Мстители
Шрифт:
– Зачем?
– удивилась Ольга.
– За надом, - осклабился сержант.
У него было крупное красное лицо и проглядывавшие сквозь фуражку рыжие волосенки.
– Мы с тобой профилактику проводить будем, - объяснил он.
– Не надо мне никакой профилактики, мне домой надо!
– взмолилась Ольга. Я потом точно ни на чем не уеду.
– Ничего, - еще шире осклабился сержант.
– Мы тебя в гостиницу устроим. Без ванной, но с видом на Волгу. Из туалета.
Ольга пыталась протестовать и объяснить ему, что она торопится домой.
– Давай быстро в машину! А то силой впихну!
Несмотря на внушительные габариты сержанта, на стороне Ольги было великолепное - усвоенное в гарнизонах - владение приемами рукопашного боя. И фактор внезапности. Все это и раньше, случалось, давало ей неоспоримые преимущества: никто никогда не мог ожидать от этой милой светловолосой, среднего роста девчушки быстрого, сильного и точного удара кулаком в корпус или ногой в голову.
И хотя Ольга не обладала крупным весом, который можно вложить в удар, она брала скоростью и точностью. Кроме того, у нее была чудная растяжка - она без особого труда, стоя на одной ноге, дотягивалась другой ногой до предметов, находящихся на уровне своей головы и выше.
Однако связываться с милицией Ольга посчитала неразумным. Кроме того, никакой вины она за собой не чувствовала. Поэтому, вздохнув, она поплелась в "уазик".
Внутри машины уже сидело несколько особ женского пола. И тут до нее дошло. Похоже, это была очередная милицейская акция по отлову проституток, работавших на улице.
"Господи, во в компанию попала!" - подумала Ольга.
Проститутки молча и равнодушно оглядели ее. Одна из них, та, что была постарше, сказала:
– Ну, мать, ты даешь! Это что, твой выходной прикид или ты только начинаешь?
Ольга осмотрела свои кроссовки, потертые джинсы, теннисную майку и сказала:
– Нормальный у меня прикид. А здесь я вообще случайно.
– Вот и доказывай теперь ментам, что ты не верблюдиха! Не повезло тебе, телка. Сегодня облава на нас по всему городу.
В милиции Ольгу вместе с ее спутницами присоединили к еще большей группе задержанных в разных концах города проституток. Ситуация начинала выводить ее из себя. Она принялась объяснять чуть ли не каждому милиционеру, что ее взяли по недоразумению, что она просто ехала домой от подруги.
Рядовые менты ограничивались фразами типа "Разберемся" и "Разговаривать будешь, когда тебя спросят". Они не очень церемонились с проститутками, некоторые из них выдергивали девчонок из клеток, где те стояли толпой, и уводили, как говорили, для допросов. Среди обитательниц клеток прошел слух, что после этих допросов отпускают.
Вот в этот-то момент и появился майор Шамонин. В тот день среди присутствовавших ментов он был самым старшим по званию. Ольга сразу кинулась к нему с просьбой разобраться в недоразумении и отпустить ее.
Майор оглядел просительницу медленным тяжелым взглядом с головы до ног, потом расплылся в улыбке и сказал:
–
Он провел ее в одну из камер и спросил у сопровождавшего его лейтенанта:
– Там матрац-то есть?
– Есть, - ответил ухмыляющийся лейтенант.
– Если что, зовите.
– Не надо, мы справимся, - ответил майор.
После того как дверь камеры захлопнулась, Ольга окончательно поняла, для какого допроса ее пригласили.
– Ну, давай, - сказал майор, - показывай, на что ты способна.
– Вы меня не поняли. Я действительно оказалась здесь совершенно случайно.
– Ну-ну, - надвигался на нее майор, - вижу, что начинающая. Хорошо, очень хорошо.
Шамонин расстегнул китель и бросил его на стоявший рядом стул.
– Что вы делаете?! Вы меня не поняли. Я не проститутка.
– Молодец, молодец... Люблю молоденьких. Они еще не такие растасканные.
Майор не слышал того, о чем говорила Ольга. Он был весь в похотливом возбуждении.
Его руки забегали по телу Ольги, глаза замаслились.
– Да прекратите вы!
– закричала Ольга, оттолкнув майора.
Шамонин отступил на несколько шагов и бросил:
– Молодец, молодец. Умеешь заводить... Ничего, через пару часов отпустим тебя домой. А если будешь умницей, то и отвезем.
Он снова приблизился к Ольге, и та его опять оттолкнула. Глаза Шамонина начали наливаться кровью.
– Ты что, дурить меня будешь, гадючка?!
– прохрипел мент, влепив ей со всего размаха пощечину.
Ольга отлетела на топчан, а майор, приблизившись к ней, норовил ударить ее еще раз. Но она нырнула под его руку и воткнула в майорский пах свое колено. Шамонин издал звук, представлявший собой нечто среднее между визгом и ревом. Однако это нечто тут же было заглушено еще одним ударом Ольги сомкнутыми в замок руками - сверху по шее.
Майор уткнулся лицом в топчан. Послышалось мычание. В следующее мгновение дверь камеры открылась, вовнутрь влетели двое милиционеров.
– Товарищ майор, товарищ майор!
– закричал один из них, недоуменно глядя на корчившегося на топчане начальника.
– Ты что с ним сделала, стерва?
– рявкнул другой.
– Ничего, - буркнула Ольга, - он сам полез. Я его десять раз предупреждала.
Милиционеры подхватили майора под мышки и повели из камеры. Ольга осталась одна.
В томительном ожидании она провела несколько часов. К ней никто не заходил и на ее крики не отзывались.
Она подозревала, что, так сказать, продолжение следует. И не ошибалась. Дверь в камеру открылась, и вошли трое здоровенных ментов с резиновыми дубинками в руках.
Самый верзилистый, тупо смотря на нее, приказал:
– Раздевайся.
Ольга молчала. Тот стал надвигаться на нее. Она схватила лежавший на топчане китель майора и, швырнув его ему в морду, кинулась к двери. Единственной ее целью было позвать на помощь ну хоть кого-нибудь. Хотя она сама толком не понимала, до кого здесь можно было докричаться.