Моя воля сильна...
Шрифт:
Даже когда они жили вдвоем, на одну маленькую зарплату Наны, мама всегда старалась устроить дочери настоящий праздник. Они пекли моти и украшали ими веточки бамбука, наряжались в красивые кимоно, пусть и взятые напрокат в небольшом магазинчике. Громко хлопали в ладоши и смеялись перед сто восьмым ударом колокола, чтобы весь следующий год был радостным и веселым.
В доме всегда пахло выпечкой и хвоей, а еще немного - мандаринами, так как маленькая Тсуна легко простужалась, болела зимой. И Нана покупала ей "витамин С" - маленькие, круглые солнышка. Для девушки до сих пор Новый год имел кисловато-сладкий
– Иди, переоденься в кимоно, - произнесла Нана, отсылая дочь.
– Ма-ам, - протянула Тсуна, слегка поморщившись.
– Ничего не знаю!
– строго произнесла женщина, уперев руки в бока.
– Хочу, чтобы ты у меня была сегодня самой-самой красивой, Тсуна, - неожиданно мягко произнесла она и погладила дочь по щеке.
Тсунаеши на секунду прижалась к этой маленькой ладошке, с тонкими пальчиками, пахнущими специями и изюмом, который она положила в пироги. В этом году Нана не ограничилась только традиционной японской кухней, но решила порадовать и гостей из солнечной Италии.
Заворачиваясь в плотное, нежного небесно-синего оттенка, кимоно, Тсунаеши впервые подумала, что им должно быть тяжело вдали от родины, солнца и моря. Здесь, в холодной, немного чопорной Японии.
Нана, как всегда, знала все лучше всех.
Тсунаеши протянула, обернула и завязала широкий пояс, сделав сзади красивый бант. Надеть многослойное, плотное кимоно в одиночку тяжеловато, но она всегда справлялась. Научилась.
По традиции, наряд обязательно должен быть украшен бамбуком, пионами или черепахами, несущими в себе пожелания долголетия, здоровья и счастья. Кимоно Тсуны было украшено небольшими розовыми и алыми цветами, тянущимися от ворота до подола. Краски обязательно должны быть яркими, насыщенными - так положено на Новый год.
– Ты у меня красавица, Тсу-тян, - Нана расчувствовалась, даже, кажется, всплакнула, когда увидела дочь в традиционном одеянии, с цветами в пышных, аккуратно забранных волосах.
– Спасибо, мам, - Тсуна обняла мать и пошла на улицу.
Там уже стояла вся компания. Киоко и Хару, в красивых, нарядных кимоно, с цветами в волосах, поздравили Тсуну с праздником. Рядом с Сасагавой смущенно пунцовел Даи, постепенно становясь под цвет своего свитера, зажимая рукой рот малышу Ламбо. Несмотря на то, что это был самодельный подарок сестры, Даи оценил его плотность и теплоту, поэтому не снимал. Как и предсказывала Тсуна, места за котецу были напрочь заняты теплолюбивыми иностранцами.
Громко кричал Сасагава-старший, желая всем быть экстремальными в новом году. Пришли Ямамото и Гокудера, который тут же поцапался с боксером.
И Реборн, чуть в стороне от всех стоял Реборн. В глазах его, при появлении Тсунаеши, мелькнуло удовлетворение и... восхищение? Тсуна так и не смогла распознать это сложное чувство.
– Тсунаеши-семпай, спасибо, что пригласили нас на Новый год, - улыбнулся Ямамото, подходя ближе.
Только сейчас Тсуна поняла, что мальчишки-то подросли, вытянулись. И стали почти ростом с миниатюрную японку. Совсем уже большие, взрослые.
Мафиози.
–
– Называется оно "Семья против". Вот и ваш противник.
К ним по улице шел Дино Каваллоне, в черной кожаной куртке, майке с черным принтом. Бунтарь и бузотер - вот его амплуа в свободное от работы время.
За ним стройным рядом вышагивали его подчиненные.
– Дино, рада тебя видеть, - Тсуна улыбнулась. Они перешли на "ты" еще в первый визит, когда девушка перестала пытаться полить Энзо водой.
Каваллоне с нескрываемым восхищением оглядел ее.
– Восхитительный наряд, - искренне произнес он, целуя девушке руку.
– Он подчеркивает твою необычную красоту.
– Благодарю, - Тсунаеши знала, что не соответствует канонам красоты японцев или итальянцев. Смесь, взявшая понемногу из каждой национальности.Слишком большеглазая для Востока и слишком хрупкая, тонкая для Запада. Но это-то и притягивало мужчин. Цену себе девушка прекрасно осознавала.
Дино все еще не выпускал ее пальцы.
– Не будем держать зла, кто бы ни выиграл сегодня, - попросил он с широкой, обаятельной улыбкой.
– Непременно, - Даи разбил пару, затряс руку Дино, для чего даже рискнул выпустить Ламбо на волю. При этом он весьма нервно поглядывал на репетитора, сверлящего взглядом спину в небесно-голубом кимоно.
Пока Реборн объяснял правила, Даи наклонился к сестре.
– Ты что творишь?!
– отчаянно зашипел он.
– Что такое?
– не поняла Тсуна.
– Реборн меня со свету сживет. И Дино заодно, - Даи кивнул в сторону загадочно блестевшего глазами киллера.
Тсуна пожала плечами. Его проблемы, что он ревнует. В конце концов, не пристрелила же она Бьянки, хотя иногда очень хотелось. Особенно когда ручка с наманикюренными пальчиками проходилась по затянутому в ткань пиджака крепкому предплечью.
Суть соревнования была проста: несколько этапов, за каждый команда получает определенное количество очков. Сколько - решает судья, то есть Реборн. Выигрывает набравший большее количество очков, а проигравший выплачивает сумму в размере миллиона йен.
Даи как всегда паниковал, остальные относились проще - не воспринимали всерьез. Тсуна тоже пожала плечами. Если что, у нее имелась нужная сумма. На одном из счетов. В крайнем случае можно будет потрясти подруг, они не откажут дать взаймы на время.
Соревнование проходило на небольшом пустыре, рядом с мостом и речкой. Так как народу было слишком много, и в дом Савада они все попросту не поместились бы.
Они проиграли в первом же соревновании на определение удачливости. Однако во втором, в игре в бадминтон взяли свое. Мало кто знал, но Сасагава-младшая увлекалась спортом, как и ее брат. Больше всего любила настольный теннис и... бадминтон. Вот ее-то Тсуна и выставила против команды Дино. Конечно, Киоко не могла посоревноваться с бывшим профи, но она старалась и получила бонусные очки.