Могила девы
Шрифт:
Там.
Прекрасный, сладостный звук.
Все ближе.
Слушай…
Хлюп, хлюп.
Теперь не дальше тридцати футов. Туда. Она там.
Хэнди увидел перед собой призрачный силуэт — Мелани шла в главный зал бойни.
Хлюп, хлюп.
Он еще приблизился. Перевернул стол, но ее походка не изменилась и она продолжала идти. Ни черта не слышала. Хэнди еще сократил дистанцию: пятнадцать футов, десять, пять… И вот он прямо за ее спиной.
Так он когда-то шел за Руди, ощущал запах его лосьона, видел осевшую на его
— Говнюк! — закричал брату Хэнди, почти теряя сознание, уже не побагровев, а почернев от бушевавшей в нем неистовой ярости. Руди усмехнулся и продолжал идти, и пистолет в руке Хэнди начал стрелять. Это был маленький пистолет двадцать второго калибра, заряженный патронами от мелкашки. Он оставлял на шее брата крошечные красные точки, и тот, прежде чем упасть и умереть, исполнил страшный, пугающий танец. Хэнди вновь почувствовал безудержную злобу к Поттеру за то, что тот заставил его вспомнить о Руди. Очень похоже на то, как во время драки на тюремном дворе вкладывают в руку камень. Разозлился на Поттера, на жирного мертвого Боннера и на Мелани, эту трусливую сучонку.
До нее два фута, какая же у нее робкая походка!
Она и не подозревает, что он у нее за спиной.
Как здорово следовать за ней шаг в шаг. Столько возможностей. Привет, мисс Мышка… Но Хэнди выбрал самое простое: потянулся и лизнул ее сзади в шею.
Он думал, Мелани сломает себе спину — так поспешно она отскочила в сторону и упала на груду ржавых листов железа. Он схватил ее за волосы и потянул за собой, а она, пытаясь вывернуться, извивалась.
— Эй, Шеп, давай врубай свет.
Через секунду здание тускло осветилось, и Хэнди различил проход в главное помещение бойни. Мелани все силилась оторвать его руки от своих волос, но он держал крепко — она могла драться до второго пришествия, все равно ничего не добилась бы.
— Очень ты неприятно пищишь. Мне не нравится. Заткнись! Заткнись, я сказал! — Он ударил ее по лицу. Мелани вряд ли поняла его слова, но тем не менее замолчала. Хэнди проволок ее под каскадами воды по проходам среди всякой рухляди. Прямо к гильотине для отсечения голов животных.
Место представляло собой огромную мясницкую колоду со специальными углублениями для свиней и молодых бычков. Наверху на раме крепилось треугольное лезвие, которым управляли при помощи длинной рукоятки с резиновой ручкой. Похоже на резак для бумаги, только очень большой. Уилкокс посмотрел на него.
— Ты в самом деле собираешься…
— А что? — огрызнулся Хэнди.
— Да просто, старина, нам скоро выбираться отсюда…
Хэнди не обратил на него внимания. Схватил с пола кусок проволоки и, обмотав вокруг правого запястья Мелани, крепко скрутил. Девушка боролась, ударив его в плечо левым кулаком.
— Чертова ненормальная, — процедил Хэнди сквозь зубы и ударил ее по спине.
Мелани всхлипывала и отбивалась — мышка старалась удрать. Хэнди понял, что боль в ее правой, уже побагровевшей кисти стала невыносимой. Он прижал девушку животом к основанию гильотины, толкнул лицом вниз и подставил правую ее руку под нож. Затем приподнял ее ноги, и она, потеряв точку опоры, беспомощно повисла на колоде. После чего Хэнди легко прижал ее руку в отсечном пазу.
Секунду он колебался — смотрел Мелани в лицо и прислушивался к вырывающемуся из ее горла сдавленному дыханию.
— Господи, как же я ненавижу этот дерьмовый звук! И зачем только люди так сопят? Шеп, подержи ее.
Уилкокс помедлил, затем сделал шаг вперед и ухватил руку Мелани пониже локтя.
— Не думай, что мне приятно на это смотреть. — Он отвернулся.
— А мне приятно, — пробормотал Хэнди и, не в силах сдержаться, наклонился к лицу Мелани, вдохнул ее запах, потерся щекой о ее залитую слезами щеку. Погладил по волосам.
Затем потянулся к рычагу механизма, разрабатывая, подергал туда-сюда, опустил нож так, что лезвие коснулось кожи на руке девушки. Отвел и поднял на полную высоту. А потом взялся за резиновую рукоять обеими руками.
В этот момент зазвонил телефон.
Хэнди посмотрел на трубку.
Наступила пауза. Уилкокс выпустил руку Мелани и отошел от гильотины.
Проклятие! Хэнди прикидывал, как поступить.
— Ответь.
— Алло? — сказал Уилкокс в микрофон. И стал слушать. Пожал плечами и посмотрел на застывшего с рычагом в руках Хэнди.
— Это тебя.
— Скажи Поттеру, чтобы он катился к дьяволу.
— Это не Поттер — какая-то баба. И судя по тому, что она несет, очень даже клевая телка.
22:58
Поттер сидел у окна и смотрел в полевой бинокль, а за его спиной нервно расхаживала молодая напористая Шэрон Фостер, детектив. Десять минут назад она сломя голову прикатила в передовую зону, и теперь как заправский матрос поносила Луиса Хэнди последними словами.
— Мать твою, Лу! — Как многие женщины, служащие в полиции, Фостер обладала непоколебимой твердостью, которую не смягчали ни ее собранные в задиристый хвост белокурые волосы, ни симпатичная мордашка.
— Постой, лялька. Ты теперь детектив?
— Да. Получила повышение. — Девушка наклонилась и посмотрела из окна командного фургона на бойню. Ее голова оказалась всего в нескольких дюймах от головы Поттера. — Ну и что ж ты сотворил со своей жизнью, Лу? Кроме того, что все окончательно изгадил?