Наглец

Перри Девни

— От вашей помощницы, — прорычала она.

От Нелли? Какого черта? Зачем ей давать мой номер телефона?

— Вы дали мне ее визитную карточку вместе со своим письмом. — Последнее слово она произнесла немного невнятно. Или, может быть, я просто был настолько пьян.

Лучше держать рот на замке.

— Вы здесь? — спросила она.

Я хмыкнул.

— Хорошо. Я просто хотела позвонить и сказать, что ненавижу вас.

Раздался смешок. Я ожидал, что она будет умолять, молить о времени или о том, чтобы

я передумал. Но ненависть… ненависть была намного, намного лучше.

— И что?

— И ничего. Ненавижу и все тут. — Ладно, это было оскорбление. Верно?

Прежде чем я успел это выяснить, связь оборвалась.

Я отнял телефон от уха и уставился на него. Это действительно только что произошло? Да. Я был не настолько пьян. И точно мог представить, как она прорычала эти слова.

Я ненавижу вас.

Вероятно, она все еще была в тех черных легинсах, которые были на ней раньше. Они облегали ее подтянутые бедра и икры. Топ, который был на ней, украшенный логотипом ее фитнес-студии, сидел на ней как вторая кожа, подчеркивая ее полную грудь. Округлый вырез был достаточно глубоким, чтобы можно было разглядеть небольшую ложбинку и край спортивного бюстгальтера персикового цвета.

Персиковый, как цвет ее губ.

Этот мысленный образ заставил мой член дернуться.

— Черт. — Я провел рукой по лицу.

Ладно, я был пьян. Мне не нужно было думать о ногах, груди или губах Керриган Хейл.

Еда. Что мне было нужно, так это еда. Так что я вернулся к своему занятию, позвонил в пиццерию, чтобы сделать заказ, а затем налил себе еще бурбона.

Не успел я сделать и трех глотков, как в дверь постучали. В Каламити, штат Монтана, была самая быстрая доставка на земле. Возможно, в этом и заключалась его секретная привлекательность. Я достал из бумажника хрустящую стодолларовую купюру и открыл дверь, ожидая, что меня встретит запах чеснока, сыра и пепперони.

Вместо этого она стояла там.

И, может, я и был пьян, но она определенно была пьянее, судя по тому, как раскачивалась и старалась сфокусировать взгляд.

— Как вы меня нашли?

Она закатила глаза.

— Маленький городок. Один отель. Марси на ресепшене сказала, что вы здесь.

— Вот вам и конфиденциальность, — пробормотал я. — Чего вы хотите?

— Я… ненавижу вас. — Она преувеличенно кивнула мне, чтобы подчеркнуть свои слова. — И… я не позволю вам украсть мои мечты.

— Все, что вам нужно сделать, это заплатить. Тогда вы сможете сохранить свои мечты.

— Я сделаю это. — Она повертела запястьем в воздухе между нами, словно подбирая свои следующие слова. — Я ненавижу вас.

— Вы это уже говорили. — И постоянное повторение этих трех слов начинало меня беспокоить.

Почему? Понятия не имею. Мне было все равно, что она меня ненавидит. Но правда ли это?

Должно быть, все дело в алкоголе. После смерти дедушки я проделал чертовски хорошую работу по подавлению любых чувств. Пребывание в Монтане действовало

на меня дурно.

А может, дело было только в ней.

Боже, она была прекрасна. У Керриган были густые шелковистые каштановые волосы. Высокие, раскрасневшиеся скулы. Красивые карие глаза оттенка молочного шоколада.

Эти глаза, возможно, и были затуманены, но в них безошибочно угадывался огонь. Он ничуть не потускнел после нашей стычки на улице.

Она не была той кроткой деревенщиной, которую я ожидал встретить сегодня.

Керриган открыла рот, словно собираясь что-то сказать, но остановилась. Я подозревал, что это было еще одно «я ненавижу вас». Затем она нахмурилась, и между ее бровями пролегла глубокая складка. Черт возьми, даже она была симпатичной.

У дедушки, несмотря на все его недостатки, был отличный вкус.

Она шагнула вперед, уперев палец мне в грудь. Она сузила глаза. Никогда в жизни я не видел разгневанной женщины, которую мне так хотелось бы поцеловать. Этот рот притягивал меня.

Бурбон определенно был здесь главным, потому что, прежде чем я понял, что происходит, я наклонился к ней.

И поцеловал, чтобы она перестала хмуриться.

Глава 2

Керриган

— Проснись и пой? — пропела Ларк, входя в мою спальню.

— Уходи. — Я оторвала свою раскалывающуюся голову от подушки. Красные цифры на моих часах показывали половину седьмого. — Возвращайся, когда машины времени станут реальностью, и ты сможешь вернуть нас во вчерашний день и вырвать водку у меня из рук.

— Машины времени нет, но я принесла кофе. — Она присела на край моей кровати, держа в руках дымящуюся чашку. Аромат был настолько соблазнительным, что заставил меня вылезти из-под одеяла.

— Уф. — Я придвинулась к ней, убирая волосы с лица. Затем взяла чашку из ее рук, чтобы сделать божественный глоток. — Вкусно.

— Я зашла в кофейню, потому что ты стала скупердяйкой.

Потому что хороший кофе стоил дорого, и моя сестра без проблем покупала его. А я в последнее время экономила каждый пенни.

Сейчас больше, чем когда-либо.

— О боже. — Я прислонилась к спинке кровати и закрыла глаза. С каждым годом похмелье становилось все сильнее, и в тридцать лет оно, вероятно, продлится всю неделю.

Знакомое мяуканье донеслось из чулана как раз перед тем, как появилась Клементина с высоко поднятым белым хвостом. Она вскочила на кровать и направилась в мою сторону, по-кошачьи ухмыльнувшись Ларк, прежде чем плюхнуться мне на колени.

— Привет, повелительница зла, — сказала Ларк моей кошке, которая начала мурлыкать.

Клементина ненавидела Ларк, но, если быть честной, Клем ненавидела всех. Иногда даже меня.

— Итак… насколько все плохо?

— Не так уж и плохо, — ответила Ларк слишком быстро, что могло означать только одно: все было плохо.