Мисс Непоседа
Шрифт:
Эх! Хорошо им, они вместе. А я… Только сейчас до меня начало доходить, в какое опасное положение я попала. А обратиться за помощью было не к кому!
Я уже собралась заплакать, но потом передумала, вспомнив еще об одном испытанном средстве поднять настроение. Устроившись поудобнее, я вынула из рюкзака золотой дневничок. «Я одна, совершенно одна! Никогда со мной такого не было! — написала я, стараясь, чтобы дрожь самолета не отразилась на почерке. — Даже когда в прошлом году все лето просидела на даче… Хотя нет, там
Но сейчас нет ни кота, ни дедушки, а только чужие бабушки. Не утешает даже мысль, что я скоро увижу Леху, — нелепая ситуация, в которой я оказалась, окрасила мои эмоции в черные тона».
Испытанное средство не помогло. Наоборот, при воспоминании о Лехе и дедушке с котом защипало глаза.
Оставалось только одно: сжаться в комочек, накрыться с головой пледом и уснуть. По возможности до самой Москвы.
Однако даже это у меня не получилось. Не успела я досмотреть до конца первую серию сна про Леху, как рядом со мной приземлилось что-то потное и увесистое и чьи-то мокрые губы чмокнули меня в щеку.
Вздрогнув от неожиданности, я открыла глаза. На соседнем кресле расположился незнакомый парень лет пятнадцати. Приземистый, прыщавый, с низким лбом, он восторженно буравил меня близко посаженными глазками и шмыгал мокрым носом.
— Дорогая! Наконец-то мы встретились! Я так соскучился! — воскликнул он и схватил меня за руку.
От него пахло крепким потом, а ладонь была холодной и влажной. Я сердито выдернула руку и гаркнула:
— Отвали! Ты кто такой?
Сосед вначале оторопел, а потом насторожился. Впившись в меня глазками-буравчиками, он некоторое время молчал, а потом вкрадчиво спросил:
– А ты? Ты кто такая?
Страшная тайна
Я оцепенела. Только сейчас до меня дошло, что сосед вполне может быть знакомым настоящей Жени Коростелевой. А может быть, даже и ее парнем!
А это значит, что он достался мне в нагрузку вместе с бабушками, и если я хочу остаться в самолете, надо срочно что-то придумать!
Я сжала подлокотники, набрала в грудь побольше воздуху и прощебетала:
— Милый, разве ты не узнал? Это же я, Женечка Ко… которая ужасно рада тебя видеть!
Услышав эти слова, сосед насторожился еще больше.
— А что у тебя с голосом? — вкрадчиво спросил он, не спуская с меня пристального взгляда.
Сердце екнуло — все, пропала! Сейчас он обо всем догадается! Хорошо, что в салоне полутемно…
— Простудилась, — просипела я, холодея и вжимаясь поглубже в кресло.
— А… Понятно. А с носом что?
— Оса укусила, — выпалила я первое, что пришло на ум. А потом втянула голову в плечи и закрыла глаза. И с удивлением услышала, что сосед с хлюпаньем принюхивается.
— А чем это от тебя пахнет? — прогундосил он третий вопрос, и я так растерялась, что в панике ляпнула:
— Средством
— А похоже на дезодорант! — сказал он голосом судьи, выносящего обвинительный приговор.
С упавшим сердцем я приготовилась к худшему и оказалась права.
— А меня как зовут? — спросил вдруг парень, и я поняла — да, плохи мои дела. Сейчас меня раскроют, арестуют и с позором высадят с самолета. И не видать мне Москвы и Лехи!
От этой мысли я пришла в такое бешенство, что взорвалась:
— Что ты прилип со своими дурацкими вопросами? Кто я тебе, по-твоему? Да захочу, и духу твоего тут не будет!
Как ни странно, бомбовый удар сработал. Почемучка-переросток сразу же присмирел и утих.
— Хорошо, хорошо, успокойся! — заюлил он. — Просто мне показалось… Да уж, сегодня не твой день!
Он откинулся в кресле, погладил подлокотники, блаженно улыбнулся:
— Нормально тут у вас, в бизнесе. А у нас в экономе такая теснотища! Все друг на друге сидят, не спрячешься.
Я не отреагировала и своим молчанием только испортила дело. Нахмурившись, он снова смерил меня подозрительным взглядом и спросил:
— А почему ты не спрашиваешь, где я сижу?
Вот пристал! Да прямо зануда какой-то, парень этой Женечки. Я опять взбеленилась и накинулась на него:
— Да ты мне рта не даешь раскрыть! Почему да почему… А вот потому! Так где ты сидишь?
— Место 53С, — объявил прыщавый. В его голосе звучало явное облегчение. Наверное, он сам устал от своих подозрений и обрадовался, когда окончательно убедился, что я — это я.
Меня бы только кто-нибудь в этом убедил!
Но не успела я расслабиться, как зануда вернулся к списку вопросов:
— А почему ты ничего не спрашиваешь о подарке?
— А почему ты ничего о нем не говоришь? — огрызнулась я. Неужели мне целых 14 часов придется общаться с этим уродом?!
Между тем глаза ненавистного собеседника хитро блеснули.
— Угадай, в какой руке? — проговорил он, приблизив ко мне прыщавое лицо.
— В правой! — сердито бросила я, удивляясь однообразию мужских приемов.
— Умница! — Он вытащил правую руку из-за спины, разжал пухлую ладонь, и я увидела маленький пузырек со светло-желтой жидкостью, похожей на духи.
— Дорогая, это тебе! — торжественно объявил «мой», и я небрежно взяла подарок.
А он вдруг полез под кресло и начал что-то там искать. Интересно, что это он успел потерять? И еще интересно, что он мне подарил. Вернее, не мне, а бедолаге Женечке.
Я повертела пузырек в руках, открыла, принюхалась… И растаяла. Какой неожиданный и приятный сюрприз! Это действительно оказались духи. Но какие! Запах был фантастически прекрасным — мягким, нежным, переливчатым — и совершенно незнакомым. А ведь меня, искушенную «нюхачку», трудно чем-нибудь удивить!