Мудрец
Шрифт:
Расстояние между платформой и локомотивом Найл, на всякий случай, одолел бегом. Он бежал, оглядываясь по сторонам, а потом в несколько упругих прыжков с разбега бросил тренированное тело через зияющий внизу темный провал, с грохотом приземлившись на стальные скобы трапа. Яркий свет фонарей, светивших на него сзади, отражался от зеркального корпуса, даже слепил глаза, но взгляд Найла сразу выхватил овальное утолщение, виднеющееся на безупречной поверхности.
Стоило положить на пластину руку, как она, как крышка с мелодичным звоном отъехала в сторону,
Компьютерный код замков всех подземных поездов сообщил седовласый Стииг, и воспроизвести несложную комбинацию цифр не представляло никакого труда.
В двадцать втором веке этим ключом пользовались все работники метрополитена, поэтому он создавался намеренно удобным для запоминания.
Вспыхнул индикатор с красными пульсирующими цифрами, и входной люк локомотива открылся так бесшумно, что даже не было слышно скрежета пришедшего в действие замкового механизма.
Тут же прямоугольник стремительно подался внутрь и буквально втянул внутрь проема Найла, который от неожиданности не успел отцепиться от мощной ручки.
Внутри кабины сразу вспыхнул мягкий свет, а из динамика раздался громкий, мелодичный, но безжизненный компьютерный голос:
«Добро пожаловать! Давно не виделись. Не выспался? Работа есть работа…"
Электронный мозг приветствовал гостей стандартными фразами абсолютно точно так же, как и тысячу лет назад.
Но эти мирные, доброжелательные фразы резким диссонансом полоснули по ушам, вежливые слова пришли откуда-то из совершенно другой жизни и ужасно не соответствовали этой ситуации, не обещающей хорошего продолжения.
Через мгновение лицо Найла снова возникло на пороге.
– Готово! Быстро сюда! Только осторожно! – взволнованно скомандовал он изумленным спутникам и отряд послушно двинулся с места.
Кровь Найла нервными толчками пульсировала, лихорадочно циркулируя по жилам. Он постоянно внутренне сопротивлялся агрессии, чувствуя гнет телепатического пресса. Зловещий разум был повсюду, его дыхание заполняла все вокруг, каждый темный угол, каждый сырой проход, хотя до сих пор люди не видели ни одной крысы.
Смерть Марбуса, ужасная и молниеносная, показала, насколько опасен враг. Хищники находились на своей территории, а люди только осваивались тут.
Кровожадные твари прекрасно ориентировались в окружающей обстановке, и Найла не оставляло впечатление, что все они подчиняются какому-то единому центру, отслеживая людей и передавая куда-то ментальные сигналы.
Отряд приблизился к локомотиву, осторожно двигаясь по полосе мягкого света, падавшего из открытого люка на платформу. Все также ощущали на себе действие неумолимо сжимавшихся тисков.
Душный влажный воздух, насыщенный невыносимыми миазмами, туманил глаза и затруднял дыхание.
Они подошли к открытой двери и стали по очереди запрыгивать внутрь. Вайг, Доггинз, Фелим и Бойд успешно миновали это глубокое препятствие, а Джелло…
Все произошло так стремительно, что Найл, отвлекшийся на мгновение,
– Эй, приятель, возьми-ка у меня стволы! – негромко крикнул он Бойду.
Племянник Симеона наклонился со ступеней трапа, принял за приклад сначала один и передал Фелиму. Потом снова обернулся, взял другой «жнец» и понес его вглубь, освобождая место в проходе, как внезапно краем глаза он увидел, что лицо Джелло перекосила мучительная гримаса.
– Проклятие! – с натугой взревел тот. Тут твари!
Его голос смешался с омерзительным визгом, шумом короткой схватки и грохотом падающего тела. На глазах потрясенного, не успевшего ничего сообразить Бойда, голова Джелло запрокинулась назад, и он, как подкошенный, со сдавленным криком рухнул на платформу.
Если бы Бойд оказался более расторопен и сразу вскинул бы ствол разрядника, оказавшегося у него в руках, может быть, начальника охраны еще и удалось бы спасти. Но парень замешкался и от волнения не сразу смог снять дрожащими пальцами рычажок ограничителя.
Когда Бойд спрыгнул сверху из кабины на платформу, массивное тело Джелло уже исчезло внизу.
Бойд не сразу смог врубить и газовый фонарь, укрепленный рядом с прицелом, а когда луч света ударил под брюхо поезда, было уже поздно.
Старого бойца, видимо, потерявшего сознание от первого мощного удара головой о платформу, стащили на рельсы и в полной темноте поволокли за ноги.
От ужаса Бойд закричал и чуть не выронил из рук такой мощный, но оказавшийся таким бесполезным разрядник.
– Что делать? – застонал он, обращаясь к друзьям. Что делать?
Когда Найл, выпрыгнув вместе со всеми из люка, резко нагнулся и взглянул под днище локомотива, ему тоже захотелось завыть.
В желтом пятне газового фонаря внизу, на рельсах, отчетливо виднелась широкая кровавая полоса, указывавшая путь, по которому людоеды утащили одного из самых преданных его друзей.
– Что же вы стоите? – хрипло кричал Биллдо, беснуясь в приступе бессильного гнева. – Бегите за ними! Бегите! Стреляйте, идиоты! Делайте хоть что-нибудь!
Фиолетовой молнией полыхнул разряд его «жнеца». Доггинз стрелял наугад и сумел только разрезать на половины, со снопами золотистых искр, два металлических колеса локомотива, стоявшего в стороне.
Но крысам это никакого вреда не принесло.
Где-то вдалеке, за силуэтами поездов, виднеющихся в беспробудном мраке, послышался едва уловимый шорох. Острое зрение Найла, бесстрашно спрыгнувшего вниз, на рельсы в расщепителем в руках, еще успело уловить движение каких то крупных черных теней. Но, пока он прицелился, крысы растворились в темноте, утаскивая с собой окровавленное тело бывшего начальника его дворцовой охраны…