Незримое
Шрифт:
С каждым его словом меня мутило все сильнее.
– И кто это такая?
Крапивин прищурился:
– А ты не знаешь?
– Впервые ее вижу.
– Это пресс-секретарь нашего мэра.
Я ждала продолжения, а Крапивин затягивал паузу. В нем явно боролись профессионализм и желание лишний раз поведать окружающим о собственной значимости, и в итоге последнее победило.
– Короче… помнишь недавний скандал с наркотой? – Он склонился ко мне через стол и понизил голос. – Ну когда
Я не помнила. Точнее, помнила, что скандал был, но в подробности не вникала. Однако на всякий случай кивнула.
– Ну так там не в наркотиках дело было. Подсадили нашему мэру паразита с изнанки. Этого… как его… что-то с мозгом связанное.
– Мозгоед? – предположила я.
Конечно, у этой твари имелось и более научное название, которое все вечно забывали, но, так как она практически лишала свою жертву разума, прозвище «мозгоед» появилось моментально и прилипло навеки.
– Точно! Ну и в службе безопасности почему-то решили, что Екатерина Андреевна как-то замешана. Слежу теперь, – гордо заявил Крапивин. – Можно сказать, провожу расследование. Работаю под прикрытием.
Он вдруг потрясенно замер, поник и тяжело вздохнул.
– Точнее работал. Меня теперь не то что отстранят – уволят навеки.
– Да как они узнают-то? – нахмурилась я.
– Они все узнают… всегда… – драматическим шепотом сообщил Крапивин. – Ну вот как меня угораздило, а? Может, усилки бракованные?
Он вытащил из-под рубахи три амулета на веревочках и погремел ими, точно связкой ключей.
– Если так, могу свалить все на снабженцев…
– А ты разве не должен и без усилков справляться?
В конце концов, наняли его как раз потому, что он оказался значительно сильнее прочих брежатых. Не как нормальные маги, но и точно не как я.
– Должен, он это все же страховка…
Крапивин явно пытался ухватиться за соломинку, и я не стала ему мешать. Должна же у человека быть надежда.
А вот мои надежды на лучшее таяли с каждой секундой.
– Позволишь эксперимент? – спросила я, чувствуя, как грудь сдавливает все сильнее.
– Какой? – насторожился Крапивин.
– Попробуй сейчас исчезнуть.
Он ахнул:
– Ты что?! – Хипстерская челка вздыбилась, поросшее легкой щетиной лицо искривилось. – На людях?
– Просто попробуй, – настаивала я. – Хоть с усилками, хоть так. На нас никто не смотрит.
Крапивин затравленно огляделся, по-детски закусил пухлую губу и наконец нехотя кивнул:
– Ну ладно.
Секунда. Две. Три…
– Ничего?
– Не-а.
– Так, а теперь продиктуй мне свой номер.
– Вот еще, – фыркнул Крапивин. – Ты не в моем вкусе, Зеленцова.
– Это мне крайне льстит, –
Он нахмурился, но номер продиктовал – сквозь зубы и не сводя с меня подозрительного взгляда. Я быстро забила цифры в список контактов.
– Ну и что теперь?
– А теперь… – я поднялась, – жди здесь. Серьезно, не двигайся с места.
И направилась к выходу.
Номер набрала, едва оказавшись за дверью.
– Зеленцова, что за шутки? – зашипел Крапивин.
Я видела его перекошенную физиономию чрез стеклянную витрину кафе.
– Не клади трубку и слушай внимательно. Попробуй снова исчезнуть.
– Зеле…
– Пробуй!
Его перекосило еще сильнее, но через несколько секунд раздался ответ:
– Нифига.
– Так… минуту. – Я осмотрелась и пошагала к видневшейся вдали автобусной остановке. – Только не отключайся.
Я не знала, какое нужно расстояние для проверки. По идее, должно было хватить и нескольких метров, но на всякий случай я добралась до остановки и даже ушла чуть дальше.
– Пробуй еще раз.
Ответа не последовало, и я было решила, что Крапивин все же психанул и нажал отбой, но тут раздался его радостный голос:
– Есть! Сработало! Получилось! – Потом пауза, и уже подозрительное: – Что ты сделала, а? И что это такое было? Ау, Зеленцова?
Я стояла посреди тротуара, прижимая трубку к уху и тоскливо глядя на проносящиеся мимо машины. Денек выдался теплый, солнце радостно припекало макушку и, отражаясь от лобовых стекол, било в и без того слезящиеся глаза.
– Глюк системы, Крапивин, – отозвалась я наконец. – Не парься. Больше такого не повторится.
Я так зациклилась на том, что все странное в моей жизни – ну, особенно странное – начало происходить с появлением Яна, что другие варианты даже не рассматривала. Не пыталась поглядеть по сторонам и уже даже придумала для поручика неких одаренных предков, наградивших его необычными способностями.
Потом, выяснив про артефакт, ни на йоту не отошла от своих заблуждений и продолжила приплетать все новые открытия к Яну.
А ведь есть такой чудесный принцип, бритва Оккама, наверняка знакомый всем и каждому. И согласно ему, самый простой ответ, как правило, и есть верный.
К примеру, кто вероятнее проявит скрытое – простой человек или пусть слабый, но все же маг? Опять же, кто из них скорее окажется замешан в цепочку странных, но явно взаимосвязанных событий в магической среде? Ну и на кого додумаются натравить призраков – на того же человека, который для них не представляет интереса, или на идиотку, которая их до жути боится?