Наводящие ужас
Шрифт:
– Очень прошу: не пытайтесь бежать. Предпочитаю соблюсти полученный приказ точно и доставить вас невредимым. Даже если вы и сумели бы ускользнуть - это почти невероятно, - мои подчиненные выследят вас немедленно. Эти люди лучше любых собак-ищеек. Надежнейшие следопыты на всем континенте.
– Верю, - отозвался я.
– Подкрались незамеченными, а этот номер не многим удается... Простите, но кто такой El Cacique,и что такое Fuerza Especial?
– На все ваши вопросы немного позже ответят старшие по чину, если, разумеется, сочтут нужным.
Обогнув отрог холма, "субару" свернул с главного проселка. Узенькая тропка вывела нас на просторный, поросший травами луг, посреди коего стояли несколько автомобилей и две палатки.
Предназначение одной из них было нетрудно угадать. Полевая кухня. Солдаты в защитных комбинезонах выстроились подле нее, дожидаясь позднего завтрака, над палаткой вился ароматный дымок, вызвавший у меня истинно собачье слюноотделение.
Замерший у входа во второй тент часовой наводил на мысль: именно там и размещается командный пункт Fuerza Especial.А возможно, штаб отдельной части - ломать голову попусту не хотелось. В свой черед разъяснится все.
– Сейчас мы отправимся к El Cacique, - сообщил Баррага, выбираясь наружу и беря наперевес штурмовую винтовку "М-16". Он распахнул мою дверцу, сделал приглашающий жест: - Следуйте впереди меня по направлению к ближайшей палатке, рог favor.
– Что это вы приволокли, Баррага?
Презрительный вопрос прозвучал по-английски, дабы и я уразумел его. От указанной лейтенантом палатки шагал высокий субъект, с несомненно кастильскими чертами лица, обладатель черных крысиных усиков. Комбинезон такой же, как и у прочих, но кокарда золотая - фу ты, ну ты!
– Это сеньор Гораций Кода, мой капитан, - доложил Эрнесто.
– Сеньор, перед вами капитан Луис Алеман.
– Обойдемтесь без светских экивоков, лейтенант!
– рявкнул пришелец. И посмотрел на меня без малейшей нежности.
– Значит, вы доставили, наконец, этого поганого контрабандиста?
Боги бессмертные! В пылу последних приключений я начисто позабыл, что числюсь преступным торговцем смертью и с мексиканскими властями связываться не должен. А любопытно, ей-ей... Шайка бандитов гонится мне вослед, размахивая мачете. Стражи закона тычут в спину винтовочными дулами. Видать, Гораций Коди насолил всем подряд...
– Почему не связаны руки?
– осведомился капитан.
– Связать немедленно!.. Да нет же, олухи, за единой!.. Вот, молодцы. Я отведу его к El Cacique.
– Так точно, мой капитан.
Получив ощутимый и довольно злобный толчок в спину, я резво направился к штабу. Не ожидай я удара или пинка - растянулся бы на траве, особенно учитывая, что связанные руки даже равновесия утраченного не дали бы восстановить. Но любителя бить и толкать видно сразу. Ничего иного от Луиса Алемана ждать не доводилось. Это тебе, дружок, не воспитанный лейтенант Эрнесто...
– Входи, сукин сын!
Сделав часовому знак посторониться, капитан придал мне дополнительное ускорение, и я пулей влетел в палатку. Следом ввалился мексиканец. Я получил оглушительную, наотмашь отвешенную затрещину.
– Где оружие?!
Глава 12
Кроме
Не дождавшись ответа, капитан размахнулся опять. Вдругорядь рученька белая раззуделась... Я исправно пошатнулся и не без артистизма шлепнулся на утоптанную землю. Такие ребята всегда получают удовольствие, свалив допрашиваемого с ног. А доставлять им удовольствие необходимо: если невзначай огорчишь, примутся обрабатывать всерьез и делать больно по-настоящему.
– El Caciqueвышел на минутку, - зловеще сообщил капитан.
– И я намерен получить сведения прежде, чем он возвратится. Где оружие?!
Из ноздрей моих потекла кровь. Я даже не пытался шмыгнуть носом: при виде крови - чужой, разумеется - особи, подобные Луису Алеману, урчат и умиротворяются. В человеческих жилах обращается несколько кварт красной соленой жидкости. Ради собственного благополучия можно было пожертвовать несколькими каплями.
– Почем я знаю?
– огрызнулся я.
– Сам пытаюсь выяснить!
– Оружие, - прорычал капитан, - выгрузили в Байя-Сан-Кристобале и перевезли в глубь страны четырьмя грузовиками! Потом, как выражаетесь вы, янки, дуб у дуба рябину украл... Нет, дубина у дубины вора... А, черт с ним! У мятежников не оказалось требуемых денег, которые, по их словам, были приготовлены! Скоты попытались отнять контрабанду силой, но, когда заглянули в кузова, там ничего не оказалось. Ты предвидел предательство и приказал своему агенту, Хорхе Медине - видишь, нам все известно!
– припрятать груз, отправляясь на встречу.
– Медина?
– сказал я.
– Не знаю никакого Медины.
– Очень любопытно, - заметил капитан.
– Потому что его подружка видела, как вы договаривались о поставках. И... как это?
– щит и мечет?.. Нет, - рвет и мечет при мысли, что любимого послали на погибель!
Говорил капитан вполне сносно, только с поговорками у бедолаги явные нелады отмечались.
– Что, Медину прикончили?
– Не сооружайте себе кретина... То есть, хочу сказать, не стройте из себя дурака! Медину допросили, но грубо, неумело - скончался во время пыток. Только не пытайтесь уверить, будто не отдали ему распоряжений и не знаете, где спрятано оружие.
Алеман резко тряхнул головой.
– Не тратьте время попусту! Повстанцы вытянули из вашего человека единственное: то, что вам тоже известно, где спрятаны запасы оружия! Вот почему внимание обратили на вас. И попытались перепутать: сначала убив партнера вашего. Пирса, и его любовницу; потом укусив... нет, покусившись на жизнь его дочери, к которой и вы не были равнодушны, ибо в итоге женились на ней. И, наконец, поняв, что вы не поддаетесь и не скажете ничего, постарались получить вас живьем и допросить.