Недотрога
Шрифт:
– Разве не достаточно того что Грозовое Облако останется в живых? – воскликнул Бегущий Лось.
– Грозовое Облако принадлежит мне, – вмешалась Весенняя Вода, обращаясь к Бегущему Лосю. – Ты сам отдал его мне.
Эшли бросила на нее презрительный взгляд и отвернулась.
– Я забираю своего мужа в свой вигвам. Если ты посмеешь остановить меня, Бегущий Лось я призову свои чары, чтобы навлечь беду на все твое племя – к счастью, Бегущий Лось не знал, какой пустой была эта угроза.
На лице Бегущего Лося отразилась такая ярость, что Эшли призадумалась, неужели она слишком далеко зашла? В
– Ради бога, не зли его! – Тихо проговорил Тэннер. – Храбрости у тебя явно больше, чем мозгов. Он же пообещал, что не убьет меня, ну и довольно этого.
Сам Тэннер в это время напрягся, стараясь ослабить ремни из сыромятной кожи, которыми он был связан. Промокшие под дождем путы больно впивались в его запястья, оставляя на них кровавые полосы.
Эшли гордо подняла голову. Она слишком далеко зашла, отступать было нельзя.
– Если ты не выполнишь то, что я сказала, я призову молнию с неба. – О господи, какой недобрый дух ей подсказал такую чудовищную ложь?
Тэннер прошипел:
– Черт побери, Эшли, ты напрашиваешься на неприятности.
– Я не собираюсь тебя здесь оставлять, Тэннер, и не собираюсь отдавать тебя Весенней Воде. И будь я проклята, если соглашусь стать женой Бегущего Лося, поэтому прошу тебя, замолчи. Я достаточно долго была покорна.
Бегущий Лось недоверчиво посмотрел на хмурое небо, отнюдь не убежденный в том, что его пленница наделена силой вызывать молнии.
– Я не боюсь тебя, Огненная. Очень скоро я пролью в тебя свое семя, и ты станешь покорна мне.
– Только через мой труп, – процедил Тэннер сквозь зубы.
И в этот момент случилось нечто невероятное. Если бы Тэннер не видел это собственными глазами, он ни за чтобы не поверил. Сильный раскат грома сотряс землю, вспышка молнии осветила все вокруг. Эшли подняла руку, и огненный разряд, похожий на змею, метнулся вниз из черной тучи, и сразу же вспыхнул один из вигвамов, испуганные обитатели которого выскочили прямо в дождь. Бегущий Лось и Прядущий Сны уставились на Эшли с внезапным страхом. Весенняя Вода была так напугана, что с криком всплеснула руками и побежала к своему вигваму.
– Довольно, Огненная! – Закричал Бегущий Лось, он вытащил нож из ножен и приблизился к Тэннеру. Эшли вскрикнула, уверенная, что Бегущий Лось вот-вот убьет Тэннера, но Тэннер вдруг распрямился, и Эшли поняла, что Бегущий Лось только разрезал его путы.
– Он твой, забирай его себе! Я больше не желаю соединяться с тобой. Когда я приду в священное место на холме, великий дух откроет мне, как поступить с вами. Возможно, твои чары столь сильны, что тебя нужно уничтожить. Днем и ночью вы оба будете под охраной, если вы окажетесь настолько глупы, что попытаетесь уйти из деревни, мои люди рискнут вызвать гнев великого духа и вернут вас обратно.
Эшли, затаив дыхание, видела, как Бегущий Лось повернулся и направился сквозь дождь в сторону холмов, ничего не взяв с собой, кроме кожаного мешочка с амулетами, который он носил на шее, и своего ножа.
– Надо уходить прямо сейчас, пока индейцы испытывают страх перед твоим чарами, – прошептал Тэннер ей на ухо. Он
Не успели они пройти десяток шагов, как невесть откуда появились вооруженные воины и окружили их. Индейцы, подталкивая Тэннера и Эшли ружьями, заставили их вернуться в деревню. Когда они поравнялись с вигвамом Эшли, она взяла Тэннера за руку и втащила его внутрь вигвама. Выражение его лица было не менее яростным, чем гроза, бушевавшая снаружи.
– Черт побери, янки, не надо тебе было злить Бегущего Лося. Если ты кажешься такой важной этим дикарям, почему ты не можешь уговорить их, чтобы нас отпустили?
– Они верят, что мое присутствие приносит им удачу, – сказала Эшли, тщетно стараясь унять дрожь. – Но насчет Бегущего Лося ты, кажется, прав. Он теперь не знает, бояться ли меня или обращаться со мною как с обычной пленницей.
– Дурочка! – сказал он уже не так сердито. Он вдруг обратил внимание, как плотно облегала мокрая туника из оленьей кожи ее тело, ясно очерчивая все изгибы. – Ты простудишься насмерть, если сейчас же не снимешь мокрую одежду. Подожди, я подложу дров.
Он присел у маленького очага в центре вигвама и подложил в огонь побольше веток. Дымовое отверстие было закрыто от дождя, и вскоре ароматная синяя дымка окутала их, как уютный кокон. Тэннер, который уже был возбужден близостью Эшли, посмотрел на нее и с радостью поймал ее взгляд.
Эшли неотрывно смотрела на Тэннера. На его обнаженном торсе блестели капельки дождя, золотые отблески очага освещали мускулистую грудь и плечи. Мокрая набедренная повязка охватывала его чресла, и Эшли зачарованно наблюдала за движениями его мускулистых ног. Во рту у нее пересохло, и она хотела отвернуться, но не могла.
– Я достану одеяла, – сказала она наконец.
Она развернула постели из шкур, достала два одеяла и протянула одно Тэннеру. Потом попыталась развязать мокрые кожаные шнурки своей туники, но пальцы не слушались ее.
– Дай-ка я, – сказал Тэннер, бросил одеяло и пододвинулся к ней.
Сначала его пальцы казались такими же неловкими, как и у нее, и ему долго не удавалось развязать узлы. Внезапно она ощутила его руки на своих обнаженных плечах, и они оба издали вздох, похожий на стон. Жар от его ладоней обжигал ее, и она не противилась, когда он медленно привлек ее к себе. Одна его рука обхватала ее стройную талию, другая запуталась в ее волосах. И вот их губы встретились. От нее пахло дождем, а ее собственный, особенный аромат пьянил его, как виски. Он провел языком вдоль ее губ и втянул в себя ее пухлую нижнюю губку, стараясь проникнуть внутрь кончиком языка. Эшли застыла на мгновение и вдруг открыла губы, пропуская его язык.
Тэннер издал стон, его руки скользнули по ее бедрам и обхватили ягодицы. Он крепко прижал ее к себе, стараясь почувствовать каждую клеточку ее тела. Поцелуй стал глубже, он ласкал ее губами и языком, и Эшли ощутила внутри себя огонь и ответила на его поцелуй, радуясь тому, что он дарит ей такое наслаждение.
– Ты меня сегодня до смерти напугала, – сказал Тэннер, проводя рукой по ее бедрам и животу.
Она была такая горячая, что он чувствовал это даже сквозь одежду. Он вдруг чертыхнулся и потянул за край ее туники.