Навигатор
Шрифт:
Остин показал рукой на припаркованный неподалеку джип «чероки».
— Да, он лежит в багажнике нашей машины.
Телма медленно направилась к джипу и открыла крышку багажника. Морские водоросли и ракушки были убраны, и на солнце сверкнула медь и бронза старого шлема.
Телма бережно провела пальцами по округлой макушке.
— Да, это действительно защитник мозгов моего Хатча, — грустно сказала она, смахнув слезу тыльной стороной ладони. — Он все еще был там?
Остин вспомнил пустые глазницы и зловещую ухмылку обглоданного черепа.
— Да, думаю, что так. Если хотите, мы
— Нет, пусть мой старик остается там, где погиб, — сказала Телма, глубоко вздохнув. — Ведь они закопают его в сырую землю, а он этого не любил. С тех пор у меня было еще два мужа, да благословит Господь их души, но Хатч был первым и самым лучшим. Я не могу позволить, чтобы его кости закопали в землю. Ладно, пойдемте к дому. Мы устроим собственную поминальную службу.
Остин с недоумением посмотрел на Завалу, но ничего не сказал. Телма Хатчинс оказалась отнюдь не старой развалиной, которую они ожидали увидеть. Это была довольно высокая женщина с горделивой осанкой, в ней не было даже намека на ее истинный возраст. Да и походка у нее была молодцеватой, быстрой и необыкновенно энергичной. Она повела их в сад и усадила под большим зонтом с логотипом «Чинзано». Потом она оставила их на минуту, сказав, что скоро вернется.
Со стороны заднего двора дом выглядел еще более неприглядно, чем с парадного входа. Правда, дворик был аккуратно убран и напоминал живописную лужайку. Повсюду виднелись клумбы с яркими цветами, а чуть поодаль располагался небольшой огород с таким количеством овощей, что ими можно было прокормить целую армию вегетарианцев. Откуда-то выбежал добродушный лабрадор-ретривер и стал ласково тереться о колено Остина.
Телма вышли из дома с тремя бутылками пива и извинилась за то, что не запаслась более дорогим напитком.
— Когда мне увеличат социальное пособие, я непременно начну покупать хорошее пиво, а не эту дрянь. К сожалению, нам придется довольствоваться этой мочой пантеры. — Она посмотрела на собаку. — Я вижу, вы уже познакомились с Лашем. — Она налила немного пива в собачью миску, и пес бросился громко хлебать пенистый напиток. Удовлетворенно хмыкнув, Телма подняла вверх бутылку. — Давайте выпьем за Хатча. Я все эти годы знала, что кто-нибудь обязательно найдет моего старого пирата.
Они звонко чокнулись бутылками и сделали несколько глотков.
— Сколько уже лет нет вашего мужа? — спросил Остин.
— Моего первого мужа, — поправила она его, сделала еще несколько больших глотков и крепко сжала губы. — Хатч исчез весной тысяча девятьсот семьдесят третьего года. Где вы нашли его останки?
Остин развернул на столе карту Чесапикского залива и показал пальцем на нарисованный карандашом крестик.
— Черт возьми! — неожиданно воскликнула Телма. — Это же в нескольких милях от того места, где, по моему мнению, должен был находиться затонувший корабль с сокровищами.
— Корабль с сокровищами? — эхом повторил Завала.
— Да, так этот глупый Хатч его называл. И именно он погубил мужа.
— Вы можете рассказать, что с ним случилось? — попросил Остин.
В глазах у Телмы появилось отсутствующее выражение.
— Мой муж родился
— Почему это произошло, Телма? — воодушевился Остин.
— Дело в том, что Хатч знал все затонувшие в заливе суда, а некоторые из них видел собственными глазами во время погружения. Короче говоря, он стал самодеятельным историком и провел несколько интересных исследований, но никаких записей от него не сохранилось.
— Он не рассказывал вам о затонувшем судне и его местонахождении? — допытывался Завала.
— Муж ничего мне не говорил. Он действительно был слишком старомодным и никогда не посвящал меня в свои дела, не без оснований полагая, что женщинам ни в коем случае нельзя доверять тайну. Он часто повторял, что расскажет мне всю правду только тогда, когда вытащит для меня какое-то количество золотых украшений.
— А почему он думал, что на этом судне обязательно должно быть золото? — насторожился Остин.
— Многие люди до сих пор не знают, что в давние времена в этих местах были золотые прииски. Мэриленд, Виргиния и дальше вплоть до Пенсильвании.
— Ничего удивительного, — признался Остин. — Я сам только недавно узнал о том, что когда-то в районе Чесапикского залива были шахты по добыче золота. Причем узнал совершенно случайно, когда оказался в кафе «Золотая шахта». Свое название это кафе получило по расположенной неподалеку шахте, заброшенной много лет назад.
— И ваш муж догадался, что какое-то золото могло оказаться на этом затонувшем судне? — спросил Завала.
— Это была не просто догадка, мой дорогой. — Телма провела пальцами по золотой цепочке, висевшей у нее на шее, а потом вытянула ее из-за ворота платья. На цепочке висел золотой кулон в виде лошадиной головы. — Он нашел этот кулон во время первого погружения и подарил мне, пообещав, что достанет еще больше. — Она грустно вздохнула. — О, Хатч, ты был для меня дороже всяких золотых сокровищ.
— Простите, что невольно вызвали у вас печальные воспоминания, — сказал Остин.
Ее лицо снова озарилось широкой улыбкой.
— Не волнуйтесь, Курт, это я должна просить прошения за то, что утратила эти воспоминания.
У Завалы между тем назрел интересный вопрос:
— Мы с Куртом с большим трудом вытащили из воды этот шлем. К нему еще был прикреплен нагрудник. Нам интересно, как ваш покойный муж справлялся с таким тяжелым снаряжением?
— О, он был не один. Он всегда работал вместе со своим другом Томом Лаури, включая и тот день, когда они обнаружили затонувший корабль. По всей вероятности, только ему одному он доверил свою главную тайну. Том стал его главным и единственным помощником, а Хатч обещал ему разделить все найденные богатства поровну.