Наследник, которому по...
Шрифт:
Но почти сразу же отмер и рысцой добежал до торчавшей на крыше будке вентиляционной шахты, единственного более менее основательного укрытия, за которым можно было спрятаться. Нужно было выиграть время чтобы решить, что делать дальше.
Но тут, заглянув за будку, я внезапно увидел то, чего не было в прошлое посещение крыши – стоявших у стенки будки баллона с пропаном и пары баллонов с кислородом, возникших там будто из ниоткуда. Протёр недоверчиво глаза, но нет, вот они новенькие, свежие,
Это было НЕ нормально, они НЕ должны были тут находиться, но они были, потому что мои глаза меня не обманывали. Я недоверчиво потрогал сначала один, затем второй, но нет, это был не фантом, не мираж, а самые настоящие металлические баллоны. Я пошатал их и услышал бульканье внутри.
И тут, мои упорно ищущие выход мозги, поразила молнией блеснувшая идея.
Вознеся короткую благодарственную молитву могучей Мэри Сью, богине-покровительнице игры на рояле, я завалил тяжёлые баллоны на бок и торопливо катнул к выходу на крышу, где уже вот-вот должен был появиться мой заклятый неприятель.
По ощущениям, почти полные, те тяжело, с грохотом, покатились к двери, то и дело стукаясь друг об друга, и в этот момент, разнеся выход, на крыше показался Иванов. Увидев меня, выглядывающего из-за будки, вспыхнул снова, малиновым заревом, загремел:
– Прими смерть…
Но в этот момент, баллоны вкатились в излучаемую им ауру…
Всё, что я успел, это спрятаться за будку, зажмуришись, зажав уши ладонями, и открыв рот. Если мои прикидки были верны, то облако взрыва должно было быть достаточно локальным, и меня не зацепить. Но это в теории, которая требовала проверки практикой. Жаль, не в лабораторных условиях, а сразу в полевых, но что поделать, время и место опыта определяется судьбой, но если не будет экспериментатора, то не будет и опыта…
И тут оно жахнуло. Да так, что показалось, что зашаталась сама крыша. Ударная волна хлопком ушла в стороны, чуть не скинув будку, за которой я прятался. Но та, спасибо сварщику, не пожалевшему сварки, всё же устояла, и я осторожно приоткрыл глаза, и выглянул, посмотреть, как там поживает Такаюки-кун.
Разглядев лежавшее на обуглившейся крыше тело, поднялся, отряхнул запачкавшиеся колени и, не спеша, подошёл ближе.
Глядя на мерно вздымающуююся грудь полностью голого парня, я понял, что тот жив, хоть и без сознания. Похоже, газа в баллоне было, всё-таки не так много, иначе, как бы ни было его тело укреплено магией, термобарический взрыв оно бы не пережило. Да и рванули баллоны не прямо возле его, а на границе ауры, и одежду его не сожгло, а просто сорвало с тела.
– Эх, – вздохнул я, – Такаюки, Такаюки, и в кого ты такой упёртый баран.
Вопрос был риторический, ответа от бессознательного тела я не ждал.
Внезапно, из-за деревьев на бреющем, как чёртики из табакерки, вынырнули две вертушки, присмотревшись я узнал в них пару боевых вертолётов Си-134 «Крокодил».
Пронесясь
Апасна, аданака. Я тут же задрал руки вверх, а из репродуктора, закреплённого на одном из вертолетов, послышался твёрдый и строгий мужской голос:
– Внимание, оставайтесь на месте, при попытке применить магию, будет открыт огонь на поражение.
Улыбаемся и машем, как говориться. Я продолжал стоять руки вверх, когда следом за «Крокодилами» выскочила третья вертушка, зависнув почти прямо надо мной, а из раскрывшихся люков вниз упали тросы, по которым тут же начали съезжать одетые в чёрную форму в бронежилетах и глухих шлемах с забралами вооружённые до зубов спецназёры.
Меня тут же взяли на прицел ещё и они, а затем, по всей видимости, старший, требовательно гаркнул:
– Имя?!
– Дрейк Рассказов, – охотно ответил я, продолжая миролюбиво улыбаться.
– А этот? – кивнул спецназовец на лежавшего раскинув руки, так и не пришедшего в себя Иванова.
– Этот? Такаюки-кун… тьфу, Такаюки Иванов. Собственно, вы, я так понимаю, тут из-за него?
Старший ещё раз с подозрением на меня поглядел, затем вытащил планшет, сверился с чем-то на экране, после чего кивнул остальным и буркнул пару неразборчивых фраз в рацию.
«Крокодилы» тут же чуть отлетели, хоть и продолжили бдительно пасти окрестности, а вертолёт спецназёров сместился чуть в сторону и ловко приземлился прямо на крыше.
– Могу руки опустить?
– Можешь, – разрешил мужчина и я тут же уронил затёкшие руки вниз, принимаясь их поочерёдно массировать.
– Значит он болдар? – внезапно спросил он, вновь показывая на Иванова.
– Ага, – кивнул я, – самый что ни на есть. Достаточно редкий тип магии – плазма. Причём прилично так сил выдал, я даже не ожидал.
– А ты сам не болдар часом?
– Ну что вы, – тут же отмёл я подозрения, – скромный малдар огня, максимум сигаретку прикурить могу, не больше.
– Хм… – не слишком-то поверил мне тот, спросил, – а что одет так?
На мне всё ещё, естественно, было моё кимоно, а ещё я был бос. Не босс, а бос – то бишь, без обуви. Но, пожав плечами, ответил:
– Да у меня поединок с ним должен был быть на школьном турнире, а того как прорвало. Вот только он хотел меня непременно победить, поэтому пришлось побегать.
– А сюда зачем бежал?
– Избежать случайных жертв, естественно, – как само собой разумеющееся, ответил я, – тут, всё-таки, школа, а не турнир королевской битвы.
– Понятно, – протянул спецназовец, продолжая задумчиво изучать место нашей финальной с Такаюки схватки.
– Чем ты его, кстати? – прозвучал новый вопрос, но я и тут только развёл руками.
– Да он сам, как-то. Выбежал не глядя, а тут баллоны с пропаном и кислородом стояли, а у него аура, ну они и жахнули, я едва успел за будку спрятаться.