Мы даже смерти выше...
Шрифт:
мысли не только о героике, подвигах и посмертной славе, о памяти и
забвении. Хочется понять тех парней, не абстрактно мечтавших о
будущем, но и по духу своему готовых защитить Родину, выполнить
приказ «сражаться до последнего, ни шагу назад».
Среди них — молодые поэты Николай Майоров и Михаил
Кульчицкий, Борис Смоленский и Павел Коган, Алексей Лебедев и
Владимир Жуков, Юлия Друнина, Сергей Гудзенко, Борис Слуцкий,
Давид Самойлов, Сергей Наровчатов
все вернулись… Но жизнь продолжается — на земле, за которую
погибли поэты и музыканты, художники и рабочие, крестьяне и
будущие ученые… Давно это было или недавно — у каждого свой
отсчет времени, свое незабываемое, тревожащее мысли. Война —
тема, по-прежнему близкая потомкам тех, кто сражался за Победу на
фронте и в тылу. «Неуспокоенная», поэтесса нового поколения, по-
1 Здесь и далее: Николай Майоров. «Мы были высоки,
русоволосы…». Ярославль: – «Верхневолжское книжное
издательство».1969.144 с. / [Электронный ресурс]. «Мы были высоки,
русоволосы…». //(02.02.2014).
6
женски проникновенно, не лукавя, размышляет о поэтах, не
вернувшихся с войны:
«Заслоняли полсвета
Чрных свастик клыки.
Поменяли поэты
Карандаш на штыки.
Обнимая планету,
Как сестру или мать,
Умирали поэты…
Только строкам — пылать,
Разгораться — рассветам,
Голубым небесам,
Звонким птичьим приветом
Вторить их голосам!
... Дописали до точки,
Погибая в бою,
Родниковые строчки
За Россию свою!..
Эти строки, доныне,
Как солдаты в строю,
Голоса их родные —
Среди всех узнаю!..»2
Направляясь на призывные пункты в сорок первом, студенты,
отнюдь не наивные мальчики знали: их долг — стать бойцом,
мужественно защищая свою Родину. Словно подготавливая к
предстоящим боям, были далекие Мадрид, Халхин-Гол, Седан и
близкая советско-финская война, на которой погибли их друзья —
поэты Николай Отрада, Арон Копштейн, ранены свои же – Владимир
Жуков3, Сергей Наровчатов.
2 Мохова Л. «Поэтам-фронтовикам». [Электронный ресурс]. Сайт
«Стихи.ру». Любовь Мохова. //(23.02.13).
3 Владимир Семнович Жуков (1920—1997) – советский, русский
поэт, друг Николая Майорова.
7
Война, опоэтизированная,
обретала свой истинный, трагический смысл — несущая смерть, и
входила в судьбу молодого поколения, становясь его историй. С
чистой страницы начиналась фронтовая поэзия.
Мужали «мальчики» зимой 1939-1940-го, осознавая через боль
утрат: война — не романтика. Своею «смертию смерть поправ», —
ради жизни других...
В Москве друзья читали последние стихи Арона Копштейна
(«Поэты»):
«Но в январе сорокового года
Пошли мы, добровольцы, на войну,
В суровую финляндскую природу,
В чужую незнакомую страну».
Выразив мысли, рожденные на фронте, поэт-воин предвосхитил
написанное позднее «Жди меня» (К.Симонов), «Темная ночь»
(В.Агатов), «В землянке» (А.Сурков) и другие стихи и песни, ставшие
близкими фронтовикам:
«Если что-нибудь со мной случится,
Если смерть в бою разлучит нас…
Но не верь ты этому известью,
Не печалься, даром слез не трать:
Мы с тобой не можем быть не вместе,
Нам нельзя раздельно умирать».
(«Мы простились». 1940)
Сергей Наровчатов, уходя на Великую Отечественную войну,
помнил недавнюю, первую для него:
«Мы вернулись домой,
Повзрослев на пятнадцать
Прижимисто прожитых
Лет». («1940-1941»)
Юношеское потрясение не забылось: спустя сорок лет он все еще
помнил: «Я понял, что такое взрослость, какая это страшная вещь... Из
батальона в 970 человек осталось нас 100 с чем-то, из них 40 человек
невредимыми». 4
4 Новый мир. 1988. № 11. с. 219.
8
По мнению Александра Блока именно поэту дано слышать голос
из глубины мира. Не потому ли в предвоенных стихах молодых
авторов явственно зазвучала скорбная нота — предчувствие ранней
гибели? Павел Коган, Борис Смоленский, Николай Майоров — они
вдруг разом заговорили о себе в прошедшем времени:
«Когда б не бой, не вечные исканья
Крутых путей к последней высоте,
Мы б сохранились в бронзовых ваяньях,
В столбцах газет, набросках на холсте».
(«Мы», 1940)
Не случайно поэт двадцати лет от роду написал прижизненную
эпитафию своему поколению:
«Мы все уставы знаем наизусть.
Что гибель нам? Мы даже смерти выше.
В могилах мы построились в отряд
И ждем приказа нового. И пусть
Не думают, что мертвые не слышат,
Когда о них потомки говорят».