чтобы между их сознанием возникла связь. В этот момент их не беспокоили
Когда они улеглись в своей комнате, то поняли, что есть по крайней мере одна вещь, не вызывающая споров, хотя какая-то полусонная дискуссия состоялась.
ТгСелай проснулась первой. Далее не взглянув в сторону мужа, она протянула руку к столику в изголовье и взяла нож. Она уже давно решила, что ей следует сделать.
Она обернулась и увидела мужа, спокойно спящего.
И совершенно живого.
Нож с грохотом упал на пол и разбудил Махака.
Они начали ссориться, правда, ненадолго…
– У меня будет ребенок, – сказала она.
Он был настолько удивлен, что не стал заводить спор на эту тему.
– Хвала всем хорошим богам, – сказал он, беря ее руки в свои, – и да благословенны плохие за то, что не вмешались в это!
– Присядь, любимый, – ответила она. – Мне нужно подумать.
– О чем?
– Прежде всего о ребенке. – ТгСелай села на ложе и внимательно посмотрела на мужа. – Этот ребенок может стать тем, чего наши дома так долго ожидали.
– В наших домах много детей, – ответил, несколько смешавшись, Махак.
– Но ни одного, произошедшего от обоих домов. Махак, послушай меня. Мой отец не мог придумать ничего лучшего, как продать меня Сувин. Но не это заботит меня. Брак всегда представлял собой что-то подобное. Но этот ребенок, в зависимости от того, как его воспитают, может стать Старшей обоих домов.
– Она?
– Девочка.
– Моей бабке это не понравится, – сказал Махак.
Какой-то момент ТгСелай молчала.
– Нам с тобой придется сделать так, чтобы ей понравилось, сказала она. – Этот ребенок может положить конец вражде между нашими домами. Только мы можем это сделать.
– У тебя есть какие-то мысли по поводу того, что следует предпринять? – спросил он.
– А у тебя?
Он покачал головой.
– У меня тоже. Но нам придется сделать так, чтобы ребенок рос в двух домах, а не в одном, иначе он станет еще одной игрушкой в их руках.
Они помолчали.
– Мы должны быть осторожными, – сказал Махак, – иначе нас ожидает смерть.
ТгСелай кивнула. Как скажешь. Он прижал ее к себе.
– А пока…
И они на какое-то время переключились на предмет, который не вызывал у них никаких споров. ТгСелай проснулась в одиночестве.
– Махак? – позвала она и села, оглядываясь вокруг. Что-то было не так на другом конце связи:
Махак был чем-то расстроен… вдруг она замерла.
В комнате находилась леди Сувин. Она смотрела на ТгСелай, и глаза ее излучали холод и удовольствие.
– Ты глупое дитя, – сказала Сувин, – но это не имеет значения. Я получила от тебя то, что мне было нужно.
– Мадам, – сказала ТгСелай, пытаясь соблюсти этикет, – что вы имеете в виду?
– Ребенка, – ответила Сувин. – Этот дом будет теперь твоим. Тебе нечего бояться вмешательства со стороны твоего собственного дома.