Нереал
Шрифт:
И я честно начал извиняться, но Бояринов перебил меня.
— Спасибо, — сказал он, — но это уже ни к чему. Дочь нашлась.
— Она дома?! — заорал я.
— Нет. Она позвонила и сказала, что с ней все в порядке . Домой возвращаться пока не хочет.
Он положил трубку — и в самом деле, о чем нам теперь разговаривать? Кажется, та Васькина сослуживица была права, безнадежно подумал я, кажется, Маргаритка действительно с кем-то связалась... и папочка не хочет обсуждать со мной эту тему... и правильно делает...
Лютая тоска
— Ладно, — скащал он хмуро. — Посмотрим, кто кого.
Я понял, что вызов магам брошен...
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
ДЕД ВОРОН БЕРЕТ СЛЕД, НО МАГИЯ БЕССИЛЬНА ПЕРЕД ШТЫКОВОЙ ЛОПАТОЙ
— Ну, я вас спрашиваю? — Епископ был зол как все черти из преисподней вместе взятые.
— Ну, вот... — отвечал Гамаюн.
— Непруха, — поддержал его Сирин.
Птенчики, получившие задание отследить нереала, который день не могли нашарить хоть тень канала, возникающего между нереалом и его создателем, поскольку канал между тульпой и породившим ее человеком, как правило, держится довольно долго.
Можно было, конечно, взяться за дело с другого конца — то есть захватить этого самого создателя и двигаться к нереалу непосредственно от него. Однако Епископ не догадался вовремя узнать у Серсида по крайней мере имя и фамилию этого кретина.
Серсид, опрометчиво отправленный Епископом подальше от Таира, в самую столицу, до пункта назначения не доехал. Когда же с ним наконец связались телепатически, оказалось, что Таир успел это сделать раньше. И неизвестно, чем он припугнул своего неразумного ученика, а только тот был в полнейшей панике. Иначе, как в панике, невозможно проскочить мимо города Москвы и очутиться в населенном пункте с экзотическим названием Африканца. Причем по закону стервозности эта Африканда была отнюдь не на юге, не в Алжире или Марокко, а чуток не доезжая Мурманска. Серсид напрочь отказался общаться на все темы, включая погоду и политику. А может, и не отказался, а был блокирован наглым мальчишкой — на таком расстоянии хрен чего поймешь...
— Были еще каналы, по которым голодный инкуб добирается до своего донора...
— Если этот проклятый Таир раньше нас доберется до нереала... — проворчал Епископ так, что стало ясно — всем присутствующим тогда мало не покажется.
— Он точно так же потерял след, — осмелился встрять Алконост. — Епископ, вы знаете, сколько в городе инкубов? Все по крайней мере два раза в неделю вылетают подкормиться. Ночью то ни одного канала, то они прямо пучками болтаются!
— Пучок — пятачок, — сострил Сирии.
— Вот и нужно каждый канал проверять! Он же не может без подпитки! Ему же еще тульпу содержать! — выкрикнув это, Епископ задумался. Возможно, канал, связывающий нереала с донором, иного
— Я вот что думаю, — продолжал Алконост, — если ни намека на открытый канал, то, может быть, у нереала есть постоянный донор в очень тесном контакте? Нашел себе бабу и лег на дно? То есть канал очень короткий, хотя и постоянно действующий...
— Ну-ка, ну-ка... — Епископ заинтересовался. — Ты хочешь сказать, мой птенчик, что длинный канал, через всю область, вы мне отследить беретесь, а канал в четверть метра для вас — невидимка?
— Это же только версия! Это... гипотеза!.. — завопил Алконост. — Он же не инкуб! Ему же, может быть, вообще теперь канал не нужен при сексуальном контакте!
— Гипотеза?..
Епископ крепко задумался.
Ох, не стоило ему торговать услугами инкуба прежде, чем нереал был изловлен и разобран на составные элементы. Ох, не стоило...
Но был над Епископом некто, кого он слушался еще более истово, чем слушались его самого толсторылые птенчики. Кто — и выговорить жутко...
И не то чтобы совсем уж потусторонняя сила...
— Послушайте, Епископ... — подал голос Гамаюн. — Может, связаться с инкубами?
— Так они тебе и скажут, где эта скотина спряталась!
— Что-нибудь им взамен предложить? Епископ встал.
— Вот что, птенчики! Лярв вы уже мастерили и к каким-то тупым телкам подсылали! Не хватало только, чтобы вы связались с суккубами! Высосут, как... как...
Не найдя подходящего по силе сравнения. Епископ громко вздохнул.
— Дед Ворон куда подавался?
— На той неделе салоны обошел и к куме намылился, — доложил Сирин. — Опять Астралона гонял.
— Полтергейст будил?
— Не-е, там дом новый, полтергейст еще не заводился. Что-то другое попробовал. Послушайте, Епископ...
— Ну?
— Сегодня уже двадцать восьмое.
— Ну?
— Ну, это... Еще двадцатого полагалось...
— Что полагалось?!
Имелся в виду оклад денежного содержания, положенный птенчикам как сотрудникам “Древнерусской школы ведической реабилитации” и выдаваемый ежемесячно пятого и двадцатого числа. Но всем видом Епископ показал — бездельники, неспособные отыскать в городе с полумиллионным населением одного-единственного нереала, будут сидеть на голодном пайке, пока не поумнеют.
И как показал! Птенчики подхватились и вымелись из подвала на пандус, как если бы в них метнули огнем.
Епископ сел и пригорюнился.
Связаться с инкубами... Связаться-то он мог! Он знал, как их вызвать. Да ведь потом-то не отвяжешься! Заклинание, разработанное для подавления воли инкуба Таиром и украденное Серсидом, конечно, оружие, но сперва нужно его опробовать, а потом уж рисковать.
А полдюжины заклятых и полностью покорных инкубов — это власть над всем миром. Не сразу, конечно. Нет, не сразу. Но года через два — точно...