Могила девы
Шрифт:
— Спецназовцы вот-вот взорвут боковые двери, но вы можете остановить их, прежде чем они ворвутся в здание. Займите позиции, с которых можно вести перекрестный огонь у юго-восточного и северо-западного окон. С южной стороны есть дверь, о которой ты не знаешь. Она скрыта под слоем штукатурки, но ничем не заложена. Они будут пробиваться и через нее. Слушай, Лу, стреляй им по ногам. На них бронежилеты. Стреляй из ружей по ногам.
Он не заметил в здании бойни никакого движения.
Только бы
— Лу!
Тишина. Лишь упорный шум ветра.
Затем кто-то шевельнулся в овражке к северу от здания. Из зарослей буйволовой травы показался шлем. Блеснули в его сторону окуляры бинокля.
Или это был оптический прицел винтовки «МП-5»?
— Лу, ты слышишь меня? — снова выкрикнул Поттер. — Это несанкционированная операция. Займи позиции так, чтобы простреливались южная и северная двери. Южная спрятана под плитой штукатурки или под чем-то вроде этого.
Ни звука. Тишина.
«Ну кто-нибудь, ответьте же… Ради Бога, ответьте!»
Переговорщик уловил движение и повернулся на север от бойни — туда, где кто-то пошевелился.
На гребне холма в семидесяти пяти — восьмидесяти футах от него стоял, подбоченившись, человек в черном, на его плече висел на ремне автомат. Он смотрел на Поттера. Затем в овражках с обеих сторон бойни один за другим зашевелились бойцы и отползли от дверей. Головы в шлемах на мгновение появились и скрылись в кустах. Спецназ отступил.
Из бойни не доносилось ничего. И Поттер упал духом — он не сомневался, что последует возмездие. Не считающееся ни с какой моралью, жестокое, как сам Хэнди. Чего у него было не отнять — он держал слово. Мир Хэнди зиждился на собственной справедливости — порочной, но тем не менее справедливости. В этом мире слово нарушали не плохие, а хорошие парни.
Поттер, Лебоу и Бадд стояли поодаль, а Тоби лихорадочно возился с проводами — обрезал и соединял по-новому.
Поттер смотрел, как два агента Хендерсона увели Дерека Элба.
— Саботаж? — спросил он Тоби.
Техник, разбиравшийся в баллистике не хуже, чем в электронике, не мог ответить определенно.
— Похоже, обычное возгорание бензина. Наш генератор работал на пределе. Но нам могли засунуть в динамо Л210, и мы об этом ничего не знали бы. Больше мне пока ничего не приходит в голову. — Казалось, он одновременно расплетает, соединяет и изолирует по десять концов проводов.
— Ты все сам прекрасно понимаешь, Артур, — заметил Лебоу.
Поттер согласился. Скорее всего это Тримэйн заложил в генератор фургона дистанционно управляемое зажигательное устройство.
— Невероятно! — воскликнул потрясенный Бадд. — Неужели он способен на подобное? Что вы собираетесь предпринять?
— В данный момент ничего, — ответил переговорщик. Душой
В фургон вернулась Фрэнсис Уитинг. Она ходила в медицинскую палатку подышать кислородом. Поттер заметил на ее лице пятна копоти, она с трудом переводила дыхание, но в остальном все для нее обошлось.
— Немного тревожнее, чем обычно у вас в Хевроне? — усмехнулся Поттер.
— Не считая раздачи повесток в суд в связи с нарушением правил дорожного движения, последний раз я арестовала человека, когда в Овальном кабинете был еще Буш.
Запах пожара, сгоревшей резины и пластмассы проникал повсюду. На руках Поттера багровели ожоги. Волосы на затылке исчезли, а в обожженном запястье пульсировала боль. Но ему было некогда обращаться к врачам. Сначала следовало восстановить контакт с Хэнди и постараться минимизировать последствия ответа, который бандит, без сомнений, замышлял.
— Есть! — воскликнул Тоби. — Готово! — Он совершил чудо, проложив силовую линию от генератора на грузовике; командный пункт ожил и снова был готов действовать.
Поттер уже собирался попросить Бадда открыть дверь, чтобы проветрить фургон, но тут заметил, что не осталось никакой двери — она сгорела. Он сел за пульт, взялся за телефон и набрал номер.
Помещение наполнили электронные звуки вызова.
Ответа не было.
Позади него снова печатал Генри Лебоу. И звуки клавиатуры компьютера больше, чем что-либо другое, восстановили уверенность Поттера. «Ну вот, вернулись к делам», — подумал он. И сосредоточился на телефоне.
«Отвечай, Лу! Ну, давай же! Мы уже так много прошли вместе с тобой, что нам нельзя расходиться. За нами целая история, и мы слишком сблизились…»
Возьми же чертов телефон!
За стенками фургона раздался громкий скрежет, и так близко, что Поттер сперва решил, что услышал этот звук в трубке. Рядом резко затормозил лимузин Роланда Маркса, и он выскочил из машины. Скользнул глазами по обожженному фургону и, ни к кому не обращаясь, бросил:
— Я смотрел новости. Что тут, черт возьми, произошло?
— Тримэйн посамовольничал, — ответил переговорщик, снова нажимая на кнопку повторного набора и холодно глядя на Маркса.
— Что сделал?
Ему объяснил Лебоу.
— У нас нет доказательств, сэр, — добавил Бадд.
— Мне надо поговорить с этим человеком, — заявил помощник Генерального прокурора штата. — Да, надо. Где…
В дверях возникло движение, по фургону словно пронесся шквал, Поттер отлетел в сторону и тяжело упал навзничь.