Монстр
Шрифт:
— Почему уволили? — возразил Маркус. — Почему не арестовали? Это незаконные исследования.
— Доказательств могло быть недостаточно. Или Антуан не хотел бросать тень на Корпус, — предположила Маль. — Он всю свою жизнь в нем проработал, с самого основания. Предан Корпусу всей душой. Может быть, он просто не захотел скандала?
— Но если он все знал про проект «Ангел» и про то, что Фрай как-то замешан, почему изображал полное непонимание ситуации? Почему… — я осеклась в последний момент, решив, что при Маль как-то неудобно рассказывать о том, как Антуан велел мне следить за ними всеми. —
— Тут всего два варианта, — категорично заявил Маркус. — Или он участвовал в проекте «Ангел» и покрывал его, или против магов так и не было найдено ни одного серьезного доказательства, поэтому он молчит, чтобы не вызывать их подозрений. Ждет, когда они оступятся.
— Маловероятно, что Антуан может покрывать магов, — хмыкнула Маль. — Он их ненавидит. И когда я говорю «ненавидит», я не имею в виду ту легкую степень опасения и неприязни, которую испытываем все мы. Я имею в виду настоящую глубокую ненависть, идущую из детства.
— Откуда ты знаешь? — удивилась я. Никогда не замечала ничего подобного. Он демонстрировал не большую неприязнь к ним, чем все остальные.
— Мы как-то разговорились с ним об этом. — Маль вдруг заметно смутилась. — Знаешь, мне ведь тоже нелегко жить среди граждан Федерации и помнить, что Федерация сделала с моим родным домом. Благодаря ей я стала сиротой. И вот однажды я поделилась с ним этим. Еще когда только начала работать в его команде вместе с Маркусом. Я злилась на Маркуса, потому что он был солдатом Федерации и помогал ставить мой родной мир на колени.
Ее дыхание снова участилось, глаза непривычно засверкали гневом. Я не могла припомнить, когда последний раз видела ее такой. Если вообще когда-то видела. Но она быстро взяла себя в руки, снова превращаясь в отстраненную красавицу с необычной внешностью.
— Тогда-то Антуан и рассказал мне о своем детстве. Местность, где он вырос, маги терроризировали десятилетиями, заставляя обычных людей обслуживать себя. Федерации еще не существовало. Не было ни закона, ни силы, которая могла бы их защитить. Произвол, который творили маги, оставил Антуана без матери. Он не рассказывал подробностей, но было видно, что целую жизнь спустя эта боль до сих пор живет в нем. Так что нет, он не стал бы их покрывать.
— Значит, он ищет способ поймать их на преступлении, но пока не может, — хмыкнул Маркус. — Жаль, это не объясняет его поведение в отношении Лины. И почему ее убили. И как с этим связаны каори из будущего. А также как во всем этом замешан Берт. И какой это Берт: тот, которого знаем мы, химера или гость из будущего, как и каори.
— Вопросов по-прежнему больше, чем ответов, — вздохнула я.
— Но мы должны найти все ответы, — заметил Маркус. — Потому что без них ни я, ни Коннор никогда не будем в безопасности.
— И где их искать? — Маль переводила взгляд с меня на Маркуса и обратно, но ни у одного из нас не было ответов.
Я тоже встала и прошлась по кухне, поскольку Маркус наконец успокоился и остановился у дальней стены, привалившись к ней спиной. Я же подошла к окну и выглянула в него, то ли ища взглядом черный вседорожник, то ли просто не зная, куда себя деть. В голове крутились десятки разрозненных фактов, ни
Но один из них — самый незначительный — вдруг неприятно царапнул сознание.
— Маркус, а напомни, как ты попадал в мою квартиру?
— Что? Ну я… я же говорил: по пожарной лестнице.
Я посмотрела на оконную раму Маль, отчаянно ловя за хвост еще одну мысль, которая уже порхала вокруг меня.
— А как ты открывал окно? Первый раз ты забрался ко мне весной, второй раз — осенью. Холодно ночью, я закрываю окна.
Он приглушенно хмыкнул.
— Но магическую защиту на них не ставишь. А одно простенькое заклинание, которое может освоить даже такой начинающий маг как я, позволяет повернуть ручку и открыть окно. А почему ты спрашиваешь? В смысле, почему сейчас?
Я повернулась к нему и неуверенно улыбнулась.
— Кажется, у меня есть идея.
Глава 30
Мою идею сложно было назвать гениальной, и меня удивило, что никто из нас не подумал об этом раньше и не проверил. Вероятность того, что найдется ниточка, была мала, но все же это могло стать зацепкой.
— Ты говорил, что каори не вламывались к тебе, а появились очень тихо. Даже подозревал портал, но его следов маги не обнаружили, — объясняла я возбужденно, меряя шагами кухню Маль. — Я точно так же ни разу не слышала, как вламываешься ко мне ты. И вот теперь я думаю: а что если они точно так же вошли через окно? Тоже использовали это заклинание, раз уж оно такое простое. Его следа маги могли и не заметить.
— Идея хороша, но в моем доме нет такой пожарной лестницы, — возразил Маркус, хмурясь.
— Зато у тебя есть балкон. Они могли спуститься на него сверху. Над тобой еще два этажа. Жильцов в квартире над тобой опрашивали, они ничего не слышали и не видели, но никому не пришло в голову проверить, кто живет на последнем этаже. Мы не видели причин, они ничего не могли слышать через этаж.
— С тем же успехом каори могли спуститься с крыши. Но что нам это дает?
— Нет, те, кто пытался тебя похитить, должны были поселиться в твоем доме. Потому что рядом не было зафиксировано постороннего транспорта. — Я улыбнулась. — Так как и куда они собирались тебя забрать? Не тащить же на себе, правильно? Это безумно дерзко и настолько нагло, что нам не пришло в голову такое проверить.
На лице Маркуса сначала отразилось замешательство, а потом расплылась широкая улыбка.
— А я всегда знал, что ты хороший аналитик. Когда твоя голова не забита бессмысленными переживаниями.
Я решила считать это комплиментом.
Маль одолжила нам свою машину, сказав, что ее внезапная неисправность станет хорошим объяснением ее опоздания на работу: в отличие от нас сотрудники лабораторий имели фиксированный график работы.
Мне казалось не самым разумным тащить Маркуса к нему домой, ведь под наблюдение могли взять и его, но он сказал, что не позволит мне рисковать одной. И, конечно, я была рада это услышать. Почему-то его забота, которую он проявлял уже второй день, очень много для меня значила. Хотя в глубине души я понимала, что она вызвана его чувствами к Лине. Но ведь и я помогала ему из-за своих чувств к его прототипу. Все было честно.