Наводящие ужас
Шрифт:
– Как?! У нас и машины больше нет...
– Есть машина. Приблизительно в трех милях отсюда, к юго-западу.
Я извлек из бумажного мешка сложенную вчетверо топографическую карту - вернее, аэрофотоснимок, ее заменявший.
– Да... к юго-западу. Если точнее, то не три мили, а две и семь десятых. Компас имеется... Ага, вон туда... Глория недоверчиво нахмурилась.
– Хочешь сказать, предвидел заранее?..
– В нашем деле следует предвидеть как можно больше. Тогда живешь неизмеримо дольше. Я подозревал неладное и позаботился попросить, чтобы в пятнадцати милях от Кананеа
Уныло глядя в указанном юго-восточном направлении, Глория изучала благодатный, живописный, приветливый пейзаж: колючие кустарники, пески, валуны, глинистые откосы...
– Три мили без малого! Я не дойду...
– Прекрасно дойдешь, коль скоро перестанешь беречь свою идиотскую одежку. И беречь, между прочим, уже ни к чему: костюм починке и стирке не подлежит.
– Но...
– Понимаю. Прикажешь отрубить оба каблука и юбку обрезать повыше, чтоб шагать не мешала? Так поступают голливудские болваны.
– Нет.
– Что - нет?
– Нет, не пойду!
– окрысилась Глория.
– Довольно с меня, господин Секретный-Агент-Номер-Один! Я развалинам Рима уподобилась! Нашпигована шипами, словно подушечка булавками, ноги до крови стерты! Можешь... тип-топать, если не лень. А я отсюда и шагу не сделаю, пускай даже придется ночевать на траве.
– Пойдем, - процедил я сквозь зубы. Глория не шелохнулась.
– Можешь поднять меня, взвалить на плечо и волочить, как полонянку, не возражаю. Предоставляется полная возможность обнаружить мужскую силу. А по доброй воле не двинусь.
– Какая сволочь, - искренне промолвил я.
– Какая потрясающая дрянь! Размазня.
Истерически завизжав, женщина кинулась на меня. Ухоженные, покрытые алым лаком ногти - никогда не мог уразуметь, что за радость придавать себе сходство с вампиром, недавно разодравшим очередную жертву - целились мне в физиономию. Крутнувшись, я подставил Глории защищенное пиджаком плечо и поспешил уронить револьвер, покуда ошалелая девка не ухватила его. Конечно, множество людей ненавидит оружие, но лишь оттого, что применения для него не отыскивает.
Некая ученая и благовоспитанная дама, вздрагивавшая при виде огнестрельных приспособлений, разрядила в меня мой же собственный револьвер и, по счастью, сделала шесть промахов, однако рассчитывать, что повезет опять и опять, было бы глупо.
Женщина изо всех сил пыталась уничтожить меня. Лягала в колено. Лупила каблуком-шпилькой по ступне. Я исхитрялся ускользать от ударов, но когда Глория треснула меня лбом по носу, я решил: пора и честь знать.
Дал быструю подножку, опрокинул противницу, прижал к земле.
На мокром от слез лице Глории бешено сверкали огромные глаза. Понемногу она расслабилась и угомонилась. Глаза вспыхнули новым огнем, руки обняли меня за шею, потянули вниз. Поцелуй получился поистине яростным. Тело женщины затрепетало.
– Герой!
– фыркнула она полчаса спустя.
– Великий белый проводник, заплутавший посреди мексиканского городка! Закаленный секретный агент, бросающийся на первую попавшуюся юбку при самом незначительном прикосновении! Хорошо, дорогой, что с Мата Хари ты не встречался. Она бы тебя заставила шлепанцы в зубах таскать.
Еще при
Я перекатился на спину и сомкнул веки. Пускай. Это был не худший обман из тех, с которыми я сталкивался.
Глава 10
– Безусловно, - сказал я.
– К западу от города раскинули очень хитрые силки, но если боги, вернее, дьяволы, посылают мерзавцам удобную возможность - зачем ею пренебрегать. Господин Икс, желающий вывести мнимого Коди в расход, сыграл на злости ополоумевшего юнца, шепнул ему: "Кананеа, ресторан мистера Грина", и напутствовал: "куси!" Подручные сшивались поблизости, дабы при случае разнести башку подстреленного из мальчишкиного же пистолета. Поверь, итог получился бы не хуже, если не лучше, чем при обработке стальным клинком. Парня, конечно, тоже пристрелили бы - предварительно. Из моего револьвера. Царство небесное мистеру Коди, павшему от руки полоумного... И жене его тоже, ибо тебя оставлять в живых тоже не следовало.
Глория вздрогнула:
– Но когда ловушка не сработала...
– Они попросту вернулись к изначальному порядку действий. Взяли кусочек мыла, намалевали на зеркальце сообщение, включили радио и предупредили сидевших в засаде товарищей.
С минуту Глория безмолвствовала.
– Ты заранее знал: на девяносто пятом километре поджидает враг, - выдавила она.
– И знал: дальше расположена еще одна засада, на всякий случай. Потому и не притормозил.
– У меня изрядный опят по части засад, - ответил я.
– И отлично представляю их общую механику. Предположительно, все заранее обусловленные места встреч таили угрозу; окончательно же я убедился в этом, столкнувшись нос к носу с Отчаянным Сортирным Забиякой. Он, так сказать, сделал последнее предупреждение.
– Прости, я ничего особого не слыхала.
– Сделал, сам того не желая. Одним своим присутствием уведомил. Парню сообщили, где нужно учинить стычку. Мы ведь уже толковали об этом, помнишь?
– И не пришли к определенному выводу.
– Напротив. Единодушно согласились: преследовать нас до Кананеа Мэйсон. Чарльз не мог. Кто-то шепнул ему, где надлежит караулить, и сопляк ринулся в Мексику по кратчайшей, отвергнутой нами дороге. Опередил. Затаился. И шепнуть ему словечко мог лишь тот, кто старательно позаботился подменить настоящего мистера Коди самозванцем. Лишь тот, кому было известно: лже-Коди не собирается ни в какой Хуарес.
– Мистер Сомерсет!
– ошеломленно произнесла Глория.
– Вот-вот. Больше некому.
– Но это немыслимо! Он служит американскому правительству.
– Не смеши, - осклабился я, - не то живот надорву от хохота.
– Но это и впрямь бессмысленно. По словам Сомерсета, они позаимствовали агента в дружественной службе, потому что в собственной не сыскалось человека с подходящей внешностью. Значит, загадочная твоя организация тоже вовлечена в дело?Иначе получается, твоего начальника вокруг пальца обвели.