Мир Спока
Шрифт:
– Так скоро, – сказал Эвекх.
Сувин кивнула. В душе ее поднималась радость, которую, однако, она не смела выказать. Иначе она потеряет более ценное, чем возможность радоваться.
– Я хотела бы ускорить события, – сказала она, – но, похоже, это невозможно, – А что изменит увеличение скорости?
– От нее зависит, получим ли мы восемнадцать миллионов накхов в следующем году, – сказала Сувин, – или четыре миллиарда – в этом. Она сделала паузу. – Это вопрос дополнительных полетов, – продолжила женщина, –
Она внимательно посмотрела на него. "А пси-коммуникация мгновенна. Ну, давай же, старый дурень. Покажи свою гордость, а я предложу тебе то, что у меня заготовлено для тебя".
Сувин ждала. Ей было на руку то, что Эвекх не был наделен способностью читать мысли, которой обладала вся его семья. В противном случае сделку было бы не так просто провернуть.
Эвекх отпил из своей чашки и напряженным голосом сказал:
– Я всегда чувствовал, что нашей семье не стоило отказываться от транспортаторного бизнеса.
"Я тоже так думаю, потому что иначе ты сидел бы сейчас на моем месте, месте главы одного из самых богатых и влиятельных домов на планете. Даже короли склоняют перед нами голову".
– Эвекх, – сказала она, – ты мог бы заняться им снова, если бы захотел.
Она наблюдала, как он пытается угадать тайный смысл этих слов, как новый приступ гнева отразился на его лице. Возможно, он догадался, что является всего лишь игрушкой в ее руках.
"Спокойней, спокойней, не надо так беспокоиться".
– Мы были бы рады стать союзниками с тобой в этом вопросе, сказала она. И добавила, – если ты, конечно, пожелаешь иметь с нами дело.
Эти слова вызвали новый приступ гнева, который он тут же попытался скрыть. Он молчал с минуту, рассматривая чашку в руке.
– Наш дом, похоже, утратил былое величие, – сказал он, пытаясь прояснить обстановку.
– Я так не считаю, – ответила Сувин.
Эвекх в упор уставился на нее. Она открыто встретила его взгляд, подумав: "Ты знаешь, что я думаю совсем наоборот".
Он снова подавил свою гордость. Она наблюдала за ним, и это зрелище стоило всех ее усилий. Она отлично знала, что Эвекху была невыносима сама мысль, что молодой дом поднялся так высоко, в то время .как его собственный утратил былое богатство и влияние. Из-за гордости он отказался несколько лет назад от предложенного союза. Его жена не стеснялась время от времени напоминать ему об этом опрометчивом решении. "Боль и гордость. Посмотрим, что окажется сильнее".
– Если хочешь, – сказала Сувин, – мы представим все так, что не возникнет никаких ненужных вопросов.
"Если!" – Эвекх моргнул.
– Говорите,
– Брак. У меня есть внук, который находится в возрасте Восторга, и мы ищем ему подходящую пару из благородного дома. Конечно, твой дом нам подойдет.
Эвекх побледнел.
– Я боюсь, нам некого предложить вам.
– Конечно, есть. Это твоя младшая дочь из первой ветви. Ее имя ТгСелай, не так ли? Эвекх уставился на Сувин.
– И вот что еще, – продолжала Сувин. – После брачной церемонии мы оставим ее у себя. Эвекх сидел молча несколько минут.
– Какова цена за жениха? – спросил он. Сувин пожала плечами.
– Это мы обговорим. Союз между нашими домами будет очень выгодным. Ваша доля будет составлять по крайней мере пять процентов от всей добычи. А что касается цены за жениха, – она остановилась, перед тем как определить мысль, которую давно лелеяла, – … скажем, эксперты пси-коммуникации и их потомки? И все необходимое для тренировок и обучающий материал? Это удовлетворит потребности по осуществлению нашей космической программы на много лет вперед.
Снова последовало молчание. Затем Эвекх разразился проклятиями.
Он проклинал ее именами богов, которые давно были изъяты из официального календаря, и именами тех, которых оставили, именами зверей, вулканцев, именем Того, Кто Не Слышит. Она сидела неподвижно, а когда заговорила, голос ее был спокоен, словно ничего не случилось.
– Устраивает предложение?
– Устраивает, – тяжело сказал Эвекх. – Я прикажу своему юристу встретиться завтра с вашим, чтобы приготовить документы к свадьбе.
Могу я позвонить завтра вечером?
– Буду ждать с нетерпением.
Эвекх встал и поклонился. Он не поднял руки в приветствии, но поклонился до земли, показывая тыльную сторону шеи, шеи только что купленного раба. И вышел, не проронив ни слова.
Довольная Сувин посмотрела в окно, затем позвала служанку, чтобы та приготовила ей ложе.
В первый раз за несколько месяцев она спала прекрасно и встала в хорошем настроении, чем удивила всю домашнюю прислугу. Когда ее туалет был закончен, она послала за внуком.
Их разговор был коротким и исключительно деловым. Был полдень, и вся семья отдыхала, но для Сувин это не имело значения. Домашние знали ее достаточно хорошо, чтобы не противоречить ее желаниям. Когда она посылала за ними, они приходили.
Махак стоял перед ней, нервничая и задаваясь вопросом: почему, ради всего святого, он, самый младший в семье, был так внезапно вызван сюда. Она выждала несколько минут, делая вид, что работает, в то время, как он терялся в догадках.
"Он хорош, есть на что посмотреть, как раз то, что надо", подумала она. Он был смуглолицым, с большими темными глазами, кроме того хорошо сложенным.