Мустанг

Ламур Луис

— В меня не выстрелит. — Однако даже когда я это произнес, уверенности во мне было мало.

Я вышел наружу. Яркое солнце, как кулаком ударило по глазам, и несколько секунд я, мигая, стоял на крыльце. Меня все еще разбирала злость, надо было срочно увидеть Пенелопу и узнать от нее правду.

Мимс умер. Не она ли расправилась с ним? Кто еще мог бы так близко к нему подобраться? Мысли мучили меня, и в глубине души я не желал им верить.

Коттедж Хромой Энни стоял на окраине под высокими тополями. Я шагал по пыльной улице, жалея, что не взял коня. Ни

один уважающий себя ковбой не пойдет пешком по городу, но у меня не было времени, чтобы сходить в корраль. Ведь Бишоп с компанией в городе и наверняка ищут девушку и меня.

Дверь открыла Энни. Она работала в дюжине западных городков, я знал ее по Форт-Гриффину и Доджу.

— Энни, я хочу повидаться Пенелопой Хьюм.

— Ее здесь нет, Нолан.

— Со мной не стоит так разговаривать, Энни. Я знаю, что она в твоем доме, и ей не мешало бы узнать, что Лумис, Бишоп и все остальные — в городе.

— Пусть войдет, — послышался голос Пенелопы.

Энни отступила, я шагнул в затененную комнату и снял шляпу. На Пенелопе был серый дорожный костюм. Я остолбенел. До этого момента я не отдавал себе отчета в том, как она красива, хотя всегда считал ее привлекательной.

— Мистер Сэкетт, я думала, вы погибли!

— Вы имеете в виду, как Мимс?

— Бедный дядя Гарри… его застрелил Флинч.

— Флинч?

Как я мог о нем забыть? Во Флинче текло достаточно индейской крови, чтобы он смог незаметно подобраться к человеку.

— Хотите, чтобы я этому поверил?

— Конечно. Не станете же вы обвинять меня в том, что я убила этого прекрасного старика?

— До этого вы отлично справлялись со всем.

Я упал в кресло и положил шляпу на пол рядом с собой.

— Нам надо поговорить.

Она бросила взгляд на Энни.

— Не сейчас.

Энни посмотрела на нее, потом на меня.

— Хотите, чтобы я вышла? С ним вы в безопасности, — добавила она для Пенелопы.

Я усмехнулся.

— Вот уж не сказал бы.

— Я имела в виду, что вы джентльмен. Преступник, конечно, но джентльмен.

— Ну… и на том спасибо.

— Я пройдусь. Хочу повидать Дженни.

Энни взяла шляпку, приколола ее к волосам булавкой, вышла и прикрыла за собой дверь.

— А ты неплохо путешествовала, — неохотно признал я. — Особенно тебе удалось уловка со стадом овец.

— Она никого не обманула.

— Обманула. Их обманула, — я холодно поглядел на нее. — Но не меня.

— Что касается путешествий, у меня был хороший учитель. Наверное, даже самый лучший.

— Кто?

— Как кто? Вы, конечно. Я внимательно наблюдала за вами и училась. Вы очень осторожный человек.

Она смотрела на меня с каким-то странным выражением.

— Вы не спросили о золоте.

— Я к этому подходил.

— Вы действительно не слишком похожи на преступника, мистер Сэкетт. Настоящий преступник первым делом справился бы о сокровищах.

— Может и так.

Я огляделся — маленькая чистенькая комната в небольшом глинобитном доме, но обставлена хорошо: ничего аляповатого или безвкусного. Иногда мне приходилось бывать в достойных

домах, и я отличаю хорошее от плохого.

— Откуда вы знаете Энни? — спросил я.

— Ее тетка шила для моей матери. Случайно вспомнила, что Энни сейчас живет в Лома-Парда. Она единственная, к кому можно было обратиться за помощью. Наверное, вы думаете, что приличная девушка не должна даже здороваться с Энни?

— Ничего подобного я не думаю. Энни — нормальная женщина. Мы давно друг друга знаем. Но вы представить не можете, что бы случилось, если бы кто-нибудь разнюхал, что у вас столько золота! Весь город сошел бы с ума. К тому же вас ищут.

— У Энни есть знакомый владелец каравана грузовых фургонов. Она обещала договориться, чтобы тот помог мне добраться до Санта-Фе. — Немного помолчав, она сказала: — Я только что приготовила кофе. Хотите?

Пока она ходила за кофейником и чашками, я поглубже уселся в мягком, удобном кресле. Хотя и с опаской, потому что не слишком полагался на прочность комнатной мебели. Я больше привык к нарам в ковбойском бараке да стульям у стойки бара. Такая мебель, как в этой комнате, не очень-то подходит к моим габаритам. Но домик показался уютным, мне все в нем понравилось. Даже рукоятка револьвера, высовывающаяся из-под рукоделия, сваленного на столе.

Пенелопа принесла кофе, разлила его по чашкам, затем уселась сама — рядом с оружием.

— Грузовой караван отравляется сегодня вечером, — сказала она. — В нем десять фургонов. Энни договорилась, что мне отдадут один.

— Где золото?

Она ушла от прямого ответа:

— Я хочу, чтобы вы получили часть. В конце концов без вас я не нашла бы его и уж конечно не смогла бы защитить.

— Спасибо, — сказал я. — Не могу сидеть и ждать, пока за вами придут. Мне надо найти Лумиса… и Флинча.

— Остерегайтесь его. После того, как Флинч убил мистера Мимса, мне пришлось бежать от него. Я его боюсь.

Держа в руке чашку, я лихорадочно обдумывал ситуацию. Мне показалось, что она пробыла на кухне чуть дольше, чем следовало. Я выпил кофе, поставил чашку и встал.

— Вы уходите?

— Мы еще увидимся. Буду к отходу каравана.

Нагнувшись, я поднял шляпу. Ее рука лежала возле револьвера — случайно ли? Не спеша поднялся, поправил кобуру и увидел, что она смотрит на меня тепло и ласково. Вся штука заключалась в том, что мне хотелось ей верить. И я почти убедил себя, что доверяю ей, однако до конца полагаться не мог.

Я быстро прошел мимо нее на кухню, открыл дверь черного хода и вышел. На крыльце постоял, огляделся. Во дворе была маленькая конюшня, дом и двор затеняли высокие тополя. В тот момент в доме что-то переменилось, и я инстинктивно отскочил к углу фасада. Бросив быстрый взгляд вдоль улицы, стал медленно искать глазами удобные для засады места.

Меня предупредил легкий шорох за спиной. Резко обернувшись, заметил, как Лумис поднимает к плечу ружье. Рукоятка револьвера сама прыгнула мне в ладонь, я выстрелил ему в грудь, и ружье с глухим грохотом выпалило из обоих стволов в землю.