Мистика
Шрифт:
— Ты убийца, Д'Амур, — сказал демон утвердительно. — Ты это знаешь?
— Скажи мне…
Глаза демона потемнели, лицо стало расплываться.
— Послушай, к югу отсюда… — ответил он. — Гостиница… — Тембр его голоса слегка изменился, а черты лица еще больше растеклись.
Гарри держал палец на спусковом крючке, готовый навсегда отбить у демона охоту смотреться в зеркало. Но тот все еще продолжал говорить, и Гарри не мог позволить себе прервать поток его слов.
— …на
И пока он говорил, его истинные черты лица исчезли, и внезапно перед глазами Гарри предстала Норма, лежащая в луже крови у его ног.
— Ты ведь не будешь стрелять в старую женщину? Не правда ли? — взмолилась она.
Гарри на секунду замешкался, но этого оказалось достаточно, чтобы Ча-Чат перешел из одной ипостаси в другую и улетел. Гарри упустил демона уже во второй раз за этот месяц.
И в довершение всех несчастий повалил снег.
Маленькая гостиница, которую описал Ча-Чат, знавала лучшие времена. Даже свет, горевший в холле, угрожающе дрожал и мог вот-вот погаснуть. За стойкой портье никого. Гарри уже было решил подняться по лестнице, когда молодой человек с головой, гладкой как яйцо, с одиноким «локоном смерти», приклеенным к черепу, выступил из темноты и схватил его за руку.
— Здесь никого нет, — сообщил он Гарри.
В лучшие времена Гарри мог раздавить его яйцеобразную голову голыми руками и с удовольствием сделал бы это. Но сегодня вечером, как он полагал, все было еще впереди. И поэтому он только сказал:
— Ну, тогда ладно, я поищу другую гостиницу.
Локон Смерти вроде бы успокоился, его хватка ослабла.
И в следующую секунду рука Гарри нашла пистолет, а пистолет — подбородок Локона Смерти. Лицо молодого человека застыло в удивлении, когда он, сплевывая кровь, сползал по стене.
Гарри ринулся вверх по лестнице. Снизу раздавались пронзительные крики юнца, который звал какого-то Дарье.
На шум драки и крики никто не вышел. Гостиница казалась пустой. До Гарри начало доходить, что предназначена она была вовсе не для приюта усталых странников.
Уже на лестничной площадке он вдруг услышал надрывные женские крики. Гарри остановился как вкопанный. За его спиной, перепрыгивай через ступеньки, по лестнице поднимался Локон Смерти, а впереди кто-то умирал страшной смертью. Гарри предположил, что добром это не кончится.
Дверь в конце коридора открылась, и подозрение переросло в уверенность. На пороге, стаскивая с рук окровавленные хирургические перчатки, стоял мужчина в сером костюме. Мужчина показался Гарри смутно знакомым. И тут все наконец встало на свои места. Гарри вспомнил имя, которое произнес Локон Смерти, когда звал на помощь своего хозяина.
— Д'Амур, — произнес Марчетти.
Гарри даже слегка польстило, что его узнали.
— Что здесь произошло? — требовательно спросил он, направляясь к распахнутой двери.
— Наши внутренние дела, — отрезал Душегуб. — Пожалуйста, стой где стоишь.
В маленькой комнате горели свечи, и в их ярком свете Гарри смог разглядеть тела, распростертые на голой кровати. Женщина из того дома на Ридж-стрит и ее ребенок. Оба были умерщвлены опытной рукой посланника Ватикана.
— Она сопротивлялась, — сказал Марчетти, не слишком обеспокоенный тем, что Гарри обозревал результаты его работы. — Мне нужен был только ребенок.
— Что это было? — настаивал Гарри. — Демон?
Марчетти пожал плечами:
— Мы никогда не узнаем. Но в это время года обязательно что-то пытается пролезть сквозь ограждения. Для нас безопасность важнее жалости. Кроме того, есть люди, и я причисляю себя к их числу, которые верят в такие вещи, как лжемессия.
— Мессия? — повторил Гарри и посмотрел на крошечное тельце.
— Полагаю, он обладал какой-то силой, — сказал Марчетти. — И мог пойти неверным путем. Вы мне еще спасибо должны сказать, Д'Амур. Ваш мир пока не готов к Апокалипсису. — Он посмотрел мимо Гарри на юнца, стоявшего на лестнице. — Патрик, ангел мой, не подгонишь ли машину? Я опаздываю на мессу.
Марчетти швырнул перчатки в кровать.
— Вы не можете ставить себя над законом, — произнес Гарри.
— Я вас умоляю, — сказал Душегуб. — Не порите чушь. Время уже позднее.
Внезапно Гарри почувствовал острую боль в затылке. По шее потекла кровь.
— Патрик полагает, вам пора домой, Д'Амур. И я тоже.
Острие ножа вошло чуть глубже.
— Да? — спросил Марчетти.
— Да, — ответил Гарри.
— Он был здесь, — сказала Норма, когда Гарри пришел к ней снова.
— Кто?
— Эдди Аксель, хозяин «Аксельс Суперетт». Он прошел насквозь, прозрачный, как дневной свет.
— Мертвый?
— Конечно, мертвый. Он убил себя в камере. Спросил меня, видела ли я его душу.
— И что ты ответила?
— Я же телефонистка, Гарри. Просто соединяю. Я ничего не смыслю в метафизике. — Она взяла бутылку бренди, которую Гарри поставил на столик рядом с ее креслом. — Как мило с твоей стороны. Присаживайся. Будь как дома. Пропусти стаканчик.
— В другой раз, Норма. Сегодня я слишком устал. — И Д'Амур направился к двери. — Кстати, — сказал он, — ты была абсолютно права. На Ридж-стрит действительно что-то было…