Нампара

Маккарти Сьюзен

Росс помолчал. Урсула вынула платок из кармана и промокнула глаза. У него самого наворачивались слезы, как бы ему тоже не понадобился платок.

— Так вот, — она резко пришла в себя. — Мои стряпчие составят договор для создания совместного фонда, и я пришлю его вашим стряпчим для ознакомления. — Урсула поднялась и снова протянула руку. — Доброго дня, Росс.

Когда она ушла, Росс решил повременить с отъездом. Неожиданная вышла встреча с очень необычной женщиной. Все эти годы он крайне редко и мало общался с ней, однако слышал, что ее неловкость на

светских мероприятиях компенсировалась репутацией проницательной деловой женщины, управляющей банком Уорлеггана и многими предприятия, куда Джордж вкладывал средства.

К своему удивлению, Росс вдруг понял, что она ему нравится. Росс никогда особо не задумывался, каково ей вообще живется под грозовой тучей непредсказуемого Джорджа. У нее была бабка, которая ее обожала, но она умерла… да, через несколько месяцев после рождения Гарри. Урсуле тогда было всего двенадцать, и ей пришлось справляться со всем одной.

Пока не появился Дуайт. Его друг, самый давний и самый близкий, наверное, единственный его настоящий друг. Но Дуайт дружил со многими, спас стольких людей и повлиял на их жизни, от беднейшего шахтера, задыхающегося от чахотки, до самого титулованного пациента.

Он медленно встал, спустился по лестнице и вновь вышел на солнечный свет. Взобравшись на Сеймура, он напоследок окинул взглядом дом.

Тот не блистал великолепием; длинное, низкое и неказистое строение, немногим приличнее большого фермерского дома. Проникаются ли дома чувствами к живущим в них людям? Ведь многие годы здесь жила семья Энисов, а до этого — Пенвенены. Теперь черед новой эпохи.

Отбросив причудливую мысль, Росс поднял руку в приветственном и прощальном жесте и, повернув Сеймура, пустился в долгий путь.

Чудесная летняя погода в 1837 году стояла с июля по август; долгие и тихие солнечные дни изредка сменялись ливнями, в основном поздним вечером. На лугах зацвели скабиозы, ромашки, кервель, лютики, а сонные шмели сновали в желтых зарослях дрока. Даже море дремало, волны лениво перекатывались, чуть опрокидываясь на золотые пески пляжа Хендрона и окаймляя его белой пеной.

В начале августа Корнуолл чуть потревожила сильнейшая буря, нанесшая ущерб Сассексу и Кенту и слегка помешавшая выборам. В результате в правительство вернулись лорд Мельбурн и виги, хотя и с небольшим перевесом голосов.

Даже весть о долгожданной кончине старого короля, достигшая их ушей на следующий день после приема в Нампаре, не имела особого значения. Молодая принцесса Виктория, что теперь взойдет на престол, наверное, станет первой царствующей королевой Англии больше чем за сотню лет, однако Корнуолл слишком далеко от лондонских интересов и интриг, именно это и нравилось жителям графства.

Росс особенно этому радовался. После многолетней службы в Вестминстерском дворце он заслужил отдых. Домашнее хозяйство требует внимания; после затянувшейся холодной и сырой зимы посевы наконец постепенно созревают, однако, обсудив это с Гарри, Росс решил отложить сбор урожая на две недели; погода вроде наладилась, так что рискнуть стоило.

Белла

и Кристофер вернулись в Лондон, дальше начнутся гастроли с театром вплоть до октября. К концу августа Клоуэнс с семьей приехали погостить на пару недель. Они возвращались через Фалмут из Франции, где гостили у школьного друга Эдварда — сына эмигранта, которому удалось вернуть родовой замок и поместье после восстановления монархии.

Росс с грустью вспомнил другого эмигранта, Шарля де Сомбрея, дружба с которым оборвалась куда печальнее.

Через день после отъезда семьи, когда Бетси Мартин убирала со стола остатки завтрака, пришел Гарри с экземпляром «Меркьюри» и пачкой писем, которые бросил на стол.

— Наткнулся на Шербурна по пути, вот и занес письма, — сообщил Гарри. — М-м-м... свежие булочки.

Он схватил одну с тарелки, когда ее уже уносила Бетси.

— Садись, если не завтракал, — побранила его Демельза. — Тебя не учили есть стоя.

— Не желаете намазать ее маслом, мастер Гарри? — осведомилась Бетси.

— Не балуй его. Росс, есть какое-нибудь интересное письмо?

— Одно для тебя от Кэролайн, судя по почерку.

Росс передал его жене и разобрал остальные, проверил несколько писем и отложил их на потом. Прочитав одно, нахмурился и передал его Гарри.

— Что такое? — спросила Демельза, подняв взгляд от своего письма.

— От Дрейка, — уточнил Гарри. — Он упоминал на празднике, что в последние месяцы заметил кражи на верфи. Сперва понемногу — снаряжение, складские запасы. Но похоже, ситуация ухудшается.

Демельза забрала письмо и пробежала глазами.

— Он очень обеспокоен.

Росс взял трубку и проверил ее чашу.

— Лучше съезжу верхом и сам все узнаю.

Демельза хмуро посмотрела на него.

— Путь неблизкий. Может, лучше взять двуколку?

Росс помотал головой.

— Думаю, управлюсь и так. По дороге придется остановиться в Труро, а я не хочу нагрянуть к Дрейку и Морвенне поздно вечером, так что пообедаю и переночую в Сент-Остелле.

— Я поеду с тобой, — охотно вызвался Гарри. — Я несколько лет не ездил в Лоо.

Росс взглянул на него и кивнул.

— Отличная мысль. Тебе не помешает познакомиться с верфью. Готов ехать через час?

— Схожу сообщу Рейчел.

Джем Картер оседлал Сеймура и подвел его к задней двери. Демельза вышла вместе с Россом и ждала, пока тот привязывал седельную сумку. Когда он взобрался на лошадь, Демельза протянула ему бутылку с водой и завернутые в бумагу пирожки.

— Осторожнее на дороге, — напутствовала она на прощание, когда Росс склонился к ней для поцелуя.

— Обязательно. До субботы не жди — понадобится несколько дней, чтобы выяснить, что к чему.

— Само собой. — Но Демельза на мгновение сжала ему руку, когда Гарри на красивом чалом жеребце Руфусе поцокал по двору. — Оба будьте осторожны, — повторила она.

Муж с сыном махнули ей и выехали со двора.

Когда они свернули на тропинку по направлению к Солу, Гарри усмехнулся.

— Мама вечно волнуется.