Наглец
Шрифт:
Что такого особенного было в Монтане, что он прилетел сюда, вместо того чтобы отправиться в горы за Денвером? Это было так… отдаленно. Он словно оказался в другом мире. На другом конце света.
Возможно, в этом и была привлекательность. Дедушка смог сбежать в Монтану и не обращать внимания на то, что он оставил после себя. Изолированный в глуши, он мог притворяться лучшим человеком.
Я проходил мимо фитнес-студии, и в окнах было темно. Когда я приходил раньше, все помещение было ярко освещено, так как она сидела за стойкой сразу за дверью. Наверное,
Мне и так было нелегко забыть эти губы.
Оставив «Рефайнери» позади, я направился обратно к «Ягуару». Прогулка не заняла много времени, но теперь я лучше представлял себе Каламити. Мысленно представил себе город.
И Керриган.
Часы на приборной панели показывали, что до полудня еще далеко. У меня было много часов работы с электронной почтой, но, когда я завел машину и выехал на дорогу, я обнаружил, что выехал на шоссе, которого поклялся избегать.
Поеду туда завтра.
Но я не повернул назад.
Сегодня я доставил это письмо Керриган. Возможно, завершить этот визит коттеджем было лучшим способом завершить и без того дерьмовую поездку. Тогда завтра я мог бы просто поехать домой.
Поехать домой и приступить к работе.
Сосредоточиться на поглощении «Барлоу Кэпитал» «Грейс Пик». По одному займу за раз я накладывал свой отпечаток на дедушкины инвестиции.
Этот ублюдок оставил достаточно следов на том, что должно было остаться моим.
Как только поглощение будет завершено, я освобожусь от Габриэля Барлоу.
Моей целью был январь. Мне нужно было освободиться к январю.
Двухчасовая поездка до коттеджа сначала текла быстро, но затем замедлилась, когда я выехал на проселочную дорогу, поднимавшуюся в гору. К тому времени, когда я добрался до горнолыжного курорта и эксклюзивного комплекса, где жил дедушка, у меня уже чесались руки развернуться и уехать.
Частная дорога к комплексу была огорожена, и, оказавшись на территории клуба, единственным способом приобрести недвижимость на горе было иметь чистую прибыль не менее 20 миллионов долларов. На дороге была только моя машина.
В любой момент времени было занято менее трети объектов недвижимости. Это были просто места отдыха, куда владельцы приезжали на неделю покататься на лыжах зимой или отправиться в пеший поход летом, а затем улетали домой.
Коттедж дедушки больше походил на горный дом, учитывая, что его площадь превышала десять тысяч квадратных футов. Когда-то мне здесь тоже нравилось.
Но это было до того, как я отрекся от своего деда. Это было до того, как мой герой нанес мне удар в спину.
Я въехал на подъездную дорожку и посмотрел на коттедж через ветровое стекло. Окна блестели в лучах послеполуденного солнца. Темный фасад сливался с окружающим лесом. Это было действительно великолепное место. Первоклассное. Дедушка не верил в меру.
Мое сердце бешено колотилось,
Вот только я не мог заставить себя зайти внутрь.
Может быть, потому, что он умер. Может быть, потому, что я был чертовски зол на него. Может быть, потому, что это будет слишком больно.
К черту это место.
Я выехал задним ходом с подъездной дорожки и помчался прочь от коттеджа так быстро, как только мог. Насколько угнетающим было то, что я предпочел остаться в Каламити?
Добравшись до города, я остановился на ближайшей заправке, потому что там продавали спиртное.
— Что-нибудь еще? — спросил кассир, пробивая мою бутылку.
— Если только у вас нет бурбона получше.
Он моргнул.
— Неважно. — Я вставил свою кредитную карту в считывающее устройство, подписал квитанцию и вышел из магазина со своим «Джим Бим».
Пока я был за рулем, Нелли прислала мне по электронной почте адрес мотеля, в котором она забронировала номер. Я поехал прямо туда, зарегистрировался у портье и скрылся в своем номере. Номере семь.
С бокалом бурбона в руке и дорожной сумкой на полу, я сел на край кровати и сорвал с головы бейсболку.
— Черт. — Я провел рукой по волосам. Я был готов к тому, что этот день закончится. В мои планы входило выпить, а затем рухнуть на эту удивительно удобную кровать.
Интерьер комнаты никак не вязался с деревенским интерьером снаружи. На фоне роскошного белого постельного белья и мягкого коричневого ковра в воздухе витал запах свежей краски, как будто здесь недавно делали ремонт. Я снял туфли и открыл бутылку.
Бурбон был бы вкуснее со льдом, но за ним нужно было выйти из номера, а в следующий раз, когда я переступлю его порог, то только для того, чтобы убраться к чертовой матери из Монтаны.
Первый глоток обжег горло, и я съежился от его вкуса, жалея, что не купил банку кока-колы в торговом автомате рядом с вестибюлем мотеля. Не имея других вариантов, я ограничился стаканом тепловатой воды из-под крана в ванной.
Я расслабился на кровати со стаканом в одной руке и телефоном в другой, чтобы проверить электронную почту. Бутылка стояла рядом на прикроватной тумбочке. Я пил, пока текст на моем телефоне не стал расплываться, а голова не закружилась. У меня заурчало в животе, когда я открыл список удобств мотеля в поисках места, откуда можно было бы сделать заказ. Я как раз набирал номер пиццерии, когда на экране высветился входящий вызов.
Код города 406. Номер из Монтаны.
— Здравствуйте, — мой голос был хриплым от алкоголя. Язык не заплетался, но любой, кто хорошо меня знал, понял бы, что я выпил.
— Это Пирс Салливан?
Голос женщины был… знакомым.
— Да.
— Это Керриган Хейл.
Я сел прямо, свесив ноги с края кровати.
— Мисс Хейл.
— Керриган.
Я не буду называть ее Керриган.
— Мисс Хейл.
— Пирс.
— Называйте меня мистер Салливан. Откуда у вас этот номер?