Неисправимый повеса
Шрифт:
— Прекрасно, милорд, — с готовностью сказала она.
Сент, скрыв свое удивление, пошел вперед. Эвелина не отставала. Они очутились в длинном коридоре. Гм, похоже, она оказалась не такой предсказуемой в своих чувствах и действиях, как он думал. И это делает ее своего рода исключением среди других женщин.
— Это были по большей части хозяйственные помещения. А здесь раньше были армейские каза…
— Казармы для Колдстримской гвардии Георга Второго, — закончила она. — А теперь их для чего используют?
— Я вижу, что
— Вас это удивляет? — с прохладцей в голосе поинтересовалась она.
«С каждой минутой все больше».
— Скоро вы это поймете. — Он снова зашагал по коридору. — В этих помещениях приют устроил склады. Тут находится старая мебель и всякое такое.
Кивнув, она быстро поискала что-то глазами в куче бумаг, которые держала в левой руке.
— Сколько здесь всего комнат? — спросила она. — И каковы их размеры?
Что ж, вот скромная стеснительная мисс Раддик и превратилась в деловую женщину. Сент разглядывал ее профиль.
— По количеству — около дюжины. Про размеры ничего не могу сказать. Можем зайти в одну из них и посмотреть сами.
Эвелина сглотнула, оторвав глаза от своих записей.
— Я… не думаю, что в этом есть необходимость. Ведь мне даже измерить будет нечем…
— А… — И вот она снова стала робкой девственницей. — Может, хотите пройти в музыкальную комнату или комнату для рукоделия? Или в бальный зал? Его вы найдете более привлекательным, я в этом уверен.
Эвелина остановилась так резко, что Сенту пришлось развернуться, чтобы посмотреть ей в лицо. Долгую минуту она смотрела ему в глаза. Женщины не часто делали это, и про себя он отдал должное этой маленькой хрупкой девчушке. Но еще минута — и она разрыдается, а это Сент ненавидел больше всего.
— Позвольте мне прояснить кое-что, — проговорила она слегка дрожащим голосом, как тогда, когда согласилась танцевать с ним вальс. — Я не боюсь увидеть что-то неприятное. Но я не могу помочь тем, кто наотрез отказывается принять мою помощь. Чего я не хочу, так это того, чтобы это рискованное предприятие испортило мою репутацию. То, что провожаете меня именно вы, — риск сам по себе. Но в коридоре у нас по крайней мере есть свидетели. А зайти с вами в комнату было бы с моей стороны столь же глупо, сколь и бессмысленно.
Он сделал шаг в ее направлении.
— Может, это и глупо, — пробормотал он, — но бессмысленным это назвать нельзя. Я мог бы обучить вас многим штучкам. Вы ведь ради этого сюда пришли — чтобы узнать что-то новое?
Краска залила щеки Эвелины. Сент изучал выражение ее лица, движения стройного изящного тела. Несмотря на то что опыта с женщинами у него было предостаточно, с девственницами он дела почти не имел. Он так решил, потому что прилипчивость этих наивных и истеричных девиц потом сильно все усложняла.
Но эта особа вызывала у него живой интерес.
Эвелина развернулась.
— Всего хорошего, милорд.
— Уже
— Я не сдаюсь. Я собираюсь продолжить осмотр приюта с миссис Нейтам. По крайней мере она не станет пытаться соблазнить меня в пыльном чулане.
Видимо, она слышала сплетни о нем и леди Хэмпстед. Эта история известна уже почти всем.
— Вы продолжите осмотр со мной. Ведь я обещал показать вам здесь все, этим и займусь.
Эвелина снова повернулась к нему. Она так крепко вцепилась в свои бумаги, что их края загнулись.
— Показать приют, милорд, а не ваши… личные качества.
— Договорились — на сегодня.
Она несколько секунд обдумывала его слова, потом повернулась к следующей двери.
— Это кладовка?
— Да.
Опасаясь, что она все же может передумать и сбежать, Сент отошел подальше, когда Эвелина открыла дверь кладовки и шагнула внутрь. Спустя несколько секунд она появилась вновь и сделала какие-то пометки в своих бумагах.
— А они все одинакового размера?
Сент стал терять терпение. Она продолжала делать пометки, и это начало его нервировать. Боже правый!
Невинный ребенок задает невинные вопросы о невинных вещах, а его чресла начинают напрягаться от желания!
— Относительно.
— Прекрасно. Так мы продолжим?
Значит, она собирается поймать его на слове. Еще один сюрприз с еще более волнующими результатами. Он дал слово не соблазнять ее, поэтому этот обход потерял для него смысл. Однако Сент продолжал вести Эвелину по коридору.
— Что вы все время записываете? — спросил он, стараясь таким образом отвлечься. Они уже подходили к дальнему концу коридора.
— Делаю пометки.
— О размерах кладовки?
— Я предпочла бы не говорить об этом, пока не смогу представить вам мой план целиком, лорд Сент-Обин. Думаю, у вас и так сложилось предвзятое мнение обо мне. Не хочу показаться вам еще более глупой.
— Сент, — сказал он, недослушав.
Она подняла на него глаза. Щеки девушки все еще горели очаровательным румянцем, который, судя по всему, постоянно посещал ее в его присутствии.
— Что, простите?
— Я говорю, что вам следует называть меня просто Сент. Почти все так и делают.
Эвелина откашлялась.
— Что ж, Сент…
Он смотрел ей в глаза, пока она не отвела взгляд. Ясное дело, она не собиралась в ответ разрешить называть ее по имени, что, впрочем, вряд ли могло помешать ему делать это.
— Так что, все эти комнаты не используются? — нарушила она тишину.
— Я думал, что мы покончили с этим. — Он сдержал ухмылку. — Или же у вас уже закончились вопросы? Вы могли бы избавить меня от беспокойства показывать тут все, если вы уже…