Монумент
Шрифт:
– Некоторые из запрещенных текстов касались Белтиррана. Так?
– Верно, – кивнул Краск. – Таких было немало. Но что из них правда, а что ложь? Многие документы, самого разного содержания, были подделками. Фальсификациями, сделанными исключительно для обогащения нечистых на руку торговцев. Если те не могли достать настоящих документов на продажу, то стряпали фальшивки. Они циркулировали по всему Друину. – Краск грустно улыбнулся. – Когда за мной пришли, у меня на руках были только подделки. Думаю, это и спасло мне жизнь. Если б у меня нашли
– Неужели никто никогда не переходил Гарсбраки?
– Некоторые люди уверяли, что перебирались через горы. – Краск пожал плечами. – Однако таким сведениям сложно доверять. Они противоречат друг другу, и нет ни одного убедительного доказательства подлинности того или иного документа. Я видел карты с обозначенными тропами в горах, но люди, которые решались ими воспользоваться, не возвращались… Что, как я думаю, может означать в равной степени и успех, и гибель…
Баллас нервно облизнул губы.
– И где я могу найти эти карты?
– Большая часть, должно быть, в руках церковников – или же просто уничтожены. Несколько штук, возможно, все еще раскидано по Друину. Но я не знаю, где их искать. – Краск открыл дверь. – А теперь я наконец-то пойду и займусь ловушками.
– Ты обещал, что освободишь меня…
– Я сказал: «возможно». – Краск невозмутимо посмотрел на Балласа. – Ты ищешь запретного знания. Это серьезное преступление. Было бы неразумно позволять такому человеку свободно разгуливать по моему дому.
И старик вышел, прикрыв за собой дверь.
Люджен Краск вошел в соседнюю комнату. Здесь было тепло, В железной жаровне горели угли, согревая воздух. Подле жаровни сидела девушка. Когда вошел Краск, она завязывала свои рыжие волосы в хвост на затылке. Услышав, как открывается дверь, девушка подняла голову. У нее было бледное худое лицо с тонкими чертами, высокие скулы и красиво очерченные губы. Она внимательно смотрела на Краска; в ореховых глазах отражался свет горящих углей.
– Ты подслушивала, – заявил Краск с порога.
– Конечно, папа. – Девушка улыбнулась. – Я имею право знать. В конце концов, это ведь я его спасла.
Краск укоризненно посмотрел на нее.
– Почему ты ему не поможешь? – спросила девушка.
– Он скрывается от властей, – отозвался Краск, беря со спинки стула кожаный плащ. – Когда я помянул стражу, он встревожился. В его глазах был страх.
– Ну и что, – отозвалась девушка, скрестив руки на груди – Наши стражи таковы, что даже самому порядочному человеку в пору опасаться. Только взгляни на Джаспара Греттина. Пьяница, мот, грубиян и взяточник.
– Это уж точно, – буркнул Краск. – Сомневаюсь, что он уберет отсюда нашего гостюшку, если не дать ему на лапу. Надеюсь, сегодня будет хороший улов. Заплатим ему угрями. Поднимайся, Эреш, пора.
Встав на ноги, девушка взяла плащ, и они вышли на улицу.
Эреш и Краск шли через болото. В руке девушка несла фонарь. Тусклый желтоватый свет освещал не больше ярда окружающего пространства, затем
Эреш шла следом за отцом, глядя на его сутуловатую спину. С плеча Краска свисала сеть, под мышкой он держал небольшой кожаный мешок. Уверенным шагом старик направлялся к дальнему краю болота, где находились руины. Давным-давно древнее здание ушло в вязкую почву, однако отдельные фрагменты постройки до сих пор выглядывали на поверхность. Здесь-то Краск и добывал угрей.
Они остановились возле глубокого желоба из белого камня. Эреш полагала, что некогда это был какой-то дренажный отвод. Он выходил из стены и тянулся по земле, заканчиваясь в болоте. Краск передал Эреш сеть и утопил свой мешок в желобе. На поверхность всплыл пук коровьих кишок. Краск брезгливо поморщился и отступил назад. Теперь оставалось только ждать.
Через некоторое время послышался далекий плеск и сухой шорох камышей – словно их всколыхнул неведомо откуда взявшийся порыв ветра. Мало-помалу шум приближался. В лунном свете было видно, как шевелятся тростники. Легкая рябь пробежала по поверхности воды.
– Приближаются, – сказала Эреш.
– Слышу, – негромко отозвался Краск.
Угри заплыли в желоб и накинулись на угощение. Там и тут в воде скользили гибкие сильные тела; плоские головы то и дело выныривали на поверхность, отрывая куски мяса острыми как иглы зубами. Краск и Эреш опустили сеть в желоб – в том месте, где он уходил в болото, – и привязали углы к вбитым в землю колышкам. Угри оказались в ловушке.
Через несколько секунд с коровьими кишками было покончено. Угри отправились в обратный путь – и обнаружили, что дорога назад перекрыта. Они потыкались в сеть и принялись бессмысленно плавать взад-вперед по желобу.
К рассвету они умрут. Угри, обитатели теплых вод, выживали в климате Друина, только держась в середине болота, где воду согревал подземный источник. В поисках добычи они выплывали в холодную воду, но, насытившись, быстро возвращались назад. Теперь же, запертые в желобе с ледяной водой, угри были обречены. С первым утренним светом Эреш вернется сюда и соберет их. Только так можно было ловить этих ядовитых и очень опасных тварей.
Обитатели Кельтримина недоумевали, каким образом Краску удается добывать угрей. Некоторые полагали, что ему помогают знания, взятые из запрещенных текстов. Или магические ритуалы Востока. Или – возможно – специальное убивающее угрей заклинание дикарей из тропиков… Эреш улыбнулась. Что бы они сказали, если б знали о простой уловке с холодной водой и сетью, выдуманной отцом?..
– Идем, – сказал Краск, тронув ее за плечо. – Холодно, и я устал.
– Этот чужак не причинит нам вреда? – спросила Эреш на обратном пути.