Невеста
Шрифт:
Милли стояла на пороге, глубоко засунув руки в карманы; заслышав шаги, она подняла глаза. Саймон остановился и устремил на нее взгляд: Милли показалась ему какой-то другой, точно события двух последних дней отпечатались на ее лице, изменили ее.
– Милли,– дрожа, начал Саймон.– Милли, прости меня. Пожалуйста, прости. Я наговорил тебе гадостей. Я ничего такого не думаю.– Слова сыпались с его губ, словно спелые яблоки с дерева.– Я не имел права разговаривать с тобой в подобном тоне, не имел права
– Верно,– тихо промолвила Милли, качнув головой,– не имел.
– Мне было очень больно, я был потрясен и поэтому накинулся на тебя, ничего не соображая. Но если ты дашь мне еще один шанс, я… я исправлюсь.– В глазах Саймона блеснули слезы.– Милли, для меня не важно, что ты была замужем, не важно, даже если у тебя шестеро детей. Я просто хочу быть рядом с тобой.– Он шагнул ей навстречу.– Я прошу у тебя прощения.
Милли долго молчала.
– Я прощаю тебя. Ты прощен.
– Правда? – Он умоляюще посмотрел на нее.– Ты правда меня простила?
Милли чуть дернула плечами.
– Твоя реакция вполне понятна. Мне следовало с самого начала рассказать тебе про Аллана.
Повисла неловкая пауза. Саймон приблизился к Милли и робко попытался взять ее ладони, но она отдернула руки.
– Я слышал, что Аллан умер. Очень жаль.
– Да.
– Ты, наверное…
– Да.
– Но…– Саймон замялся.– Ты ведь понимаешь, что это означает для нас?
Милли посмотрела на него так, будто он говорил на другом языке.
– Что?
– Теперь мы можем пожениться.
– Нет, Саймон.
– Что значит «нет»? – побледнел он. Милли бросила на него быстрый взгляд и отвела глаза.
– Мы не можем пожениться.
С этими словами она развернулась и вышла из дома.
Глава 17
Милли не останавливалась, пока не дошла до машины Изабел. Прислонившись к дверце со стороны пассажирского сиденья, она пошарила в кармане в поисках сигарет, стараясь не обращать внимания на жгучую боль в груди, не вспоминать потрясенное лицо Саймона. Она сделала то, что должна была сделать. Она повела себя честно. В конце концов решила быть честной.
Трясущимися руками она сунула сигарету в зубы и принялась щелкать зажигалкой, но поднявшийся к ночи ветер всякий раз гасил пламя. После нескольких тщетных попыток Милли швырнула сигарету на землю. Ее охватило чувство беспомощности. Положение безвыходное: домой возвращаться нельзя; попасть в машину и уехать она тоже не может – нет ключей. Даже мобильного телефона у нее с собой нет. Хоть бы Изабел догадалась выйти!..
Услышав хруст гравия, Милли обернулась и подскочила: к ней приближался Саймон.
– Послушай, лучше не начинай,– предупредила Милли, отворачиваясь.– Между нами все кончено.
– Нет, не кончено! –
– Дело не в этом! Да, ты причинил мне боль, но я уже сказала, что прощаю тебя.
– Тогда в чем причина?
– Все гораздо глубже. Дело… в нас. В нас с тобой как паре.
Пожав плечами, Милли зашагала прочь.
– А чем мы не пара? – Саймон двинулся за ней.– Давай поговорим! Не убегай.
– Я не убегаю.– Милли резко развернулась.– Но разговаривать нам ни к чему. Поверь мне на слово, у нас ничего не получилось бы. Так что давай сохраним хоть чуть-чуть достоинства. Прощай.
Милли начала быстро удаляться.
– К черту достоинство! – крикнул Саймон, спеша следом.– Я не позволю тебе просто уйти из моей жизни! Милли, я люблю тебя, я хочу жениться на тебе. Ты разлюбила меня? Если да, так и скажи!
– Дело в другом!
– В чем? Что тебя не устраивает?
Хорошо,– Милли внезапно остановилась,– хорошо, я скажу.– Она зажмурилась, потом открыла глаза и в упор посмотрела на Саймона.– Дело в том, что… я никогда не была с тобой честной.
– Я уже сказал, мне плевать. Да будь у тебя хоть дюжина мужей, мне без разницы.
– Я не имею в виду Аллана,– с отчаянием объяснила Милли.– Я говорю про все остальное вранье.– Слова вылетели в вечерний воздух, словно вспугнутые птицы.– Вранье, вранье, вранье!
Поглядев на нее в замешательстве, Саймон сглотнул и откинул со лба волосы.
– Какое вранье?
– Вот видишь! Ты и не догадываешься! Ты понятия не имеешь, какова я на самом деле, не знаешь настоящую Милли Хэвилл!
– Кепински,– уточнил Саймон.
Глаза Милли сузились от гнева, она развернулась и двинулась прочь.
– Прости,– спохватился Саймон,– Я не со зла. Вернись!
– Не старайся,– на ходу замотала головой Милли.– Ничего не получится. Я больше так не могу.
– О чем ты? – спросил Саймон, догоняя ее.
– Я больше не могу притворяться той, за кого ты меня принимаешь, не могу быть твоей идеальной куклой Барби!
– Черт возьми, я никогда не относился к тебе Барби! – вскипел Саймон.– Господи боже! Я считал тебя умной, зрелой женщиной.
– Вот именно! – Милли обернулась так резко, что гравий брызнул в стороны у нее из-под ног.– В том-то и проблема! Ты считаешь, что я некий мужской вариант Барби, наделенной мыслительными функциями. Тебе нужна умная и привлекательная женщина, которая носит дорогую обувь, презирает телесериалы и точно знает, как биржевой курс повлияет на объемы импорта в европейские страны. А я не такая! Я думала, что смогу стать такой, но нет, не смогла!