На пределе
Шрифт:
Поняв, что он пытается уязвить Квинта, и, судя по лицу легата, ему удалось, засобиралась в повозку. Решила, что если причина конфликта уйдет спать, он может рассосаться сам по себе. Правда, для начала натравила на Вентурия Руэйда и Тристана, попросив их заболтать короля на охотничьи темы так, чтобы у меня выдалось несколько свободных минут.
Подъехала к Квинту.
– Ревнуешь? – спросила у него.
– Нет, – отозвался легат. – Я не ревнив.
От его спокойного голоса мне стало не по себе. Уж лучше бы ревновал, честное слово!
– Это хорошо, – вспомнила слова Вентурия. – Значит, будешь рубить головы?
– Я их буду откусывать, – усмехнулся
– Квинт, прошу тебя!
– Если осмелится сунуться обратно и вновь открыть пасть, вырву ему глотку, – спокойным, даже будничным тоном произнес легат. Замолчал. Стало ясно, что мужчина не шутит.
– Нет, Квинт, только не война! Он ведь задирает тебя… из-за меня. У него от ревности едет крыша. Черт, ну не смотри ты на меня так! Я хотела сказать, что с головой он не дружит, вот что!
Я пыталась уговорить Квинта, одновременно понимая, что с Вентурием все намного сложнее. Уж кто-кто, а король коритан с головой дружил. Неужели решил выступить против Даррии? Но почему именно сейчас?
– Аэлика, его наглость переходит все границы. Он давно ведет себя вызывающе. Дело не только в тебе, но и в деньгах. Наши сборщики налогов в этом году не досчитались больше половины суммы. Его отец наделал таких долгов, что Вентурию не хватит и полжизни, чтобы рассчитаться. Мог бы попробовать, но, похоже, решил сыграть в опасную игру. Посмотрим, что скажет, когда в его дом постучится армия Императора.
– Воюйте, – разрешила я. – Убивайте друг друга, режьте глотки, положите сотни тысяч с каждой из сторон, но не сейчас. И не из-за меня! Я не стану причиной раздора!
– Аэлика…
– Ты многого обо мне не знаешь, – в этом месте я зажмурилась. – И не узнаешь никогда, если сцепишься с Вентурием.
Он изменился в лице. Нет, это неправильная тактика… Попробую-ка я по-другому!
– Прошу тебя, заклинаю, ради меня… – заныла я, решив сменить тактику. – Оставь его в покое! Пусть он живет… на своих болотах. Платит или не платит налоги, это ведь не твоя забота. Еще два дня, и мы пересечем территории коритан и забудем о его сомнительном гостеприимстве.
Правда, придется еще и обратно ехать. Я ныла долго и старательно, пока не миновала гроза.
– Хорошо, пусть коританская собака лает, сидя в будке, но…
Согласно закивала, все еще поражаясь наглости Вентурия.
– Скоро доберемся до Лондиниума, и ты узнаешь, что такое даррийское гостеприимство, – произнес Квинт.
– Я мечтаю о твоем…
И в самом деле, мечтала – о его доме, небольшом диванчике в атриуме, где сидела у него на руках. О нашем завтраке, который он приготовил сам. О разговорах, поцелуях и моменте, когда его тело прижималось к моему, а между нами была лишь тонкая моя сорочка, хотя я желала, чтобы не было и ее.
– Скоро, – сказал он. – Я обещаю, что постараюсь быть терпеливым с Вентурием.
Терпеть, как оказалось, ему пришлось долго, потому что в Линд мы двигались с черепашьей скоростью. В каменном дворце, построенном местными каменотесами, с видом на начатую, но заброшенную даррийскую виллу – Вентурий так и не принял подарок Императора – король закатил пир в мою честь.
Праздник продолжался до рассвета, и я все никак не могла с него сбежать. Квинт тоже был приглашен, но в такой форме, что я бы на месте легата послала короля коритан в место, куда не только ушел спонсор, но и несколько раз ходили старейшины, пытавшиеся выдать меня замуж. Он едва
На пиру от крайне навязчивого общества Вентурия меня спасал Руэйд. Я была крайне признательна брату за то, что отвлекал короля разговорами о войсках, оружии, доспехах и охоте. Ничего не пила и не ела, решив не рисковать – мало ли, опоят или отравят. Хотя мне казалось, это не в характере Вентурия. Ночью, когда народ уже знатно набрался и давно пора было отправляться спать, прибыла новая делегация. Во дворец пожаловали короли децианглов и корновиев. Под утро, когда заря заглядывала в распахнутые навстречу новому дню ставни королевского дворца, косясь на заснувших на полу и столах воинов, четыре короля, вернее, три короля и одна королева, вновь поклялись друг другу в вечной любви. Я покачала головой и погрозила пальцем тем, с чьих уст были готовы уже сорваться сомнительные шутки, и отправилась спать. Спать! Интересно, Квинт узнает, что в союзе племен Альбиона нас уже пятеро?!
Ой, лучше не буду ему говорить! Зато… Зато пять племен, пусть Актеона не было с нами, но, уверена, он бы поддержал, обязались не воевать друг с другом. Меня радовало то, что, если на нас нападут юты, мы дадим отпор любому вторжению.
Вскоре племен стало шесть, потому что присоединились и дуббоны, у которых я гостила целых два дня. Правда, к моему сожалению, вместе с Вентурием, что решил проводить меня до границ племени триноваров. Король Дабур имел вид пожилого соблазнителя. Как говорится, седина в бороду, бес в ребро. Пытался шутливо за мной ухаживать, за что заслужил от супруги пару тычков в многострадальное ребро. Мы с ней подружились, несмотря на то что она, в свою очередь, попыталась сосватать мне среднего сына, так как первенец оказался женат. От ее сына я вежливо отказалась, намекнув, что сердце мое несвободно. В детали вдаваться не стала. Единственное, сказала, что это не Вентурий.
Королевская резиденция в Ратах отличалась такой же роскошью, как и даррийская вилла бригантов, поэтому мы с Мариссой вдоволь пользовались королевскими банями, болтали о мужьях и детях, которых у меня не было, но хотелось, чтобы в будущем появились. Интересно, если у нас с Квинтом будут дети, смогут ли они превращаться в драконов? Хотя, какие тут дети – мы до процесса зачатия-то никак не дойдем!
Меня заняли женскими делами. Королева Марисса без устали хвалилась единственным внуком, затем протащила меня с Марой по столице с заходами в мастерские ювелиров и ткачей, из-за чего я обзавелась множеством красивых вещей. Вентурия и мою знать увлекли охотой, да так, что я их почти не видела последние два дня. Квинт тоже участвовал в мужских развлечениях, потому что дуббоны настроения имели продаррийские и принимали легата как дорогого гостя. Вечерами же меня утаскивал Верховный. С каждым разом, с каждым его уроком я яснее слышала голоса леса, деревьев, травы.
– Доверяй себе, Аэлика! Своим чувствам, своей земле, силе твоих богов, – говорил Верховный, протягивая сладость подошедшему красавцу оленю. Я замерла в сторонке, под охраной друидов и телохранителей. Подозрительно косилась на гиганта с огромными ветвистыми рогами, который поедал угощение с ладони друида. Такие экземпляры в моем мире я встречала лишь в зоопарке. Рука тянулась к кинжалу, а глаз косил в небо – не пролетит ли над нами дракон, а то боязно! Охранники тоже поглаживали оружие, но уже по другому поводу. Уверена, думали, что зря три центнера мяса простаивают. Знатная дичь!