Моя воля сильна...
Шрифт:
Реборн заскрипел зубами. Теперь он не мог сказать, к чему относилась ее чувственная реакция: к его словам и действиям или воспоминаниям об этом чертовом Микадо, которого заранее хотелось убить.
Он оттолкнулся от девушки и быстро вышел, освободив себе проход.
– Да ладно, Реборн, не стоит так ревновать, - донеслось ему вслед веселое.
– Тсуна, ты прекрасно выглядишь, - Микадо распахнул дверь.
–
Тсунаеши улыбнулась, принимая комплименты, проходя внутрь квартиры.
Они с Микадо всегда встречались у него дома, на шестнадцатом этаже высотного здания в благополучном районе для обеспеченных людей. Где же еще жить владельцу нескольких журналов, редактору одного из них?
Иногда девушка сожалела, что не может влюбиться именно в него. Друг был хорошим, верным, преданным человеком, добрым, умным, понимающим, отзывчивым. Сколько еще прекрасных слов она могла сказать о нем? С ним всегда было интересно поговорить. В его обществе Тсуна ощущала себя красивой, желанной. И секс с ним доставлял удовольствие.
Но, кажется, "хорошие" мальчики не для нее. Тсуна могла сколько угодно оправдывать себя тем, что не хочет ломать жизнь хорошему человеку своей второй профессией. Но правда была в том, что от него у нее "не порхали бабочки в животе". Глупое сравнение из дамских романов, но другого она не могла подобрать.
И не понимала, в чем разница, пока не встретила Реборна. Чертов киллер, от одного только его касания кожа вспыхивала, как напалм. Тсуна горела, когда он целовал ее. И чувствовала, что он сгорает тоже. Болезненно и так сладко.
Равные.
Этого равенства не было с Микадо. И он был слишком идеальным, чтобы портить ему жизнь. Друзья, иногда любовники, готовые отпустить друг друга, если потребуется.
– Вина?
– брюнет подошел к бару.
Тсуна расположилась на диване, скинула туфли, забираясь с ногами. Вечернее синее платье облегало ее тело, как перчатка, подчеркивало стройность, золотистый загар. И ей понравились мрачные тучи в глазах увидевшего ее поздно вечером киллера.
– Только если хорошего, - улыбнулась она мужчине.
– Самого лучшего, - он подал ей бокал, устроился рядом.
– О чем ты хотел со мной поговорить? Так настойчиво...
– Тсуна провела пальцем по краю бокала, с интересом глядя на собеседника.
– Я соскучился?
– спросил тот. Тсунаеши покачала головой.
– Не пойдет?
– наигранно опечалился мужчина.
Девушка рассмеялась, а Микадо стал серьезным, собранным и деловым.
– У тебя остались еще снимки из Новой Зеландии, какие-нибудь невостребованные, но приличные,
Тсунаеши прикинула имеющиеся в компьютере данные.
– Вроде бы да. Что-то случилось?
– Нам заказали статью о Новой Зеландии, выпуск должен попасть в типографию через два дня. Сама понимаешь, сроки поджимают, а искать что-либо в Интернете - значит предать доверие своих читателей и угробить собственную репутацию. Все уже привыкли, что в журнале только снимки, которые сделали по заказу наши фотографы.
– Понимаю, - Тсунаеши кивнула.
– Я могу прямо сейчас посмотреть на почте. Конечно, я распечатываю и приношу лучшие образцы заказчику, но еще и пересылаю их по электронке. Мне отмечают, какие забраковали, и я могу использовать в дальнейшем.
– Ты прелесть!
– воодушевился Микадо, в мгновение ока притащил ноутбук и устроился рядом, плечом к плечу, нетерпеливо ерзая.
– Успокойся, - Тсуна улыбнулась.
– Если нет подходящих здесь, завтра перешлю те, что остались дома еще с прошлого года. Снимала для выставки.
Микадо расслабился, откинулся на спинку кресла, обнял девушку за обнаженные плечи, прижимая к себе. Уютная, почти домашняя картинка. Тсуна потерлась щекой о руку, что перебралась на шею, стала закручивать короткие прядки. Идеальное свидание....
Если бы не пристальный взгляд, буквально расстреливающий затылок Тсунаеши. Девушка усмехнулась уголками губ. Интересно, кто бы мог следить за Савадой Тсунаеши от самого дома, проводить до любовника, а затем забраться в дома напротив?
Они с Микадо провозились два часа, отбирая снимки, ретушируя и редактируя их, расставляя по страницам, подбирая заголовки и прочее, прочее, прочее. Спорили почти до хрипоты, пока не достигли компромисса.
Наконец, мужчина закрыл компьютер, потер глаза. Работа была сохранена и переслана на рабочий адрес. Можно было расслабиться.
– Извини, свидание у нас с тобой... странное, - усмехнулся он.
– Разве они у нас не все такие?
– Тсуна засмеялась.
– Да уж, - Микадо передернул плечами.
– Не сочти меня параноиком, но меня преследует ощущение, будто за нами следят.
– Пусть следят, - Тсунаеши потянулась к нему.
– Может, что интересное увидят.
Микадо рассмеялся и втянул девушку в глубокий поцелуй.
Тсунаеши вернулась домой только под утро, на рассвете. Осторожно прикрыла дверь, чтобы не будить, повернулась... и хрипло вскрикнула. Напротив нее стоял мрачный Реборн, скрывая глаза тенью от полей шляпы.