Народ, да!
Шрифт:
Хозяин указал ей на боковую дверь из гостиной, зажег фонарь и сказал, что ее ждет там чистая постель. Она поблагодарила его, но, взяв фонарь, решила пойти сначала посмотреть, как устроили ее лошадь. Вскоре она вернулась с седлом в руках.
— Я привыкла хранить седло рядом с постелью, для верности, — как бы между прочим заметила она.
Потом, пожелав всем доброй ночи, ушла в предоставленную ей на ночь комнату. Освещая фонарем все углы, она осмотрелась. В комнате было только одно окно с закрытыми ставнями. В углу стояла узкая кровать. Она задула фонарь и, не снимая одежды, легла. А седло положила
Вскоре она услышала, что вошли новые постояльцы. И вдруг она совершенно проснулась. Один из мужских голосов сказал:
— Я узнал лошадь, что стоит в конюшне. Это лошадь опасного мятежника. Самая быстрая во всем штате. Могу побиться об заклад, всадник везет с собой важные военные донесения врагу короля.
— Да это дама, — заметил кто-то. — Она сказала, что едет к друзьям в Каролину.
— Я хорошо знаю всех местных жителей. Дайте мне взглянуть на нее, и я вам сразу скажу, за кого она, за короля или за мятежников.
— Похоже, ты прав. Скорей всего, она за мятежников.
— Тогда пошли, посмотрим.
Голоса смолкли.
Эгнес Гобсон крепко зажмурила глаза и постаралась дышать ровно и глубоко.
Она услышала шарканье ног и шаги совсем рядом с ее дверью. Потом настала опять тишина. Они, видно, прислушивались. И вот дверь начала медленно отворяться. Она лежала не шелохнувшись. Дверь распахнулась, и осторожно вошли трое мужчин. У первого был фонарь, который он прикрывал рукой. На цыпочках он подошел к постели, поднял фонарь и внимательно оглядел госпожу Гобсон. Потом повернулся и вышел из комнаты. Прочие последовали за ним. Они тихо притворили дверь. Эгнес Гобсон тут же вскочила и приложила ухо к замочной скважине.
— Я ее знаю, — сказал тот человек, что держал фонарь. — Это Эгнес Гобсон. Кто-кто, а уж она-то настоящая мятежница! Наверняка она везет какие-то донесения врагу. Ее надо обыскать.
— Отведем ее в лагерь, — предложил другой.
Лагерь британских войск был расположен поблизости.
— Уже поздно, — сказал хозяин дома. — До утра я постерегу ее здесь, будьте спокойны. Я запру дверь и пущу под ее окна собаку. Мимо моей собаки уж никто не пройдет, разве что превратится в маленького муравья.
Остальные, судя по всему, с ним согласились, так как она услышала, как вслед за этим во входной двери щелкнул замок. Потом под ее окном раздалось рычание собаки, и она поняла, что ее привязывают.
Госпожа Гобсон соображала быстро. Ясно, что дверь открыть она не может. Чтобы выбраться наружу, остается окно. Но там собака! Вообще-то она любила животных, а животные прекрасно чувствуют, кто их любит, и не трогают тех. Она это знала.
Она подождала подольше, пока все разойдутся и лягут спать. Когда все стихло, она осторожно сняла с окна ставни. Послышалось урчание собаки. В темноте она различила огромного черного пса и окликнула его потихоньку. Потом стала с ним разговаривать. Пес продолжал рычать, а она тихо, ласково с ним разговаривала. Пес медленно приблизился к окну. Она распахнула окно и протянула псу руку. Пес завилял хвостом. Она погладила его. Потом, прихватив седло, стала осторожно вылезать из окна, продолжая разговаривать с собакой.
Наконец
Решив, что они уже ушли на безопасное расстояние, госпожа Гобсон слегка тронула бока лошади каблуками, и та помчалась, как вихрь!
Собака осталась позади.
Эгнес Гобсон благополучно добралась до генерала Грина и передала ему донесение.
С тех пор в Джорджии и по всему Югу ходит рассказ о двух отважных женщинах, черной и белой. И о двух скакунах — Серебряной Подкове и Ласточке.
А вот вам история еще про одну отважную женщину, про Ребекку Мот. Ее рассказывают на Юге и в наши дни. Кто как сказку, кто как подлинную историю. На Юге любят сказки про старину. И рассказывают с таким чувством, словно события эти произошли с кем-то из их друзей или близких, и не давным-давно, а всего неделю или месяц назад. Таковы уж южане.
Всем известно, какую храбрость и самоотверженность выказали женщины-южанки во время войны за независимость. Послушайте же историю про одну из таких женщин из Южной Каролины — про Ребекку Мот, известную на всем Юге.
По берегу реки Конгери, милях в пятидесяти от города Колумбия, раскинулась большая плантация, принадлежавшая семье Мот. Когда вспыхнула война за независимость, мистер Мот и все члены его семьи встали, конечно, на сторону американцев. Мистер Мот находился на полях сражения, и миссис Ребекка Мот одна справлялась со всеми домашними делами и посильно помогала восставшим.
Американцы временно перешли в оборону, и полковник британских войск Тарлтон захватил дом миссис Мот. В нем разместились офицеры. А поскольку дом был крепкий, надежный, британцы превратили его в военную крепость. Вокруг были возведены укрепления, и ее назвали Форт-Мот.
Однако генерал Фрэнсис Мэрион, шедший во главе разутой-раздетой армии американских патриотов, которая была точно острая заноза в боку у британцев, решил выбить сторонников короля из дома миссис Мот. Он атаковал их и раз и другой, пока не отбил один из форпостов. Тогда миссис Мот, продолжавшей жить в большом доме, приказали покинуть его. Британцы боялись оставить в форте жену их врага.
Получив приказ переехать в один из коттеджей за пределами крепости, миссис Мот быстро собрала все нужные вещи. Среди них случайно оказался колчан с тремя стрелами, который ей подарил когда-то один ее друг, приехавший из восточных штатов. Стрелы были отравлены, такими стрелами индейцы пользовались во время войны. К тому же они были пропитаны особым составом, от которого воспламенялось дерево.
Все время, что кавалерийский генерал Гарри Ли и генерал Мэрион, прозванный Болотным Лисом, совершали атаки на большой дом, миссис Мот оставалась в маленьком коттедже неподалеку.