На все четыре...
Шрифт:
У Бразы в руках небольшой изогнутый клинок. Но это не сабля, и не шашка. Коротковат он для этого. Длина не больше полуметра.
Кинжал, не кинжал… Для кинжала великоват, как на мой взгляд. Короче, хрен его разберешь! Кавказское что-то. В голову почему-то само собой пришло название Бебут. Сроду не видел как бебуты выглядят. Но, почему-то, глядя на него, такая ассоциация возникла. Ара, проходя свой круг почета, то и дело взмахивает своим клинком, рубя воздух перед собой. Впрочем, не особо-то
— Гера! Он же Герасим, он же Герыч. Последний представитель семейства нариков из района Зауральца.
На арену выходит тот самый наркоман, о котором рассказывала Сова. Возраст всё те же 13–14 лет. Вот только лицо у подростка, как у спившегося алкоголика, а мутные глаза абсолютно пусты. На руках видны позорные дорожки, а сам он явно не совсем чётко понимает где находится.
В руках у него деревянная шипованная дубинка. Но и не просто банальная бита с гвоздями (а в их арсенале и такие были), а вполне себе профессионально сделанная. На неплохом таком уровне.
Проходя свой круг почета Гера тоже приветственно машет ею зрителям. Причём, явно не придумав ничего своего (с фантазией у него явно проблемы), он пытается повторять движения Бразы. Но получается у него ещё хуже.
— Грека! Он же Егор. Наш гость из Увала.
Рослый и мускулистый парнишка. Самый старший пока из присутствующих. Лет шестнадцать минимум. Мне он пока не встречался. Видать из тех, кого недавно привели из военнопленных. Лицо открытое и честное. Мне он понравился. Не хотелось бы мне столкнуться с ним на арене. Вот просто жалко. Блин, ну какая же глупость этот Колизей! Сейчас каждый старший парень на вес золота, а тут такое бездарное разбазаривание ресурса. Просто дикость.
Вооружен Грека клинком. Таким же не длинным, как и у Бразы. Вот только тут совсем не бебут. Поначалу я подумал, что у него турецкий ятаган. Так же изогнут, и лезвие не со внешней, а с внутренней его стороны. Но ятаганы-то явно длиннее. Не меньше той же сабли. А этот — коротковат.
Грека, во время своего прохода, не только размахивал своей железякой, но и скандировал детскую считалку. Каждый взмах меча сопровождался одним словом, произносимым резко на выдохе.
— Ехал. Грека. Через. Реку. Видит. Грека. В реке. Рак. Сунул Грека. Руку. В реку. Рак. За руку. Греку. Цап.
Зрителям его выступление очень понравилось. Если Фрика как первого (да ещё такого колоритного) встречали очень азартно, Бразу, как своего, тоже овациями поддерживали, то Геру уже встречали довольно прохладно. А тут снова оживились. Сумел Грека зрителей к себе расположить, сумел!
— Дон! Он же Гранд, Он же Александр. Не смотрите на его юный возраст. Как показала практика — он очень опасный боец.
Тот самый мальчишка крапивинского толка. Тонконогий, тонкошеий, тонкорукий. Весь такой, как тростиночка. Да и мелкий он еще. Самый младший из всех присутствующих пока. Не больше двенадцати ему. Но, явно,
Вооружен шпагой. Ну, или рапирой. Кто же там их разберет? Хотя, я, вроде как, слышал, что шпага трехгранная, а рапира круглая, а тут, вроде бы, клинок плоский (если я правильно его рассмотрел, конечно), что-то типа очень узкого меча.
Ни о какой спортивности этого клинка и речи не идет. Реальное боевое оружие.
Дон своей спицей не размахивал. Он, не теряя собственного достоинства, прошелся по кругу и встал на своём месте, никак не реагируя на крики и свист с трибун. Молодец пацан! Так и надо. Нечего под их дудку плясать. Устроили тут "шоу", понимаешь.
— Куктай! Он же Цыган, он же Чокнутый. Представитель присоединившегося к нам табора цыган. Ну, вы все знаете эту историю…
Ещё один доброволец. Это, похоже, тот самый сынок убитого мною Собатая. Как и положено "вольным", он был одет в приличный спортивный костюм. Вот су-у-уки! Ладно, один вышел одетым, можно на случайность списать. Но второй раз… Тут явно подчеркивают привилегированность своих "спортсменов".
Вооружен Куктай был, как мне показалось в первый момент, банальным кистенем. Ну, то есть, стальным шипованным шариком на цепи с ручкой. Но нет. Шарика на нём, как раз, и не было. Была просто цепь на ручке. Хотя нет… Не просто. Сама цепь щетинилась шипами.
Проходя свой круг Куктай остановился прямо напротив моего окошка и, глядя мне в глаза, провел большим пальцем себе по горлу. Красноречиво, что еще сказать-то. Вот только меня это совсем не впечатляет. Я лишь презрительно чуть сузил глаза, и никак более не отреагировал на его подначку.
— Корней! Он же Игорь. Наш гость из Шевелёвки.
Еще один военнопленный. Тоже лет четырнадцати-пятнадцати. Белобрысый парень. Крепенький такой. Но незапоминающийся какой-то. Не яркий. Он, скорее, напоминал мне крестьянина. Сильного, но не особо-то и ловкого.
Вооружен он был, подтверждая свой крестьянский статус, обычным плотницким топором. Ну, может, и не совсем привычного прямого типа (внизу под лезвием не совсем стандартный вырез полукругом), но все равно простой топор. И паренёк явно умеет им пользоваться.
Корней, так же как и Дон, не кривляется на публику, не размахивает своим топором. Он просто сжимает его в опущенной руке. Причём сжимает его явно сильнее, чем нужно. Вон, аж костяшки пальцев побелели. Явно напуган, но внешне вида не подаёт. Только зубы сжимает (вон как скулы выперли), и в топор вцепился, как утопающий в спасательный круг цепляется.