На исходе лета
Шрифт:
Их тела тайно притащили к Файфилдскому Камню, и когда пришли другие (их вызвал тот самый солдат, который совершил убийство), Уорт указала на трупы и воскликнула:
— Они убиты подручными Крота Камня! Измена! Обман! Их вызвали сюда мирно, позволили уйти мирно, и вот что они оставляют за собой! Слово будет отмщено. Трава, на которой Каменный придурок молился за мертвых, теперь снова обагрилась кровью, теперь уже во имя этого Крота Камня. Кому понравится такое утро? Кто сможет спать в такие ночи? Каменного придурка следует наказать.
Кроты Файфилда были удручены, — правда, скорее смертью Смок (хотя
— Теперь в Кумнор? — спросил один из ее гвардейцев.
— В Кумнор, кроты. И быстро. Быстрее, чем этот мерзкий ветер, потому что я хочу сама поймать этого Каменного придурка.
— Некоторые называют его Кротом Камня. Некоторые говорят, что он тот, кого все ждали.
— Пусть называют его как хотят, но Уорт сначала увидит его под пытками, а потом мертвым.
Они рассмеялись, и бешеный ветер унес их смех в ту сторону, где шел вперед Крот Камня. Этот смех выражал ненависть и презрение. И они понеслись вперед, туда, куда стремились все, — на высокий мрачный холм Кумнора.
Если в ясный день какой-нибудь крот остановится в Кумноре, где тогда правила фанатичная Уорт, и бросит взгляд через дорогу ревущих сов, портящую вид, он увидит благословенный Данктонский Холм, поросший лесом. Этот ландшафт гораздо привлекательнее, чем поросшая вереском и покрытая шрамами истории земля у него под лапами.
Конечно, в тот ветреный унылый день, когда там собрались последователи Камня, дрожа от холода и мрачных предчувствий, это место едва ли показалось им приятным. Им не верилось, что сюда придет Крот Камня, как о том говорили другие, — кто эти другие? Ни один крот не знал! Пустынное, забытое место, куда сослали безумную Уорт. Внизу непрерывным потоком неслись ревущие совы, вверху было безнадежное серое небо.
Вначале кроты собрались в Вуттон-Хай, который находится несколько южнее. Те, кто посмелее, помнившие Кумнор до Уорт и знавшие местность, вели последователей Камня вперед, распевая, чтобы подбодрить себя, и держась вместе на случай нападения гвардейцев. Правда, их смелость не была беспредельной, и потому они сделали остановку в Хэнвуде, чтобы подождать остальных.
А в последний момент последователи Камня окончательно оробели и решили не идти в ту часть Кумнора, где была штаб-квартира Уорт, — безликий Чоли-Энд к западу от холма.
Вместо этого они направились прямо на север, поднимаясь в гору, и наконец добрались до вершины. Это было открытое голое место, в тоннелях которого воняло лисицами и больными кроликами. Ни одного Камня. Все безрадостно и уныло, но безопаснее, чем в любом другом месте. Гвардейцам было бы трудно устроить здесь засаду. А вообще-то, судя по всему, гвардейцев Кумнора захватило врасплох нашествие последователей Камня, и, что еще лучше, Уорт отсутствовала.
Два гвардейца, дежурившие на восточной стороне системы, куда и направились последователи Камня, глазам своим не поверили,
Вскоре из Чоли-Энда прибыл отряд грайков, свирепых и хмурых, и состоялся обмен «любезностями». Однако грайки были в меньшинстве, и, вероятно, им объяснили, что такое собрание в данный момент не угрожает Слову.
И все же гвардейцы окружили последователей Камня и принялись разглядывать в упор, словно стараясь запомнить.
Вначале многие испугались, но вскоре численное превосходство придало им уверенности, и, поддерживая друг друга, они начали дразнить грайков. Когда гвардеец спрашивал крота, откуда он, тот со смехом отвечал: «Данктонский Лес, приятель, вот откуда я родом», называя ту единственную систему, откуда, как все знали, он никак не мог происходить.
— Это верно, я его там видел. Я тоже из Данктона! — вторил ему другой.
— Как и остальные — из Данктонского Леса, дорогой, — ответила какая-то кротиха, когда ей задали тот же вопрос.
Бросив на толпу сердитый взгляд, грайки отошли подальше и беспомощно наблюдали, как кроты все прибывают и прибывают.
Когда начало смеркаться, у последователей Камня был такой огромный численный перевес, что если вначале у грайков и возникла идея атаковать или просто запугать кротов, то они от нее отказались, оставив нескольких на посту; остальные удалились в Чоли-Энд.
Что касается последователей Камня, то, поскольку Бичен все не появлялся, некоторые ушли до наступления ночи. Однако большинство осталось, вырыв временные норы или расположившись в тоннелях, которые еще сохранились на вершине холма.
Не пришел Бичен и на следующий день, не было его и ночью. Кое-кто еще ушел, а некоторые пришли, сообщив, что кроты, которых они повстречали, слышали наверняка, что Крот Камня в пути и скоро будет здесь. Снова возродились надежды, и была даже ложная тревога, когда с востока, из Хинкси, явилась небольшая группа кротов. Их привело сюда загадочное чувство, которое появляется у кротов, когда происходит какое-то важное событие.
На третий день, ближе к вечеру, когда свет стал меркнуть и немало кротов стали подумывать о том, чтобы уйти отсюда, пока еще не стемнело, по временным норам и тоннелям прокатилась весть, что Крот Камня уже совсем рядом.
Так оно и было, потому что он упорно взбирался по южному склону вместе с двумя другими кротами, удаляясь от Хэнвуда. Впереди него шло много кротов, позади — тоже.
Как же они разглядели на таком расстоянии, что это был Крот Камня? Самое странное заключалось в том, что, где бы он ни проходил, тропинки, облака, линия леса, расположение кротов вокруг него подчеркивали, что он — средоточие всего. А если бы и этого было недостаточно — там, где он находился, был какой-то особый свет. Где бы ни появлялся Крот Камня, кроты в первую очередь смотрели на него.